было бросить учёбу, вернуться домой, сказать отцу и мачехе, что просто испугалась… Но чтобы я, Мэл, так сдалась? Ни за что. У меня есть гордость.
К тому же я не могла бросить подругу, однокурсницу и по совместительству соседку по комнате — Ташири Лайдер. В отличие от меня, она законнорождённая дочь лорда. Отец отправил её сюда исключительно потому, что вся его семья училась в академии — мол, справится и она. Но подруга ужасно боялась зачёта: сама мысль о встрече с любым монстром из учебного списка лишала её сна и покоя.
Вчера, перед сном, она призналась мне: — Мэл, я бы душу демону продала, лишь бы сдать этот зачёт. Мне никак не даётся заклинание распыления. Не думаю, что у меня вообще когда-то получится.
Я посмотрела на Ташири — стройная, изящная, с роскошными тёмными локонами и глазами цвета шоколада. Казалось, она слишком хрупкая для суровой Академии Выживания.
— У меня самой с этим заклинанием проблемы. Будем надеяться, что обойдёмся без встречи с вампирами, — лишь отшутилась я.
Подруга лишь грустно кивнула и замолчала. Вид у неё был настолько подавленный, что мне захотелось пообещать невозможное — например, защитить её от всех бед. Я мысленно поклялась: во что бы то ни стало, найду выход из этой ситуации.
И, кажется, он нашёлся.
Сейчас в моих руках была затертая книга в чёрном кожаном переплёте — тот самый фолиант по призыву демона, ради которого я устроила этот ночной набег. На обложке — замысловатая тиснёная фигура дракона. Я нервно провела рукой по рисунку, и дракон, словно живой, расправил крылья, оскалился, затем свернулся кольцом, а крышка книги самостоятельно приоткрылась. Вот такую простую, но действенную защиту давно используют на особо опасных книгах: не проведёшь по обложке — раздастся магический сигнал тревоги.
Этот секрет мне известен ещё с детства: у нас дома в библиотеке было несколько подобных экземпляров. Спасибо отцу за уроки осторожности.
Сев за стол, я развернула книгу и начала читать. Оказалось, что для призыва демона требуется не только немалое количество сил и материальных компонентов, но и тщательная предварительная подготовка. Демоны, как тут было сказано, крайне мстительны и не терпят легкомысленного обращения. Призыватель, допустивший ошибку, рискует заплатить слишком высокую цену.
Я сглотнула, ощущая тяжесть на душе. Готова ли я зайти настолько далеко ради зачёта? Ради себя, ради Ташири?
У меня просто не осталось выбора.
В голове мелькали десятки мыслей: как провести ритуал, какими чарами защититься, где раздобыть необходимые ингредиенты. Деньги, конечно, можно было выручить, продав некоторую информацию — к примеру, расписание тайных тренировок для старших курсов или сведения о сильнейших защитных заклинаниях преподавателей. За это студенты старших курсов были готовы щедро заплатить, особенно накануне крупных экзаменов.
Однако самые опасные и важные сведения обычно не стоили ни одного медяка, потому что расплачиваться за них приходилось чем-то гораздо более ценным — репутацией, дружбой, иногда… собственной совестью.
Я закрыла глаза, давая себе минуту отдыха. Нужно было действовать быстро: до зачёта оставался всего один день. Лунные лучи скользили по пустым книжным рядам, и библиотека казалась мне одновременно надёжным убежищем и ловушкой.
— Всё получится, — прошептала я себе.
В конце концов, в Академии Выживания слабым места нет — речь уже не о хорошей отметке, а о жизни.
Глава 2
Ночь я провела в библиотеке: внимательно изучала книги и тщательно устраняла следы своего пребывания в Запретном отделе. Даже удалось немного вздремнуть между делом.
Утром меня разбудила библиотекарша, мадам Глауз — если точнее, то её появление и стук входной двери, когда она вошла в помещение. Завидев меня, она покраснела, сузила глаза, губы её задрожали от негодования. Ещё бы! Как же так — кто-то читает книги без её ведома. Но разразиться гневной речью она не успела: я опередила её.
— Вы меня заперли! Мне пришлось провести здесь ночь, — возмутилась я, выпрямившись.
— Я тебя точно не запирала, Амелия, — ответила библиотекарша и поспешила к двери в Запретный отдел. Она быстро открыла её и оглядела пыльную комнату. Кажется, состояние помещения само по себе служило защитой: я долго отряхивала пыль со своей одежды.
Библиотекарь смерила меня оценивающим взглядом, будто надеялась, что я признаюсь во всех грехах под её пристальным взором. Затем сказала:
— Ладно, можешь идти. Кстати, поздравляю с пополнением в семье — с будущим наследником.
Я лишь равнодушно пожала плечами. Грядущее рождение брата меня давно не трогало. Когда отец объявил о намерении жениться, я сразу поняла: новые дети не за горами.
Гораздо больше меня волновала учёба в Академии — а если точнее, вопрос выживания в её стенах.
Я поблагодарила мадам Глауз и поспешила уйти: мне не терпелось как можно скорее приступить к реализации моего плана — провести обряд призыва демона. В найденной мной в Запретном отделе книге утверждалось, что ритуал следует совершать днём, а не ночью, как я почему-то раньше думала. Днем, как писалось, демон будет более сговорчивым.
В этом, пожалуй, был смысл — если предположить, что демоны, подобно людям, предпочитают спать ночью, никому ведь не понравится, если его вытащат из постели. Я бы сама была не в духе.
После короткого завтрака в общежитии я занялась подготовкой. Главное — позаботиться о том, чтобы демон меня не опознал и не смог позже найти ради мести. Для этого я собиралась изменить внешность. У меня было несколько весьма оригинальных идей. Боги, надеюсь, у демонов не бывает инфарктов — а то придётся прятать тело и вызывать следующего.
Я подготовила подушки, простыню и обувь на высокой платформе — собиралась добавить себе росту и объёма, замаскировав всё это тканью, чтобы демон поверил: это моя настоящая фигура. Оставалось придумать, как всё это перенести туда, где я собиралась проводить ритуал — уж точно не в своей, точнее, нашей с Ташири комнате.
В этот момент дверь открылась, и в проёме появилась моя подруга. Волосы её, обычно аккуратные, были взъерошены, лицо — бледное, платье измято. Впрочем, в последнее время она почти не ухаживала за собой.
— Где ты пропадала, Амелия? Я уже решила, что ты сбежала, — устало сказала она.
Затем её взгляд упал на гору подушек в простыне.
— А сейчас ты, случайно, не собираешься сбежать? — слабо улыбнулась она.
— Нет, если бы и собралась — то не одна, — ответила я.
— Я не могу бежать, отец меня проклянёт…
