на розовеющую от трений салфетку.
Закатываю глаза.
Вечер необратимо испорчен.
— Ларусь, ну не дуйся. Зачем нам скандалы на публике? — обнимает меня Андрей, плотно прижимая к своим бёдрам.
И я чувствую поясницей его каменный стояк.
— Пойдём лучше в машину.
— Зачем?
— Затем, — наклоняется он, шепча и отправляя толпу мурашек по моей спине. — Затем, что я хочу трахнуть свою красивую жену. Прямо сейчас.
— Андрей… — моя шея пылает, кровь приливает к щекам.
— Давай, сладкая. Идём.
— Нам нельзя…
— Нам всё льзя. Я хочу тебя. Сейчас, — прикусывает в основание шеи.
И я слетаю с катушек, готовая уже на всё, что бы он ни предложил. У нас не часто в последнее время бывает вот так спонтанно…
Взявшись за руки, идём к выходу, на бегу прощаясь со знакомыми и извиняясь за то, что рано покидаем вечеринку.
И всё это время я чувствую между лопатками зуд от чужого, тяжёлого и пристального взгляда.
Взгляда, который не обещает мне ничего приятного.
Глава 2
Лара.
Мы едем домой.
Между моих бёдер липко и влажно после нашего секса в машине, а я чувствую себя распутной девчонкой, юной и энергичной.
Мне будто снова двадцать.
Я успела забыть, каково это — сгорать от желания настолько, что нет сил сдерживать себя до дома. Каково это, когда всё так громко, страстно и быстро из-за переполняющих эмоций.
Ладони Андрея твердо сжимают руль. Мышцы и сухожилия на них напрягаются, когда он медленно перебирает пальцами.
У него очень сексуальные руки. Крепкие, с чётким рисунком выпуклых вен, ускользающих под рукава белоснежной рубашки.
Андрей улыбается своим мыслям, задумчиво глядя на дорогу.
— О чём думаешь?
— Да так, о всяком.
— Например?
— Например… — По-мальчишески закусывает он нижнюю губу. — Что, если в этот раз у нас всё получилось?
У меня не выходит сдержать улыбку.
— Это будет лучший подарок к годовщине.
— Я буду самым счастливым мужчиной на свете, — он накрывает своей ладонью мою, лежащую на коленях.
Мы восемь лет женаты, пять из которых безуспешно пытаемся завести ребёнка. Я обследовалась вдоль и поперёк в лучших клиниках, но врачи лишь разводят руками — нет причин, чтобы не забеременеть. Вероятно, проблема в голове.
Но мы не сдаёмся, не вешаем нос.
Мы дали себе ещё год, прежде чем идти в ЭКО, ведь там сложная подготовка, гормональная терапия, которая, как ни крути, ударит по моему организму.
Мне хочется продолжать этот разговор и вместе рисовать идеальные картинки будущего, но Андрей снова уходит в себя, становится задумчивым. И я чувствую жгучую потребность сейчас разделить с ним его мысли.
Мне хочется ощущать, что мы едины.
— Что-то ты скрываешь от меня, жук, — легко и игриво подталкиваю мужа в плечо.
— Нет, ничего.
— Колись. Такой таинственный!
— Ой, Нель, да я просто задумался. Это по работе.
Мои лёгкие сковывает спазмом, воздух застревает поперёк горла. Сердце замирает и тут же срывается в бешеный галоп.
— Повтори, — требую хрипло.
— По работе, говорю. Ничего интересного.
— Нет. Как ты меня назвал только что?
Андрей, отвлекаясь от дороги на пару секунд, оборачивается на меня.
— Лара, — вздёргивает с вызовом бровь.
— Нет, ты назвал меня другим именем. Её именем!
— Да чьим?
— Этой высокомерной дряни, Нелли! Ты совсем обалдел, Доронин?
Андрей, раздражённо цокая языком, качает головой.
— Я не мог этого сделать. Тебе показалось.
Его пальцы до скрипа стискивают оплётку руля. Жёсткие скулы ходят на напряжённом лице. Но он не выглядит виноватым и раскаивающимся.
— Будешь внушать мне, что у меня с головой не в порядке?
— Лар, я тебе ничего не внушаю. Но ты сейчас жёстко не права.
— Ты сказал…
— Тебе. Показалось. Ясно? — Перебивая, чеканит он.
— И то, что ты её облизывал взглядом — тоже показалось? Чуть лужицей не растёкся у её ног! Думала, придётся тебя соскребать с пола.
— Я терпеть не могу, когда ты за меня додумываешь, — закипает Андрей. — Хочешь поругаться? Ищешь повод?
— Чего его искать, он на поверхности. Перестань называть жену именем другой женщины, и, может быть, тогда в семье воцарится гармония.
— А-а-рр! Ларис, ты же знаешь, я терпеть не могу твои истерики, особенно когда они основываются на твоих же фантазиях. Что за бред ты несёшь? Может, ты не уверена в себе? Не проецируй на меня свои комплексы, будь добра!
Он так твёрдо гнёт свою линию, что я действительно начинаю сомневаться — а не разыгрывает ли меня собственное воображение?
Но я же слышала.
Слышала.
— Приедем домой — сниму видеорегистратор, — уже куда спокойней продолжает Андрей. — Вместе послушаем, и ты убедишься, что ошибаешься. А заодно посмотришь, каким тоном ты со мной разговариваешь.
Наверное, человек, который не уверен в своей правоте, не будет так подставляться.
Я не хочу этого недоверия между нами.
И на мгновение мне становится стыдно за то, что сама себя накрутила и чуть не довела нас своими подозрениями до ссоры.
Градус напряжения в салоне падает, но неприятный осадок остаётся.
Неужели правда показалось?..
Это так на меня не похоже — ревновать мужа к женщине.
Вокруг Андрея всегда много красивых женщин: на работе, на мероприятиях, в командировках. Но никогда раньше это не подрывало моей уверенности в нём и в наших отношениях.
Наверное, потому, что на всех тех женщин Андрей смотрел словно сквозь, не замечая.
Но что изменилось сейчас?
Эта Нелли будто что-то в нём задела. Какие-то ниточки, которые связывали их в прошлом и не истончились под натиском времени.
Или это мне тоже показалось?
Кто-то из нас двоих пытается сделать из меня дуру: либо Андрей, либо я сама. И мне до дрожи страшно разочаровываться в муже.
— Сладкая, ну что ты? Сама придумала, сама обиделась?
— Не обижалась, — однако интонация говорит об обратном.
И Андрей тут же считывает каждую мою эмоцию. Потому что знает меня, как облупленную. И уж точно знает, что с этим добром делать и как сгладить углы.
— А давай в тот новый ресторан сходим, о котором ты мне рассказывала?
— В «Пион»?
— Ага. Слышал, там обалденные стейки. И вообще, вроде, место неплохое.
Да, у меня там уже все девчонки были, а Андрей всё сливается с моих непрозрачных намёков — то времени нет, то сил.
Я молчу, обиженно скрестив на груди руки.
— Ну давай, Ларусь, — улыбается он, чуть морща нос. — Устроим себе настоящее свидание. Ты оденешься для меня красиво, забудешь случайно трусики дома…
— Андрей!
— Что? Сегодня было огненно. Я хочу больше этой дикой страсти и похоти между нами. Как раньше.
Он вытягивает руку над коробкой
