время своей жизни. — Мам, мне надо идти. Просто посмотри правде в глаза. Я потеряла связь.
— Это неприемлемо. Ни за что на свете я не стану просто смотреть этому в лицо. Шармила Алинэ, ты родилась под благословением природы, наделенная даром магии, как и твоя мать, и находишься под защитой звезд. Ты благословенна, как и все женщины в нашей семье. Ты не можешь просто сдаться.
— Хорошо, тогда я попробую сделать это в горах. Просто дай мне немного согреться. Я не хочу отморозить себе задницу.
В затылке у нее стучала болезненная пульсация. Через мгновение ей придется выключить свет и медитировать, чтобы избавиться от боли.
Молчание матери нервировало ее. Магия, которая текла по ее венам, должна была уже вырасти, а не уменьшиться. Шэр теряла свою неотъемлемую часть и не знала почему. Ничего из того, что она пробовала, не сработало. Это было почти так же, как если бы ее магия медленно утекала — как если бы она истощалась.
— Мы все исправим, Шэр. Не беспокойся. Я поговорю с тобой позже, дорогая.
Шэр повесила трубку. Что, черт возьми, собирается делать ее мать? Она никогда не отпустит эту проблему, пока магия Шэр не будет полностью восстановлена. Слишком измученная, чтобы думать об этом, Шэр закрыла глаза, чтобы унять головную боль.
Глава 2
Анахид открыла входную дверь, используя силу своего разума. Она улыбнулась, увидев мужчину в дверях своего дома.
— Лютиэн. Входи, пожалуйста.
Широкоплечий колдун вошел и поднес ее руку к своим губам. Дрожь осознания пробежала по ее спине от этого легкого прикосновения. Всякий раз, когда Лютиэн оказывался рядом с ней, Анахид превращалась в краснеющего подростка. Это вызывало у нее бесконечное отвращение. В свои сорок пять лет она не хотела и не нуждалась в подобной реакции на молодого человека.
Когда Лютиэн улыбнулся, в его глазах появился блеск.
— Ты сама меня вызвала.
Из всех людей, к которым могла бы обратиться за помощью, она выбрала именно его.
— Мне нужна кое-какая информация. О демоне.
Ее длинное белое платье обвивалось вокруг ног с каждым шагом. Она вернулась к своему столику и своему большому зеркалу. Женщина произнесла несколько слов, и образ Захира наполнил ее бокал.
— Что ты можешь мне о нем рассказать?
Лютиэн сделал шаг вперед. Анахид приподняла бровь в ответ на его движение, зная, что он все прекрасно видит с того места, где только что стоял.
— Захир Даркрат. Очень мощный. Прежде всего, мы узнали, что он чрезвычайно опасен. Откуда ты его знаешь?
Она отступила назад и направилась к дивану.
— Он мой зять.
— Что?
Анахид улыбнулась его удивлению. Мало кто знал, что у нее есть дочь, и уж тем более достаточно взрослая, чтобы выйти замуж. Когда они с Шармилой были вместе, многие думали, что они сестры. Анахид всегда смеялась, когда говорила другим о своем возрасте. Они отказывались ей верить.
— Да, моя дочь вышла за него замуж в один из таких неожиданных моментов. Через несколько дней он покинул ее без всякой причины. С тех пор у нее начались трудности с магией.
Лютиэн сел на диван напротив нее. Он пристально смотрел на нее в течение нескольких долгих секунд, и ей пришлось представить себе все виды отвратительных вещей, чтобы взять свое либидо под контроль. Богиня, да что же с ней такое творится? Слава богине, Лютиэн был недостаточно молод, чтобы быть ее сыном, но по крайней мере на восемь лет моложе ее. Лютиэн был также самым могущественным колдуном из всех, кого она знала, потомком Мерлина. Она была младше его даже с той магией, которая текла по ее венам.
— Он очень сильный. Мне нужно будет разобраться в этом, чтобы понять, что вызывает упадок ее магии. А пока я предлагаю свести их вместе. Это временное решение, но оно, вероятно, поможет. Его сила усилит ее собственную.
— Какая-то темная сила пытается добраться до Шэр. Он вызывал зло, и, если бы не все защитные заклинания, которые я наложила на нее в сочетании с моим постоянным отталкиванием злых сил, оно бы уже достигло ее. Я могла бы легко позаботиться об этом…
— Не надо... позвони Даркрату. Пусть он сам с этим разбирается.
Лютиэн встал, чтобы уйти.
У двери он снова поднес ее руку к своим губам. Их взгляды встретились и замерли. Злая улыбка тронула его сексуальные губы, и Анахид сглотнула. У Лютиэна было больше сексуальной привлекательности, чем у любого другого мужчины, которого она когда-либо встречала. Жар развернулся внутри нее. Великая богиня, она надеялась, что в следующий раз, когда увидит его, ее тело больше не будет смущать ее. Любой другой мужчина, кроме него, был бы менее мучителен для желания.
Когда он ушел, женщина почувствовала, как воздух со свистом вырвался из ее легких. Анахид вздрогнула, и ее охватило возбуждение. По договоренности с Лютиэном она свяжется с Захиром в агентстве безопасности.
* * *
Захир глубоко вздохнул и постарался сохранить спокойствие.
— Ты хочешь еще раз обсудить это со мной?
Его руки сжались в кулаки.
Арканон и еще один его сотрудник обменялись взглядами. Арканон слегка кивнул другому парню, и тот вышел из кабинета. Захир нахмурился. Арканон сел напротив него.
— Так ты справишься с оставшейся частью истории или нет?
Арканон откинулся на спинку стула и скрестил руки на широкой груди.
Захир стиснул зубы.
— Скажи мне.
Арканон вздохнул.
— Хорошо. Анахид Блум позвонила, чтобы попросить защиты для своей дочери.
— Шармила. — Просто произнеся ее имя, он почувствовал, как его сердце сжалось от боли.
— Она самая. Женщина сказала, что ее дочь преследует какой-то урод, и она не в состоянии защитить себя в это время. — Арканон нахмурился. — Я не совсем понимаю, что она имела в виду.
Захир резко выпрямился в кресле.
— Почему, черт возьми, Шармила не может защитить себя? Она же чертова ведьма. У нее никогда раньше не было проблем с тем, чтобы позаботиться о себе.
Арканон пожал плечами.
— Она ничего не сказала. Погоди, она действительно упоминала что-то об утечке магии, но я сразу же потерялся.
Удар кувалдой в грудь был бы менее болезненным. Его легкие горели, и Захир понял, что перестал дышать. Он оставил Шэр, потому что думал, что без него будет в большей безопасности, но теперь, похоже, она нуждалась в нем.
Зрение Захира приобрело легкий красный оттенок.
— И она специально попросила кого-то, кто не женат? — На виске у него пульсировала вена.
— О да, она была непреклонна в том, что
