с телегой, но и покидать их без присмотра среди леса уж точно не стоило — торговцы или нет, а узнать им о работе СОУП в этой местности нельзя.
Патрульные послушно ждали решения командующего, Кёрсп подъехал к десятнику посоветоваться. Мужичок, не заметив со стороны солдат злого умысла, но и не дождавшись помощи, покряхтев, опять стал возиться с нерадивым колесом. Девушка от нечего делать украдкой рассматривала патрульных.
Наконец приняв решение, Кёрсп обратился к торговцу:
— Сейчас мои люди помогут вам починить телегу.
Торговец выпрямился, поблагодарил.
— А вы кто будете? — поинтересовался ир Родэ с любопытством поглядывая на снимавших колесо солдат.
— Имперский егерский надзор, — достав соответствующую бляху на цепочке усмехнулся Рыжая Борода. Он ожидал подобный вопрос. — Вот у вас порядок, шкурок запрещенных нет. Мы вас проводим в наше селение, а завтра с утра к Крапивнице, там рукой подать до иркского тракта.
Услышав решение главного, мужичок радостно заулыбался, девушка тоже ответила легкой улыбкой, ведь теперь им не придется одним ночевать среди этого большущего леса, от которого у нее и так уже за время поездки бегают мурашки по коже.
Кальвадос ухмыльнулся по другой причине: вот на все готов ответ у служащих СОУП. Да что там ответ, и бумажки, и печати, и нужные жетоны! Ведь никто посторонний не должен знать, чем на самом деле занимается СОУП. Зачастую даже родственники, близкие друзья и слуги служащих оставались в неведении. Вряд ли бы тот же обычный ремесленник Риосса обрадовался, узнав, что в его мире периодически открываются дыры, из которых вываливаются выходцы других миров, монстры, а иногда даже демоны! И СОУП должны ограждать этот мир, Варидию, от таких пришельцев и их влияния. Но порой Кальвадос задавался вопросом — а не много ли на себя берет тайная служба? Хоть их главный принцип — оградить местных от иномирного вмешательства, но сами уж слишком много власти имеют во многих государствах, особенно Риосской империи.
Патрульные быстро справились и разместили сломанное колесо вместо запасного на дне телеги, как просил ир Родэ — вдруг выйдет починить потом. Торговец с дочерью залезли в телегу и пополнившийся отряд двинулся обратно в Каньи.
Кальвадос ехал одним из замыкающих и у него появилась замечательная возможность рассмотреть девушку получше, тем более он давно уже кроме деревенских не видел других барышень. Эта, несмотря на кажущуюся скромность, скорее всего, не являлась такой тихоней. Сквозило в ней что-то дерзкое, а пару раз ее манеры отдавали властностью. Например, когда в телегу забиралась, махнула рукой папаше, тот быстренько подсадил. Патрульный в Каньи насмотрелся на деревенских и считал, что дочь небогатого торговца должна бы вести себя проще. Но, кто знает этих риоссцев и их методы воспитания. Парень-то закончил Академию для выходцев и больше общался с такими же пришельцами из других миров как он сам.
Сейчас, когда они тронулись, девушка будто смущалась от такого количества солдат с оружием. Она сидела боком позади управлявшего телегой торговца и смотрела в основном впереди себя, но Кальвадос периодически ловил на себе ее взгляд.
Ее черные волосы были заплетены в две косы и перекинуты на грудь, на голове ни шапки, ни платка — лишь темно-синяя лента с металлическими простыми подвесками повязана. То ли девушка не чувствовала холод, то ли просто красовалась. Вот только для кого тут красоваться, пока они не встретили разъезд?
Руки она засунула в просторные рукава кафтана, отороченные мехом мелкого пушного зверя. Когда садилась на свое место в телегу, ее юбка слегка задралась и Кальвадос увидел заправленные в невысокие сапожки шаровары. Это его очень удивило — уже зная обычаи, культуру и быт народов Риосской империи, он был уверен, что на ее территории не пристало барышням носить штаны. Хотя, с другой стороны, может в дороге так удобней и теплее, все ж не лето сейчас.
К тому же точно сказать носят девушки под юбками штаны или панталоны Кальвадос не мог — для этого пришлось бы заглядывать под эти самые юбки, а такой случай ему как раз таки не представлялся.
Порой ему не хватало той земной раскрепощенности двадцать первого века, когда можно запросто познакомиться с девушкой или даже просто поболтать с ней. В тавернах и других заведениях это не являлось проблемой, но тем барышни и зарабатывали, ничуть не скрывая этого и не смущаясь своего выбора. Простолюдинки тоже могли похвастать свободой нравов, но внимательные родители споро такую парочку женили. А ему этого совсем не хотелось. В своей бы жизни разобраться, какая уж тут еще семья.
В общем, так дальше продолжаться не могло и, поглядывая на пришлую красавицу, Кальвадос для себя решил, что на этот раз уж точно попробует закрутить легкий романчик. Тем более она с отцом совсем уж недолго пробудет в поселении и, если все сложится удачно, никто не станет делать намеков на женитьбу.
Подъехав ближе к телеге, молодой патрульный обратился к девушке:
— Вы замерзли? Может, я одолжу вам свой плащ?
Девушка подняла на него свои большие темные глаза и немного смущаясь, ответила с легкой улыбкой:
— Спасибо ир, нынче погода не очень сырая.
С ее словами патрульный не был согласен, за время выезда он хорошо продрог и не отказался бы если б его предложили погреть. Не удовлетворившись столь скромным ответом, Кальвадос продолжил общение с ней:
— Вы, наверно, очень смелая девушка, раз решились на такое путешествие вдвоем с отцом по дорогам Триззумского леса.
