Я закатила глаза и присела рядом с Мерит. С длинными, темными волосами и бахромой челки на лбу, она была красива, почти как в старые времена. Такая царственная, как принцесса из другого времени. Вероятно, было уместно, что она изучала средневековую литературу, прежде чем Этан сделал ее вампиром.
— Знаешь, ты поступила правильно, — сказала я, указывая на Этана.
— О, я знаю, — сказала она. — Он напоминает мне об этом при каждой возможности. И с большим количеством подробностей.
Видимо, чтобы не отстать от Этана, Люк снял свою тренировочную рубашку и бросил ее на пол, открывая идеальную пушистую грудь, ярко выраженные соски, и линии мышц в основании бедер, которые так и напрашивались пройтись по ними пальчиками.
Я усложняла ему жизнь. Я знала это. Мы были друзьями в течении очень долгого времени, и я не хотела терять эту связь. По моему опыту, романтика пришла и ушла. Притяжение пришло и ушло. Да, мы провели много времени вместе. И технически, мы были особыми. Но я не хотела ставить метку на этом, что-нибудь, что могло создать ожидания и заставить нас ненавидеть друг друга, когда не смогли бы с этим справляться.
Я была умнее этого, я не позволю нам попасть в эту ловушку.
Люк выбрал этот момент, чтобы поймать мой взгляд и подмигнуть, что взволновало меня... и одновременно заставило чувствовать себя виноватой.
Он осмотрел небольшую группу и хлопнул в ладоши, чтобы привлечь наше внимание. Не то, чтобы это было необходимо. Его аудитория состояла из женщин, явно заинтригованных двумя богатырями с обнаженными торсами, стоящими перед нами, босиком и готовыми к бою. Кто бы не обратить внимание на это?
— Добрый вечер, мои фавориты, — сказал он, оглядывая нас. — Сегодня тема нашей лекции — маневры уклонения. Уклонение от врагов в рукопашном бою, вместо того, чтобы выкручиваться охранной обязанностью Дома на основе "боли от клыков". — Он на самом деле использовал воздушные кавычки. К тому же он смотрел прямо на меня, потому что я была единственной, кто пытался оправдаться.
У вампиров были быстрые целебные способности, которые объясняли, почему я морозила свою миниатюрную задницу на патрулировании спустя несколько минут после покушения.
— Теперь, крайне важно помнить, что маневры уклонения — выход из схватки, разлом захвата — это все физика. Использование веса тела вашего противника и слабых мест в ваших интересах.
— И если это не помогает, просто коленкой ему между ног, — пробормотала Келли. Я сдержалась от хихиканья, но не полностью. Этан, казалось, не возражал.
— Проверенные временем стратегии, — сказал Люк. — И если враг напал на вас, он отбросил все жалобы по поводу святости его паха.
— Святость паха, — прошептала Мерит. — Звучит как худший в мире обет.
— Человеческое тело имеет различные точки давления, — сказал Люк, поднимая руку, чтобы прожестикулировать, но остановился на полужесте, его глаза устремились на дверь.
Все мы оглянулись и увидели девушку в дверном проеме.
На ней были джинсы, толстовка Лойола[1], и темно-серая сумка почтальона[2], переброшенная по диагонали ее тела. Она была высокая и крепкого телосложения, с длинными светлыми волосами, пепельного оттенка, без макияжа, в чем не было никакой нужды.
Я была так удивлена увидеть человека в дверном проеме, что заняло некоторое время, чтобы определить ее как семью.
Человеческую семью.
— Рэй? — я встала и побежала к двери, мой мозг разрывался.
Рэй отчаянно обняла меня, достаточно для того, чтобы я забеспокоилась по поводу того, что привело ее сюда. — Тетя Линдси. Слава Богу.
На самом деле я не была ее тетей, я была вампиром слишком долго для этого. Она была моей пра-пра-племянницей — правнучка моей сестры. Я следила за семьей своей сестры, которую разбросало по всей стране из нашего родного города в Айове, включая Рэй, которая сейчас была студенткой Лойола, расположенного в северной части Чикаго.
Я отстранилась для того, чтобы взглянуть на ее лицо. Даже если бы я не была эмпатом, было не так сложно уловить в ней беспокойство. — Что случилось?
Она, казалось, внезапно поняла, что была в комнате с вампирами, которые наблюдали за ней с любопытством. — Мы можем где-нибудь поговорить?
— Конечно. — Я взглянула на группу, планируя сказать Люку, что мне нужно выйти. Но они уже окружали нас, как папарацци вокруг восходящей звезды.
— Кто это? — спросил Люк, уперев руки в бедра.
— Это Рэй... — начала я.
— Рэйчел, на самом деле, — прервала она, с извинением в глазах. — В эти дни я предпочитаю Рэйчел. — Ее щеки залились розовым, но плечи были твердыми. Не важно, Рэй или Рэйчел, она определенно была моей племянницей.
— Рэйчел моя родственница, — объяснила я. — Одна из потомков моей сестры. Что ты тут делаешь?
— У меня проблема, тетя Линдс. И я думаю, что ты единственная, кто сможет помочь.
* * *
С извинениями тренировочной группе, Люк, Рэйчел и я собрались у оперотдела. Рэйчел села на стул в одном конце стола переговоров, сумка почтальона на коленях. Я села рядом с ней, а Люк прислонился бедром к столу напротив нас.
— Всякая племянница Линдси — моя племянница, — сказал он.
— Пра-пра-пра-племянница, — уточнила я.
— Это заставляет тебя казаться старше, — сказала Рэйчел с усмешкой. Это была усмешка моей сестры, или намек на нее, которому удалось пробиться через поколения. Этот вид сжал мое сердце, наполняя меня тоской.
— Так почему мы не встречались раньше? — спросил Люк.
— Я стараюсь держать семью подальше от нашей драмы, — сказала я, заговорчески улыбаясь ей. — Тут как будто вампирская мыльная опера. Клыкастая Молодежь.
— Я как раз об этом, — сказала она, нервно проводя пальцем по столу. — Кое-что произошло, и я действительно не знаю, что с этим делать. И думаю, это по вашей части.
— Начни с самого начала, — предложила я.
Она кивнула и заерзала на месте. — Итак, ты знаешь, что я делю дом около кампуса со своими подругами Эмили и Джорджией, так?
— Правильно, — сказала я, хотя не была уверена, что помню Эмили и Джорджию. Как у большинства девушек ее возраста, у нее часто менялись соседки по комнате. Но не в этом дело, поэтому я кивнула.
— Я только что закончила очень крупный лабораторный проект. Я даже кампус не покидала в течении двадцати-четырех часов. Я вернулась домой вчера ночью, и тогда нашла вот это.
Она открыла сумку и вытащила журнал, который положила на стол.
Это был экземпляр Чикаго Волд Викли, журнал сплетен. С вампирами, находящимися на пике популярности, папарацци из Викли дежурили за пределами Дома и следовали за нами по всему городу. С этой конкретной проблемой, мое лицо уставилось на меня, мои глаза, скрытые темными очками, на мне были туфли на шпильках и джинсы, которые не могли быть более обтягивающими и преувеличивающими достоинства.
