М-да… И что же в этой девице могло привлечь молодого, не обделенного женским вниманием парня? Характер тот еще, лицом не то чтобы не вышла, но можно и красивее найти, да и выглядит она старше его… лет на пять как минимум, если считать по обычным человеческим меркам.
Приворожила? Нет, уверена, что граф любимого сыночка первым делом на проявления магии проверил. А если Дар какой есть, дающий возможность приворота или хоть эмпатического воздействия? Тогда маги бы не засекли. Только вот аура у нее простая настолько… Я покачала головой. Тут не то что талант найти, а вообще наличие мозгов можно под сомнение поставить. Хотя аура — вторичный показатель. Слабенький Дар вполне может обнаружиться.
Неужели и правда любовь? Столь сильная, да еще и с первого взгляда? Странно…
За час дом был приведен в порядок — к счастью, моей базы из арсенала бытовой магии на уборку хватило. Подобрала Азалии туалет для вечернего чая, а заодно и сама переоделась, памятуя о встрече гостей.
После четырех вечера облачила «миледи» в приготовленное платье, сделала высокую прическу, наложила макияж. Ровно в пять раздался стук в дверь. Ну что же… Пришло время посмотреть и на поклонника.
Я отворила двери, пропустила гостя и присела в низком поклоне. Передо мной стоял симпатичный, вежливо улыбающийся юноша. Идеальная осанка, скорее всего, намекала на военную выправку. Изящный наряд подчеркивал хороший вкус. А слегка растрепанные ветром светлые волосы придавали парню совсем юный, мальчишеский вид. Хотя… что такое двадцать лет для долгоживущей аристократии? Он и есть мальчишка.
— Ну-ну, перестаньте, к чему эти церемонии? — неожиданно дружелюбно произнес посетитель. — Вы новая горничная? Я Оливер Грисенн. Да вы, наверное, уже знаете. Азалия дома?
— Да, милорд, вас уже ожидают. — Я снова присела, посторонилась, пропуская молодого человека вперед, и жестом указала путь. Проводив Оливера в малую гостиную, подала чай. — Располагайтесь, ваше сиятельство. Госпожа появится с минуты на минуту.
Надо заметить, встречи наедине с неженатым мужчиной в высшем обществе никоим образом не приветствовались. Даже если этот мужчина считался твоим женихом. Единым соблюдением правил приличия в нынешнем визите было то, что дверь в гостиную Азалия оставила открытой. В данный момент мне это пришлось только на руку. Быстро шагнула к огромной напольной вазе, сиротливо стоявшей в коридоре, и в долю секунды растворилась в ее тени. В принципе этого хватало, несмотря на обилие света, льющегося из высоких стрельчатых окон. Качества, которые я получала благодаря Дару Тени, позволяли мне замаскироваться едва ли не посреди пустого зала. Из-за вазы отлично обозревалась большая часть комнаты. Подумала, не набросить ли мне еще и легкий морок на всякий случай, но не стала. Если у Оливера есть Дар Мага, то морок как магическое проявление он может почувствовать.
Пока не появилась госпожа, украдкой рассмотрела ауру гостя. Простенький блок, закрывающий ее, не стал помехой. А уж мое вмешательство вообще никак нельзя засечь, будь сын графа хоть трижды магом. Объяснялось это тем, что для сканирования я использовала не заклинание, а личное свойство Дара. Так уж получилось, людей с магическим потенциалом в мире рождалось достаточно много, только у кого-то этот потенциал оказывался посильнее, у кого совсем слабый. Такие способности давали возможность выучиться на мага и колдовать что-то в меру своих сил. Но и след от заклинания всегда оставался, и более сильный маг при желании мог его обнаружить. Люди с Даром встречались намного реже. Это особый талант, не требующий ритуалов, не оставляющий магических следов. Человек с Даром Целителя без зелий, голыми руками мог сращивать кости и ткани. Дар Менестреля или Актера кроме способностей в пении, танце или актерском искусстве давал способности к двусторонней эмпатии. Дар Тени очень редкий, с ним можно развить отличного дипломата, или шпиона, или вора — кому что ближе. А самое интересное: в зависимости от силы Дара человек получает одно или несколько «личных свойств» — какие-то внутренние особенности, причем у каждого свои. Вот так мне и досталась работа с аурой.
Молодой человек мне понравился — чистое светлое пламя, со способностями к магии, почему-то почти не развитыми. Яркие искорки как косвенный признак какого-то Дара, скорее всего магического или воинского — среди аристократии они чаще всего встречаются. Учитывая идеально ровную «солдатскую» осанку, склонилась к последнему. Да, юноша явно достоин более подходящей партии.
За разглядыванием Оливера я едва не пропустила выход Азалии. А посмотреть стоило. Я застыла в немом восхищении. Неужели это и есть моя госпожа? Да будь я мужчиной, сама бы выбежала из укрытия и поспешила сделать предложение руки и сердца, пока не опередил какой-нибудь наглый юнец. По коридору плыло трепетное видение, белокурый ангел с огромными синими глазами, неземная легкость и грация. Беззащитное, кроткое существо, воплощенная мечта… Полевым колокольчиком зазвенел ее чистый смех, когда она протянула для поцелуя изящную ручку. Голос сладкой мелодией заполнил уши, вызывая желание слушать его вечно…
Я проморгалась, стряхивая наваждение, не спеша подняла челюсть и присмотрелась к новоявленному «ангелочку». Э-э-э, матушка, как ваша аура-то заблестела.
Через полчаса чаепитие закончилось, и я проводила милорда до выхода. На этот раз он витал исключительно в собственных мыслях, а уходя, даже не попрощался. Более того, я едва успела открыть перед ним двери — казалось, он и их не замечает. Ох, что-то ты, милый, уходишь гораздо более влюбленным, чем когда пришел… Я послала вслед парню легкий эмпатический импульс тревоги — Оливер моментально очнулся и завертел головой вокруг себя.
Значит, уважаемая госпожа Азалия, Дар у нас все-таки имеется. И я даже догадываюсь, какой именно, коллега. Мысленно потирая руки, я довольно улыбнулась.
ГЛАВА 3
Последующая неделя полностью укрепила мои подозрения относительно этой пылкой влюбленности.
У леди Азалии по-прежнему наблюдалось стойкое раздвоение личности. На людях сама доброта и смирение, кротость и невинность, защитница сирых и убогих.
— Кориночка, проводи гостя, окажи любезность, — вежливо и трогательно просила она по окончании каждого визита графского сына. Наедине же «Кориночка, окажи любезность» превращалось в «быстрее оглобли поворачивай, кобыла плешивая».
Сегодня стук в дверь раздался неожиданно рано — в десять тридцать. Я накинула морок на рабочее платье (убедившись, что Оливер не силен в магии, решила не изводить себя бесконечными переодеваниями) и поспешила открыть двери, собираясь поприветствовать гостя, и… так и замерла с разинутым ртом. На пороге стоял кумир моего детства — Джек Сорби…
У всех девочек-подростков есть кумир — какой-нибудь богатый, успешный, красивый парень, чье фантомное изображение можно повесить на стенку возле кровати, потихоньку вздыхать, глядя на него, целовать по вечерам, проливая ведра слез после слухов, что его где-то с кем-то кто-то видел. На мое детство пришлось целых два кумира — Джек Сорби и Джокер. Мои Дж-Дж, как обозвала их Берта.
Джокер — вторая действующая Тень в нашей стране, не считая меня (точнее, это как раз я вторая)… Если моя карьера началась около десятилетия назад, когда мне едва исполнилось двенадцать, то его — лет на тридцать — сорок раньше. И к моему дебюту он уже стал легендой. Каких только баек не рассказывали о его талантах! Конечно, его портрета у меня не было и быть не могло. Поэтому сама кое-как нарисовала мужчину в черной шляпе, черной маске и в черном плаще и пыталась представить, как бы он мог выглядеть. По ночам мне снились восхитительные приключения, где я раскрываю инкогнито Джокера, он делает меня своей спутницей и сообщницей, и дальше мы вместе проворачиваем фантастические головокружительные дела.
С Джеком все было по-другому — блистательный красавец герцог, с Даром Мага-универсала третьей степени. Это… это даже круче, чем быть принцем: принцев много, а Дар Мага-универсала, да еще и третьей степени… возможно, один во всем мире. А главное — невообразимо, чертовски, нереально обаятельный. Именно на его портрет я лет десять назад никак не могла налюбоваться, зацеловала до дыр, засыпая с мечтами о том, как судьба дает нам шанс на встречу, он влюбляется с первого взгляда, и для этой великой любви не существует преград, особенно таких мелких, как разница в социальном статусе между герцогом и приемной дочерью главы теневого бизнеса.
