челюсть. Пролетев добрую пару метров, грузный сельчанин неудачно приземлился на загривок и неподвижно распластался в дорожной грязи. Голова у него была неестественно свёрнута набок. В тот же момент на спине богатыря из Варграда повис Лодомил. Стиснув его шею обеими руками, житель Залесья попытался задушить своего противника, но Лудогор, протянув назад могучую длань, схватил оппонента за шкирку да просто сорвал его с хребта, с силой шмякнув о землю. После чего не преминул наступить пяткой на кадык несчастному сопернику, встав при этом всей массой тела на его гортань. Страшно захрипев и забившись в предсмертных конвульсиях, Лодомил обхватил ногу своего мучителя, но оказалось уже слишком поздно; его горло было раздавлено и представляло собой страшное зрелище; сельчанин, ещё немного подёргавшись, испустил, наконец, последний вздох. Тем временем подкравшийся сбоку Благояр от души всадил правый боковой в ощерившееся лицо воина-альбиноса. Тот же и бровью не повёл, и лишь разбитая в кровь губа показала, что он почувствовал хоть что-то. Но вместе с тем опытный охотник явно разозлил наследника престола Варградского княжества. Сграбастав бывалого зверобоя за грудки, Лудогор жахнул Благояра лбом в нос, мигом его перебив; а после со всей силы приложился ногой по рёбрам упавшему старику, сломав несколько из них и выбив из поверженного противника весь дух. Отлетев метра на четыре от такого удара и распластавшись в придорожной грязной луже, Благояр, как ни странно, ещё подавал признаки жизни, сплёвывая хлынувшую изо рта кровь; видно, одно из переломанных рёбер пробило лёгкое.
— Я слышал, что у Мирграда есть достойные бойцы, — хмуро молвил Лудогор, не спеша направляясь к пытающемуся подняться старому следопыту, — но пока, к сожалению, мне попадаются лишь одни старцы немощные, шуты да калеки. И как вы только хазар одолели? Диву даюсь! Фекальками, что ль, их закидали?
— Когда-нибудь ты встретишь того, кто тебя на куски порвёт, собака!.. — отхаркивая кровяные сгустки, сдавленно простонал Благояр.
— Жду не дождусь! — омерзительно крякнул подошедший вразвалочку Лудогор. — Но ты, дряхлый вояка, уже этого не увидишь!.. — с этими словами могучий альбинос, высоко подпрыгнув, опустился двумя ступнями прямо на голову тяжело раненному бойцу. Раздался глухой звук проломленного черепа, возвестивший о том, что очередной ратник Мирграда отправился на пир в чертог к Сварогу.
— Остальных трёх проверить: кто живой ещё — добить! — между тем отрывисто бросил Бурзоган своим бойцам. — Обоз с собой опять заберём — улов-то не самый плохой! Да, и нашу метку не забудьте оставить на самом видном месте. Пущай знают, кто это хозяйничает у них под носом.
Пока напавшие на сельчан воители добивали всем скопом Драговита, один из варгов умело вырезал ножом на коре ближайшего дубка, что рос у обочины, крупную волчью морду, сжимавшую в оскаленной пасти начисто обглоданную человеческую берцовую кость. Сей герб Варградского княжества было ни с чем не спутать.
Глава 2
Мирград. Терем Святослава
— Ты накарябал письмецо, что на княжество напали? Накарябал! Дёрнул так нас с Забытых пустошей, что мчались мы до дому, аки молодые олени за аппетитной самкой… Ну⁈ Докладывай давай! — Святослав, только что перекусив на скорую руку, мрачно смотрел на статного, высокого воина, что, понуро опустив головушку, неуверенно переминался с ноги на ногу, явно чувствуя себя очень неловко. Ладимир, начальник городской стражи Мирграда, отлично сознавал, что не оправдал оказанное ему доверие, потому чувствовал себя крайне неуютно под проницательным взглядом государя. За обеденным столом в княжьих палатах также восседали и Ратибор с Яромиром и Мирославом; буквально только что вернувшись с дальней дороги, приятели дружно набросились на различные яства, от обилия и разнообразия которых разбегались глаза. Сначала, правда, памятуя о том, что с недавних пор трапезничать в его хоромах может быть вредно для здоровья, Святослав терпеливо дождался, когда аж три проверяльщика пищи перепробовали последовательно все блюда и напитки, и лишь потом только сам приступил к еде да позволил присоединиться к обеду своим друзьям. Обратный путь в Мирград у значительно поредевшей княжьей дружины занял куда меньше времени, чем когда воины двигались в Караим; так как погода уже позволяла, возвращались витязи из похода дальнего верхом, а не на своих двоих, потому добрались до столицы, и трёх недель не прошло. Коней, конечно, загнали; сказать, что Святослав торопился вернуться домой, значит не сказать ничего. Воротившись во дворец, князь первым делом вызвал к себе начальника городской стражи, которого оставил вместо себя, а также главного советника Тихомира: неказистого вертлявого человечка с неприятным угловатым лицом и вечно бегающими мутными глазёнками. Ладимир на зов княжий примчался тотчас и теперь стоял, неловко перетаптываясь; второй же приглашённый на доклад слегка запаздывал, но явиться должен был с минуты на минуту.
— Ну чего, и дальше мычать будем или, может, всё же поведаем внятно, что, лапти Велеса тебе в задницу, тут происходит⁈ — взорвался наконец Святослав, подвигая к себе кувшин с вином и силясь при этом выудить из Ладимира хоть слово. — Тебе, дубина стоеросовая, язык оторвали?
— Никак нет… — замотал нервно тот головой. — Просто Тихомира жду. Он обещал, что всё объяснит…
— А ты чего? Двух слов связать без него уже не можешь⁈ — совсем разъярился князь. — Да я тебя до чистильщика ям выгребных разжалую, остолбень ты криволапый!..
— Не гневись, владыка! Это не случайность, как казалось поначалу; волки явно всё хорошо продумали! Сначала, это, принялись по окраинам нас щипать; оброк твой себе забирать с деревень далёких… А теперь и до Залесья добрались… — к Ладимиру в конце концов вернулся дар речи. — Попервой-то они таились, не обозначались, потому и непонятно было, кто безобразничает! А сейчас уже и не скрываются вовсе… Даже наоборот, кичатся!..
— Что там с Залесьем произошло? — буркнул Святослав, отхлёбывая из стоящего перед ним кувшинчика.
— Две телеги, доверху добром разным гружённые, что к нам, то бишь в столицу, направлялись, недалече от деревни остановили серые: меха ценные себе забрали, а четверых сопровождающих к Перуну на пир отправили!
— С чего решил, что это Варград? — Яромир поднял на Ладимира вопросительный взгляд.
Тот в ответ полез за пазуху, достал средних размеров кусок коры и бросил на стол.
— Их метка, на деревце недалече вырезали, — проворчал начальник стражи угрюмо. — Говорю же, не считают нужным таиться даже, а наоборот, как бы напоказ выставляют, что это — они. Бахвалятся,
