небрежно покоились на груди; недалече, у самой обочины, виднелся прислонённый к косенькой осине двуручный меч в богатых вычурными узорами ножнах, по всей видимости, неизвестному и принадлежавший. Набалдашник сего клинка был выполнен в виде искусно вырезанной посеребренной морды крупного серого волка. В свирепых глазах матёрого хищника огненным пламенем сверкали два крупных рубина.
— Оружие побросали своё, — чужак откинул капюшон с головы, и местные жители подивились необычной внешности говорившего. Было ему на вид лет тридцать. Лицо слегка вытянутое, продолговатое; кожа очень светлая, скорее даже бледная, как будто никогда не знавшая солнца; холодные глаза-щёлочки сверкали недобрым тёмно-карим пламенем; бородка цвета свежевыпавшего снега в две щегольски заплетённые завитушки и точно такие же белёсые, даже можно сказать, кристально белые длинные волосы до плеч. Несмотря на впечатляющую стать, в первую очередь, конечно, перегородивший дорогу боец-альбинос выделялся именно своей приметной, очень редкого цвета шевелюрой.
В тот же миг, когда странный незнакомец заговорил, с двух сторон из окружавшей Голубиный тракт чащобы оперативно высыпало десятка полтора вооружённых до зубов угрюмых воинов, живо обступивших четырёх приятелей. Настроены лиходеи были явно решительно и совершенно точно знали, что делали.
— Вы что, оглохли, дуборылые⁈ Слышали, что вам сказали⁈ Покидали топоры с ножами и луками на землю, да пошустрее, пока мы из вас вырезки для наших псов не нарубали! — насмешливо произнёс один из окруживших обоз бойцов, высокий, статный витязь под два метра ростом, чем-то отдалённо похожий на вставшего посреди Голубиного тракта богатыря. Правда, кожа у него была обычная, с загаром, да волосы цвета спелой пшеницы не так сильно бросались в глаза. — Меня зовут Бурзоган! Слыхали, поди?
— Как же, доводилось… — досадливо скрипнув зубами, тихо промолвил Благояр, затравленно озираясь. — А там, напротив, видимо, твой старший братец — сам Лудогор маячит…
Четверо сельчан нехотя побросали оружие на сырую землицу, признав остановивших их головорезов. Шансов одолеть разбойников не было никаких. По крайней мере не таким составом.
— Кхы!.. Похоже, Луд, мы знамениты! — неприятно скалясь, бросил Бурзоган своему брату. Тот лишь неопределённо хмыкнул в ответ, без особого интереса разглядывая путников. На мгновение показалось даже, что искорки разочарования мелькнули в его волчьих зрачках.
— Что вам надо? Как вы смеете нас останавливать, варги? Мы под защитой Мирграда, если что! — брякнул нервно Драговит.
— Да ента нам хорошо известно, полудурки, — язвительно прострекотал в ответ Бурзоган. — Потому, собственно, мы тут и очутились! Чего так долго собирались? Мы продрогли тут ждать вас уже, не один час кукуем… Погода не сахар… Ну да ладно!.. Главное, дождались! Хорошо хоть наш человечек в Мирграде не соврал, указав точный денёк, когда вы выползите из своей дыры с оброком…
— Лишнего не болтай! — Лудогор сурово посмотрел на Бурзогана.
— Всё нормально, Луд! Они ведь никому уже ничего не расскажут, ты же в курсе…
— Так в чём дело? — тем временем, уже заранее зная ответ, Благояр угрюмо переводил взгляд с неспешно направляющегося к ним Лудогора на его младшего брата Бурзогана, знаменитых сыновей Кулбаха, правителя Варграда — столицы располагавшегося значительно западнее Варградского княжества, примерно равного по силе Мирградскому.
— А ты, старче, вроде как и не врубаешься, да? — желчно хмыкнул Бурзоган.
— Я слышал, что у нас с кем-то трения начались! Но ничего конкретного. Хотя на вас, волков (как ещё называют всех жителей Варградского княжества из-за его герба с волчьей головой), все кивают, что есть, то есть! Вроде как пощипали вы несколько наших обозов на границе, но официально мир у нас с Варградом…
— Это ненадолго! Вы письмишко-то получили, в котором сказано было, что дань вы теперь нам платите?
— Ну, было такое! Мы его в Мирград отправили, пущай там разбираются! Да и по правде говоря, всерьёз посланьице то не восприняли… — шмыгая носом, прогундел растерянно Боян. — Думали, шутка…
— А зря не восприняли… Мы такими вещами не шуткуем! Жить хотите? — пробасил подошедший Лудогор. Вблизи он казался ещё огромнее.
— Кто ж не хочет, — заискивающе крякнул Драговит, мигом протрезвев. — Что надобно для этого? Обоз? Да забирайте, хрен с ним…
— Спасибочки, что дал добро, — саркастически фыркнул Бурзоган. — Они твои, братец!
— Надо, чтобы вы показали всё, что можете, дроволомы! Я один, вас — четверо. Никакого оружия, лишь чистые руки. Одолеете меня в рукопашной — отпустим с миром. Ну а коли нет… Хреново тогда будет. Вам хреново, естественно! Ну чего, договорились, ротозеи?
— Ты это серьёзно сейчас? — Благояр в который раз оценивающе пробежался по могучей стати Лудогора, прикидывая шансы. — То есть нас четверо, а ты — один? Не по очереди, а сразу вчетвером то бишь можем против тебя выйти?
— Ты уловил самую суть, старик! — едко улыбнулся уголками губ Лудогор, сделав несколько шагов назад по дороге и как бы приглашая опытных охотников встать напротив него. Те молча переглянулись.
— А что будет, если мы не захотим с тобой драться? — неуверенно взял слово Лодомил.
— В таком случае мы заживо вас в ближайшей канаве зароем!.. — противно захихикал Бурзоган.
Друзья обменялись быстрыми взглядами.
— Похоже, выбора у нас…
— Нет, — с презрительной усмешкой закончил за Благояра его предложение ожидающий недалече Лудогор.
Мелкий дождик всё так же продолжал противно моросить, когда варги слегка расступились, пропуская четверых сельчан к своему богатырю.
— Правила есть? — хмуро вопросил Драговит, сжимая кулаки.
— Конечно, аж целых одно! И оно старо как этот мир, — Лудогор злобно ухмыльнулся. — Кто останется стоять после рубки на своих двоих, тот и победил!
— Драг, ты слева заходи с Бояном, — бросил мрачно Благояр, — а мы с Лодомилом справа будем наседать…
— Ха-ха-ха, ого-го! — рассмеялся язвительно отошедший чуть в сторону Бурзоган. — Берегись, братец! Похоже, у них есть план!
Пятнашка волков презрительно загоготала вслед за младшим отпрыском властителя Варграда. Четверо же друзей, изготовившись к драке, не стали тянуть кота за все междометия. Зайдя с двух сторон, они одновременно бросились на стоящего неподвижно и снисходительно наблюдающего за их манёвром Лудогора. Когда приятели приблизились к нему, великан-альбинос вдруг сам со скоростью молнии развернулся и всадил кулачище в висок Драговиту, вырубив того с одного удара. После чего, проявив удивительную для своей массы тела сноровку, увернулся от плюхи Бояна, мгновенно отгрузив ему в ответ крюк левой в
