Душ. Сигареты. И здоровье. Ах да, желательно, чтобы сигареты оказались с ментолом, а вода была горячей… Отказываться от своей человеческой природы мы не собираемся. И не потому что плохие или хорошие, эгоисты или эгоцентристы, а потому что просто люди. Нет, не просто. Цари мира, воины, отцы, матери, бабули, дедули, дети и внуки, продавцы и покупатели, копы и карманники, красавицы и чудовища. Список бесконечен. И знаете, что нам всем свойственно? Любовь и смех, оргазм и гастрит. А еще чувство собственного достоинства, желание оставаться свободным, страх, ирония, ясный ум. Это ничего не напоминает? Мне лично напомнило сразу как
только я начал перечислять. Это все клапаны, ребята. Наши с вами клапаны, на которых очень даже можно сыграть «Богемскую рапсодию», которую так божественно исполнял некогда великий «Куин». Может быть, кому-то нравится исполнять нечто более лиричное, задевающее «струны души», — пожалуйста, и денег не возьму. А сейчас всем меда, варенья и побольше денег на счет.
Когда мы смотрим забавный фильм «В джазе только девушки» и видим красивую Мерилин Монро, то простенькая история заставляет нас от души посмеяться, создавая хорошее настроение. А у самой Нормы во время фильма была жесточайшая депрессия, и она едва не сорвала съемки.
Режиссер орал на нее, как на последнюю уборщицу, и сравнивал с армейским полевым оркестром, издающим только шум — и никакого искусства.
И ведь это тоже называется «нажимать клавиши», когда одна называется «стыд», вторая — «ответственность». Судя по всему, режиссер нажимал на них удачно, раз фильм вышел в срок, получил довольно милостивую оценку прессы и до сих пор продолжает радовать зрителей.
Или, к примеру, отец не хотел, чтобы сын шел на войну, на разные лады убеждая, что со своим слабым здоровьем Джон будет обузой для команды, а упрямый Кеннеди, стиснув зубы, сказал:
— Я вообще не скажу, что у меня больная спина.
И сдержал слово. На Тихом океане вступил с бой с противником, как говорят — «превосходящим по силе», сумел в неравном бою удержать оборону, столь необходимую, чтобы прошел транспорт с боеприпасами и ранеными на борту. Не подталкивал ли зануда-папаша своего сына к выбору пути настоящего героя? Одно из двух, но сын обязательно примет решение. Тоже своеобразная игра по клавишам, которая стимулирует мыслительный процесс в человеке неуверенном.
А когда жена Джона Леннона Йоко Оно успокаивала его во время приступов, и это было психологическое воздействие:
— Я гений, — орал он в микрофон, пьяный и растрепанный, не написавший ни одной стоящей вещи после распада «Битлз».
— Конечно, тс-с… конечно, — тихо шептала японка, нежно целуя своего «гения» в плечо.
И представьте, он успокаивался! Наивный чудак, верящей любимой женщине.
Психологизм и отношения с близкими — это феномен, оказавшийся ключевым для меня во время подготовки материала к этой книге. Причем, как только я обозначил список фамилий, то сразу же понял, насколько сложная задача отыскать в данных случаях правду. Разве расскажут мне, кто же все-таки убил Джона Кеннеди? Я могу носом перерыть экватор, но мне будут улыбаться в ответ и складно врать.
К счастью, мне повезло. Может, потому что я такой упрямый сукин сын, может, потому, что люблю свою работу, а может, еще почему. Но когда я задался целью изучить психологию убийств героев моей книги, ко мне тут же обратились и назначили встречу.
Для вас он останется Джерри Рубен, именно так я его окрестил на страницах моего повествования. Факты, которыми он делился, оказались настоящими, а речь и манера общения — более чем достоверными. Правда, он мне не представился, разрешив самому выбрать для него имя. Он — человек, представляющий Клан — организацию, совершающую убийства, базирующиеся на психологической подоплеке, когда благодаря умелым использованиям клавиш жертвы добровольно подходят к последней черте. Насилие над личностью, шантаж и манипуляция, а в результате красивой до отвращения комбинации сын виноват в гибели матери или невеста в смерти жениха. Происшествие вполне бы напоминало бытовуху, которую я описывал в молодости в своих репортажах криминальной хроники, если бы убитую мать не звали Мэрилин Монро, а жениха — Элвис Пресли.
Так себе примерчики. Джерри смеялся надо мной и твердил, что лес рубят — щепки летят, поэтому убили Софию — жену эрцгерцога Франца Фердинанда. А Диану? И Диану тоже.
Так кто жертва? Жертва направляется рукой Клана, который играет на струнах души «Реквием» и изучает до последнего вздоха страстишки своих подопечных. А потом эта могущественная рука разжимается, выронив обмякшее тело, и вписывает во всемирную историю еще одну страницу превосходства разума над силой.
Джерри обычно говорил мне:
— Глупый мальчик, неужели ты думаешь, что Клан убивает ради прихоти? (Змеится тонкая улыбка.) Мы убиваем только ради равновесия. Равновесие — это когда смерть одного решает проблему множества. И этот один так велик, что он порой стоит нации.
Итак, перед вами книга о тех, кто один, но стоил целой нации.
Глава 2. Джанни Версаче
Мальчик-гей. Почему они умирают? Сделка. Порнография, вдохновляющая на целомудрие. Сомнительные удовольствия. Кровавая развязка.
Мальчик в голубой футболке и синих джинсах стоял и во все глаза следил за тем, как в швейной мастерской красивая, молодая женщина с прической, небрежно заколотой булавками, колдовала над разворотом алого шелка. Руки женщины скользили по ткани, словно исследуя ее, разглаживая, выискивая несовершенства. Пальцы едва касались сгибов, вырисовывая неуловимые узоры. И вот в руках красавицы кусочек мела, а на ткани появился силуэт. Штрихи, создающие основу для будущей грации, складывались в божественный образ. Мальчик затаил дыхание и даже приоткрыл рот — так ему нравился этот полет мела в руках самой любимой женщины на свете — матери.
Этот мальчишка и был будущий скандальный модельер Джанни Версаче, а женщина, колдующая над алым шелком, была его матерью Франческой.
Отношения между сыном и матерью были, прямо скажем, не самые радужные. Но если бы не отстраненность Франчески, кто знает — являлся ли бы маленький хулиган каждый вечер в ее мастерскую, чтобы просто побыть рядом с ней. Он забивался в дальний угол, устраивался среди платьев и следил за работой.
Кстати, психологические исследования подтверждают, что мальчики, выросшие без отцов, в сорока случаях из ста, став взрослыми, предпочитают гомосексуальные связи, и сей факт вовсе не выглядит фантазией.
Когда Джанни вырос, мать пригласила его стать совладельцем мастерской, и он, впервые подойдя к будущей клиентке, понял, что силуэт ее он чувствует кончиками пальцев, как будто очерчивает линии изящного фужера. Пальцы скользили по округлому бедру, рисовали линию груди, и, если бы не успокаивающий тон юного портного, клиентка могла бы подать в суд за сексуальное домогательство. Ведь Джанни проводил ладонью вдоль всего тела так, словно ласкал ее. Но к тому времени он уже спал с парнями, и женское тело было для него Храмом. Он был творцом, его искусство возводило проститутку в богиню, а гризетку превращало в королеву, Версаче пестовал само понимание о женщине как о совершенстве, которая даже во грехе чиста. Не случайно Версаче одевал Мадонну, принцессу Диану, Лиз Херли, Викторию Бэкхем и других. Имидж этих див плавно перетекал в восприятие мейнстрима от девственницы до шлюхи и порождал легенды, сплетни и пересуды, которые прирастали к ним второй кожей. Кстати, Версаче любил работать с кожей: он считал, что только этот материал подчеркивает непристойность и чувственность одновременно. И что же получилось в итоге? «Импepия порногpaфa» — так называл Армани «этого выскочку» из Италии, который разрушил представление о цензуре как запрете демонстрировать сексуальность моделей. Девушки, работающие на подиумах у Версаче, получали по десять тысяч долларов за вечер, его коллекции, приносящие баснословные прибыли, сметали, едва они появлялись.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
