Сейчас мы уже представить себе не можем эти захватывающие исследования друг без друга. В общем, этой книги не было бы, если бы Ирина не докапывалась до сути, не ставила вопросы под неожиданным углом и не находила парадоксальные примеры, не вдохновлялась новыми темами и не теребила бы меня. Я утонула бы в тренингах, проектах, телесъемках и консультациях. А между тем именно книга обладает проверенной веками магией, именно книга побуждает к творчеству и приглашает читателя в соавторы.
Я желаю вам, чтобы прочтение этой книги принесло вам еще больше прозрений и эмоций, чем мы получили в процессе ее написания. Эта книга живая. Она задает вопросы, иронизирует, дышит, подмигивает, смеется. И во многом это происходит потому, что мы писали ее вдвоем. Пусть наша книга станет для вас приятным компаньоном, а может, даже другом, предлагающим новые идеи и нестандартный взгляд на простые вещи!
Светло и легко,
Татьяна Мужицкая
Глава 1
Власть несбывшегося Лучшее где-то там
Если когда-нибудь ты попробуешь побыть литературным героем, ты поймешь, что литературные персонажи порой более реальны, чем люди из плоти и крови.
Ричард Бах. Иллюзии, или Приключения мессии поневоле
Где нас нет, там хорошо. Это общеизвестно. «Там» мир богаче и красочнее, а сами мы могущественны и безупречны. Не то что «здесь и сейчас». Вот здесь и сейчас из динамика радиоприемника доносится популярная песенка про «там и тогда»:
Она могла бы стать звездой кино,фотомоделью быть давным-давно,она могла бы написать роман,как жаль, что все – обман…Она могла петь песни о любви,вести большое шоу на TV,но все, что в жизни есть – ее печаль,как жаль…[2]
И это «там и тогда» настолько притягательно, что мы там иногда практически поселяемся, постепенно разучиваясь жить «здесь и сейчас». Мы находимся «здесь и сейчас», как в вынужденной командировке – без всякого удовольствия, а то и с явным раздражением, потому что все лучшее у нас осталось «там».
Где нас нет, там хорошо. Это общеизвестно. «Там» мир богаче и красочнее, а сами мы могущественны и безупречны. Не то что «здесь и сейчас».
В школе, где я училась, работали две учительницы литературы. Первая просто ненавидела детей. Вид школьной двери и толпы орущих сорванцов ежедневно напоминали ей о том, что она не стала великой писательницей и даже журналисткой, что она больше не «Мисс литературный институт», а всего-то разведенная учительница литературы средней школы. Иной раз она так и говорила ученикам: «Эх, разве я бы тут с вами сидела, если бы моя жизнь сложилась по-другому!»
В этот миг лицо ее озарялось светом и дети затихали, потому что на несколько секунд она погружалась в свое альтернативное прошлое-будущее, туда, где ее ждало признание. А потом этот свет гас, голос становился стальным, и разница между мечтой и реальностью выплескивалась на детей. Вторая же учительница не получила образования столь блестящего. Она честно хотела преподавать литературу, начала работать в школе, еще учась на втором курсе, и души не чаяла в детях. Они же висли на ней и обожали ее уроки. А когда ее спрашивали: «О чем вы мечтали в детстве?», она краснела и отвечала с улыбкой, что об этом и мечтала – стать учителем литературы в средней школе. Власть несбывшегося не имела над ней силы.
Человек, пребывающий во власти несбывшегося, проживает важные отрезки своей судьбы, а то и всю жизнь со знаком минус, понимая, что чего-то недополучил, и проклиная обстоятельства. Но власть несбывшегося вредна еще и тем, что она оставляет нас неподготовленными к реальности, а потому беззащитными.
Когда я готовилась родить первого ребенка, у меня в голове был готовый фотоальбом, куда надо было только вставить фотографии. Вот первый крик ребенка, вот муж с цветами, беленькие кружавчики, и все счастливы, вот румяный младенчик у моей груди, и часов 20 в сутки он мирно спит в кроватке. А потом пришло ощущение, что весь этот набор рамок для фотографий падает и разбивается.
Началось с того, что роды были очень тяжелые, и новорожденный не закричал и его сразу унесли в реанимацию. Там он лежал в стеклянной камере, весь обмотанный какими-то проводами. Никакого грудного вскармливания не было. Муж с цветами, конечно, был, бледно-зеленый, с ужасом в глазах. Когда меня выписывали из роддома, я вышла без младенца, совершенно опустошенная, потому что ребенка увезли в больницу на другой конец Москвы.
Весь следующий месяц я туда ездила с бутылочками. Когда все рамки для идеальных картинок разбились, я себя чувствовала глубоко несчастной. Хотя, если не знать, как надо, как положено, если не рисовать идеальных картинок, то ничего ужасного не произошло: ребенок родился, он живой, медики выходили его, и сейчас он такой же, как все дети.
Пребывать во власти несбывшегося означает быть во власти представления о том, что счастье – где-то «там», но не здесь, не рядом. Что есть идеальные образы, идеи о том, как должно быть, и мы достигнем счастья только тогда, когда эти две картинки – идеальное и реальное – сойдутся.
У Стивена Кинга есть потрясающий рассказ «Я знаю, что тебе нужно». Красавица учится в колледже, за ней ухаживает невзрачный молодой человек, и он ей говорит: «Я знаю, что тебе не нравится, когда тебя зовут Лиз, я буду звать тебя Бет». А ей действительно никогда это не нравилось! А дальше он и в самом деле угадывает все ее желания и вкусы, дарит ей цветы, которые она любит, приходит на помощь, когда возникает трудная ситуация. В итоге у них идеальные отношения. Но ее подруга пытается объяснить ей: «Ты его не любишь, он просто вписывается в рамки твоего идеального образа. Ты сама сотворила образ, который ты любишь, а он делает все, чтобы поддерживать в тебе эту иллюзию. Он не такой на самом деле!»
В итоге подруга наняла частного детектива, который выяснил, что парень обладает сверхъестественными способностями, опасными для тех, с кем он связан. Героиня, тем не менее, решает убедиться в этом сама. Идет к нему домой, у нее есть ключ от его жилья. Она обнаруживает, что квартира хорошо обставлена и чисто убрана, так, как ей нравится. И есть одна комната, которая заперта на ключ. Девушка находит ключ от этой комнаты, заглядывает туда и приходит в ужас, потому что видит беспорядок, хлам, а также магические куклы, в том числе изображающую и ее саму. И когда появляется ее возлюбленный, он уже совершенно другим голосом говорит: «А, ты все-таки сунула сюда нос! Зачем? Что тебе не нравилось? Я же делал все то, что ты хотела!» А потом он рассказывает, что всегда «материализовал идеальные картинки», чтобы добиться любви и использовать окружающих.
Каждая девушка, начитавшаяся любовных романов, которые описывают, какими красивыми бывают отношения между мужчиной и женщиной и какие слова полагается говорить, сильно рискует оказаться в положении героини рассказа Кинга. В кажущейся открытой жизни ее возлюбленного может оказаться маленькая, запертая на ключ комнатка, где хранятся его неприглядные тайны – его настоящая, а не придуманная жизнь. Его дурные наклонности, его скверный характер, его прошлое.
Мы сами отдаемся под власть несбывшегося. Сначала мы воображаем себе идеальные ситуации, а потом примеряем их на себя. Сначала мы придумываем слова, а потом хотим их услышать. Любой человек может вступить в эту игру и подавать нужные нам реплики, но потом только не спрашивайте с ужасным разочарованием: как он мог?!
Куда бежать?
Какую альтернативную реальность выбирают убегающие от жизни люди? Что помогает им в этом? Средством ухода от жизни могут быть не только книги, но и спортивные трансляции, и сериалы, и ежевечерний просмотр DVD-дисков, который заменил собой классическое лежание на диване с газетой. Это может быть виртуальная реальность и созданные на ее почве образы. Многие же, особенно женщины, предпочитают создавать другой – внешний – образ.
Некоторые женщины покупают себе одежду на пару размеров меньше в расчете на «когда я похудею». Но, когда они сбросят вес, будет уже другая мода. На самом деле они приобретают наряды не для того, чтобы носить их, а для того, чтобы почувствовать себя красивыми.
Иногда женщины покупают одежду, которую никогда не наденут. Или у них в загашнике десяток пар неносибельной в принципе обуви. Некоторые женщины покупают себе одежду на пару размеров меньше в расчете на «когда я похудею». Но, к сожалению, когда они сбросят вес, будет уже другая мода. На самом деле они приобретают наряды не для того, чтобы носить их, а для того, чтобы почувствовать себя красивыми. Или же, бывает, женщина, представляющая себя знойной красоткой со стройными ногами, после ухода на пенсию покупает себе мини-юбки и блестящие молодежные украшения, перекрашивается в ослепительную блондинку. Но внешне-то она остается немолодой женщиной, на которой эти вещи смотрятся немного нелепо. Как в анекдоте, когда к урологу приходит дедушка лет 80 и говорит: «У меня ничего не получается в постели!» «Ну что ж, дедушка, – отвечает врач, – пора уже, вон сколько вам лет, это естественно!». «Но вот моему соседу 86, а он рассказывает, что у него получается!» «Так и вы рассказывайте!»
