звезды!
Но бабушка была непреклонна, чтобы дарить духовного зверя только как награду за заслуги в учебе и искусствах, а какие у Лю Сяо эти заслуги…
Вдруг вдалеке послышался грохот. Звук был легким, едва ли слышным. Лю Сяо заметила это мимоходом, но внимания особо не обратила.
У неё, вообще-то, есть дела поважнее.
Погрустить, например, ещё немного или истоптать от досады весь снег в округе…
Ей стоит, наверное, вернутся. Все же нехорошо прерывать тренировку.
А в следующее мгновение это случилось снова. Прогромыхало уже гораздо громче, будто бы ближе, а на краю неба промелькнула вспышка.
Надо сказать это был зимний, безоблачный день, никаким естественным погодным явлением нельзя было объяснить такую молнию. Лю Сяо с праздным любопытством посмотрела в сторону шума. Кто-то тренирует новую технику? А разве был у них в клане человек со способностями в искусстве молний?
Третьего удара Лю Сяо так и не услышала, вспышка света ослепила её глаза и от боли и шока девушка тут же потеряла сознание.
* * *
Лю Сяо снился странный сон. Множество разрозненных картинок мелькали перед глазами. Пока, наконец, не сложились в одно, более-менее цельное повествование.
Лю Сяо снилось детство.
Размытые образы матери, потом… как они с братом стали жить у наложницы Бай. Веселые игры и детские перепалки. Сказки рассказанные на ночь.
Как было грустно когда Дуо-ге в конечном итоге переехал в собственную резиденцию. Десятилетнему мальчику уже негоже было оставаться в женской части поместья.
Лю Сяо снились подростковые годы.
Первые драгоценности, первые "свои" горничные, первый выход в свет.
И нескончаемые уроки. Лю Сяо — старшая среди дочерей главы, а это значимый статус и накладывает особые обязательства. Поэтому Лю Сяо тренировалась, тренировалась и тренировалась изо всех сил, но четыре искусства (*цинь, каллиграфия, го, живопись*) никак не хотели поддаваться её упорству….
Прожитая жизнь мелькала перед её глазами. С каждой увиденной сценой та "Лю Сяо" становилась все старше.
И вот, одним зимним днем, когда на небе было ни облачка, девушка услышала гром вдалеке.
Казалось на этом моменте все должно было и закончится, но, неожиданно, видения продолжились.
Только вот показанное "будущее" было больно уж мрачным.
Из-за каких-то продолжающихся случайных событий репутация Лю Сяо разрушилась в пух и прах. Даже младшие слуги не боялись посмеиваться над старшей "скандальной" госпожой.
Позже, попытавшись приручить духовного зверя, что-то пошло не так и тот расцарапал Лю Сяо лицо. Так к "скандальной" прибавилось ещё и прозвище "уродливая".
Тогда, в отчаянье, не иначе, Лю Сяо связалась с каким-то подозрительным торговцем. Ей пообещали чудесную, просто-таки волшебную технику культивации.
— Всего немного усилий и ваша сила взлетит на порядок выше! Клянусь предками, госпожа, это чистая правда!
Конечно, то руководство оказалось фальшивым.
Все бы ничего, старшая дочь главы отнюдь не обеднеет от пары тысяч лян, потраченных впустую. Но кроме того, что оно оказалось бесполезным, то руководство было ещё и вредным. Меридианы девушки были так сильно повреждены, что путь культивации стал закрыт для неё навсегда.
Только после всех этих событий её жизнь уже покоилась в руинах. Но дела продолжали становиться хуже.
Каким-то образом она, не достигшая ещё и двадцати лет, умудрилась оказаться замужем.
Жуй Яо, похоже, и сам был ей не рад. По крайней мере в видениях она ничего кроме исходившего от мерзавца всепоглощающего презрения не ощущала. Одно хорошо, выделись они не часто.
Сразу после скоропостижной (кстати, с чего это вдруг?) свадьбы девушку отвели в один из дальних дворов поместья Жуй. Выходить оттуда ей было запрещено. Стоит ли говорить, что условия в этом доме были более чем ужасными? Так, запертая в темной, сырой комнате, Лю Сяо и исчезает. Будто и не было её никогда.
— Возмутительно!.. — прохрипела Лю Сяо и открыла глаза.
После трех дней лихорадки старшая мисс Лю наконец очнулась.
Хотя расследования проводилось очень тщательно, откуда взялась та молния узнать так и не удалось. Лю Сяо оказалась единственной пострадавшей.
К счастью, тогда у озера шум был настолько оглушительный, что девушку быстро нашли и отправили к лекарю. Несмотря на то, что Лю Сяо пришлось ещё долго отлеживаться в постели, позже она полностью поправилась. Те лихорадочные несколько дней казались единственными последствиями этого происшествия.
О своих снах Лю Сяо никому не рассказала. Да и не верила она в них особо.
Как будто её, старшую дочь Ди, может постичь такая жалкая судьба! Это просто горячечный бред, вот и все!
Лю Сяо правда старалась думать о том видении как можно меньше.
Так она и сделала, и на какое-то время жизнь просто продолжила идти своим чередом, без каких-либо драматических происшествий.
А в начале лета в поместье въехал экипаж. Вторая мисс вернулась в лоно клана.
Глава 2. Жуй персики и не страдай фигней
Было сказано, что Лю Хуа родилась слабым, очень уж болезненным ребенком. Стоило только малышке миновать третий год жизни, как она заболела какой-то ужасной болезнью, так что её отправили в далекий храм, как говорят, поправить здоровье.
Лю Сяо ничего особо и не знала про вторую сестру. Да и никто, наверное, не знал. Девочка уехала из поместья много лет назад. Пожалуй, единственную вещь, которую можно было сказать наверняка про Лю Хуа, так это, то что та была биологической дочерью наложницы Бай.
Это если брать во внимание реальную жизнь, но Лю Сяо знала о второй сестре и ещё кое-откуда. В том своем "пророческом" сне она, Лю Сяо, и Лю Хуа частенько сталкивались друг с другом. Там они были, можно сказать, непримиримыми соперницами. Вступая то в одну перепалку, то в другую, та Лю Сяо показывала себя с всё более уродливой стороны и именно так и начала проявляться её "чудесная" репутация.
Лю Сяо, вздохнула, попытавшись прогнать глупые воспоминания из головы. Нечего и думать о такой ерунде.
Её младшая сестра вернулась домой. Это же хорошо, не так ли?
Дверь экипажа открылась и оттуда медленно вышла девушка. В чем-то она была похожа, на наложницу Бай, а в чем-то переняла грацию их отца. Волосы подобраны шпилькой из вишневого дерева. Простые белые мантии, светлая кожа и чуть отстраненным взгляд. Элегантная, но скромная, юная девушка пятнадцати лет ступила на землю клана Лю.
— Хуа-эр! — наложница Бай заплакала и протянула руки к дочери. — О, моя Хуа-эр! Эта мать уже не смела мечтать что мы снова увидимся!
Слуги зашептались. Всем было интересно посмотреть на эту взявшуюся, будто бы из неоткуда, новую молодую мисс.
