Тем более, что прямо перед входом в нужный мне зал находилась витрина с трезубцем Салазара.
Там даже остались охранники, что уж совсем удивительно после того, что устроили Ольга и Бланш. Видно, местные и впрямь очень сильно ценили подарок старика Армана.
– Сейчас, – раздался у меня в голове голос Лифэнь. Через секунду погас свет. Это Пуша, наконец, что-то повредила в электрощитовой.
И я тут же телепортировался мимо ничего не подозревающих охранников туда, куда нужно.
Первым делом к камерам в зале с филактерией. Пусть думают, что они перегорели из-за скачка электроэнергии.
Важно было сделать это сразу ещё и потому, что, конечно, у музея с большой вероятностью был и резервный источник энергии, как раз на случай всяких сбоев.
Так и оказалось. Я едва успел сломать камеры, выкачав из них энергию скверны, как свет включился обратно.
Теперь единственным препятствием была сигнализация. Но с ней я могу справиться точно также.
Так что я просто положил руку на стеклянную панель и почувствовал, как скверна по капельке вливается в моё тело.
Вот и всё.
Я сдвинул стекло в сторону и взял в руки оба кубика. Теперь дело оставалось за малым.
Подойдя к одному из окон, я открыл и его. И тихо спрыгнул на улицу с обратной стороны здания. Теперь мне нужно было снова вернуться в сквер, где меня ждали Алина с Октавией.
У ведьм рода Сципион, помимо прочих талантов, был отлично развит навык артефакторики.
И это касалось не только куколок, которые они делали, чтобы поработить кого-то ментально или просто над ним поиздеваться. Да, такой сценарий тоже вполне себе частый среди представительниц этого великого клана.
Так или иначе, ведьмы отлично умели создавать своими руками многое, что требовало скрупулёзной работы и внимания к деталям, словно это была ещё одна сторона их дара.
Поэтому именно Октавии я доверил сделать точную копию кубиков из музея. А так как они не были какой-то сложной и замысловатой фигурой, то ей хватило буквально пятнадцати минут, чтобы сделать качественную заготовку.
Самым сложным, на самом деле, было достать подходящий материал. Нам пришлось перерыть все ещё открытые барахолки Коста-Сирены, чтобы найти достаточное количество чёрного оникса.
В ином случае пришлось бы отложить операцию до завтрашнего дня.
Но нам повезло. И под удивлённо-восхищёнными взглядами девушек Октавия буквально переплавила ожерелье и браслет из камня в одну общую массу, из которой и сделала кубики.
Даже Бланш Вийон никогда не видела эту сторону колдовства клана Сципион и, как и все, была сильно поражена, что твёрдый камень в руках Октавии становится податливым, как пластилин.
Однако мы хотели добиться идеальной схожести, поэтому сейчас, когда я принёс девушке оригинал, она стала доделывать последние штрихи.
Через несколько минут фактура кубиков стала идеальной. Октавия учла даже самые мелкие трещины и царапины и повторила скол на углу одного из кубиков.
Ну а последний штрих нанёс уже я.
Чтобы грани кубика засветились зелёным и источали магическую силу, как оригинал, мне нужно было вдохнуть в них капельку некротической энергии, что я и сделал.
Теперь этого должно хватить, чтобы они изображали мистический предмет ещё, как минимум, полгода.
За это время все уже успеют забыть и о сбое в охранной системе, и о двух девушках, одной из которых в тот день стало плохо прямо перед музеем.
Ну а я вновь проделал тот же путь до постамента, где хранились нарды и положил туда нашу подделку.
Ну что, дедуля. Я и не думал, что удастся поболтать с тобой ещё раз, иначе чем в видении, вызванном испытанием.
Правда, вернуть к жизни, а точнее, НЕжизни старика Рихтера будет непросто.
Пусть филактерия у меня в руках, но потребуется ещё непростой ритуал.
А также мне надо хорошо поразмыслить, стоит ли вообще выпускать в мир лича такой силы, пока я сам не до конца восстановился.
Деда практически невозможно контролировать. Иначе мне бы не пришлось когда-то давно его упокоить.
Но всё-таки он тоже Рихтер. И, возможно, однажды мне ещё пригодится его помощь. Даже если возрождение деда обернётся для всех чистым кошмаром и хаосом.
***
– Значит, ты уже здесь? – несколько агрессивно спросила Ольга у Прохора, когда мы прибыли из музея на нашу недавно приобретённую базу.
И если Калинин слегка опешил от такого напора, то я лишь про себя посмеивался. С некоторых пор внучка довольно нервно реагировала на нашего капитана, но за грубостью она скрывала неуверенность и волнение.
– Мы уложились точно в срок, – отозвался Прохор, похлопывая по крупной морде лежащего рядом с ним Гарри.
Ему всё-таки пришлось оставить своих учеников на денёк, чтобы прорыть дорогу до Коста-Сирены вместе с нашим питомцем.
Из всех, кто остался в столице, лучше него с этой задачей никто бы не справился. И Калинин устроил всё в лучшем виде.
Конечно, новый тоннель ещё нуждался в значительных доработках с помощью того же Гарри и наших кротов, потому что сейчас он, к примеру, был слишком узким.
Но это уже мелочи. Главное, что у нас появилась прямой и независимый путь, которым может пользоваться лишь клан Рихтер.
И уже сегодня он нам понадобится.
Что ни говори, а филактерию деда нужно хранить где-то в более подходящем месте, а не под подушкой в отеле.
Так что, кратко объяснив Прохору ситуацию, я передал ему артефакт.
– Чем меньше людей увидят, что ты что-то несёшь в мою комнату в Форте, тем лучше. И не забудь активировать все защиты заново, после того, как закроешь артефакт в моём сейфе.
Разумеется, как только мы переехали в Старый Форт, я позаботился и о таких вещах, как собственный защищённый тайник.
Пускай, очаг вокруг нас сам по себе был гарантией безопасности, но я посчитал, что дополнительное место для хранения чего-то важного не помешает. А заодно научил всех своих приближённых учеников, как временно снимать защитную магическую печать.
Ольга тогда очень просила научить меня создавать собственные печати, но мне пришлось её разочаровать.
Для того, чтобы творить такую магию, ей ещё не хватало опыта. Защитные печати – это уже магия довольно высокого уровня. И, чтобы ей научиться, нужны особые дополнительные тренировки.
Конечно же, внучка сразу попросила устроить их для неё, да и Прохор с
