не излишние и к ним в поселение пробрались самые настоящие шпионы. И решив проверить это, Кальвадос тихонько положил ирлику на землю возле забора, чтоб не мешала, и крадучись последовал за девицей, которая, где ползком, где перебежками передвигалась по улицам.
Полученные в Академии уроки не прошли даром, и он остался незамеченным как для проходивших мимо жителей, так и для шпионки. Тут уж впору радоваться своему худощавому телосложению и тому, что не родился таким увальнем как Рилл или здоровяком-громилой как ир Доа.
Девушка обошла практически всю деревню, уж зачем, Кальвадос так и не понял — смотреть то вроде не на что, обычные с виду дома, нормальные люди... Видимо убедившись в том же и в отсутствии чего-то интересного в жилых и хозяйственных постройках поселка, Ирлика сменила направление в сторону казарм, располагавшихся в центре. Наличие дополнительного забора, охватывавшего немалую площадь в деревушке, вполне могло ее убедить, что там скрывается нечто важное.
От этого блуждания по улицам с необходимостью прятаться у парня уже начинала ныть спина, а еще раздражало, что приходилось передвигаться так медленно — в некоторых местах девушка пережидала опасность разоблачения по десять, а то и больше минут, соответственно Кальвадосу приходилось заниматься тем же. Хорошо, что Зонтика оставил спать в казарме, надеясь на любовное приключение. Он, конечно, в основном в это время года дрыхнет, но было б печально, если в самый неподходящий момент он зашуршал в складках одежды.
Подбирались они долго, обходили таверну, где все еще сидели самые выносливые или кому не нужно утром заступать на дежурство. И вот, наконец, показался забор, отделявший казарменную и административную часть поселения от жилой.
«Интересно, Бьорк на вышке заметит нас или нет? Хотя вряд ли, ему сейчас в лес нужно вглядываться», — думал Кальвадос, тихо следуя за шпионкой.
Ловко взобравшись Ирлика скрылась из виду за забором и Кальвадос уже не таясь подошел к бревенчатой стене, своих то чего опасаться?
Такие решительные действия показывали, что барышню явно не женское любопытство толкнуло на эти подвиги. И что если заметь кто-то ее шпионские действия, то это будет последнее, что он увидит в своей жизни? Подобный риск с ее стороны оправдает любые средства.
Поэтому следовало поспешить, и парень напряженно уставился на забор — как бы его так перелезть.
И как вовремя вспомнилось пара уроков в Академии! Достав один из засапожных ножей (шпагу и огнестрельное табельное оружие он не брал на свидание, но не стал отказываться от остального своего арсенала), парень воткнул его лезвием в щель забора на уровне пояса, второй нож нашел свое место на уровне головы уже. Опираясь на рукояти, Кальвадос забрался наверх.
Конечно, можно пройти и через одни из ворот, которые всегда были открыты, но нужно сэкономить время. Девушку он пока не видел.
Не мешкая, он спрыгнул на землю и задумался — куда б он пошел на ее месте? В дверь она точно не вломится, слишком рискованно на кого-то нарваться. Пожалуй, для начала он бы на ее месте позаглядывал в окна. Стараясь все время находиться в тени, парень направился в сторону основного здания. Так и оказалось — у окна архива, за которым в свете лампы заполнял какие-то документы припозднившийся Гюнкар, замерла плотно прижавшаяся к стене девушка.
После продолжительного созерцания архива она двинулась дальше. Тускло горевшая одинокая лампа на одной из тумб в казарме мало что интересного осветила шпионке.
Порядком убедившись в неблагожелательных намерениях девушки, зверски проголодавшись и устав, Кальвадос решил, что пора завязывать с этой ночной прогулкой. Он отошел подальше в сторону ворот казарменной части, как раз так чтоб пройти мимо Ирлики и, встав в полный рост, шатающейся походкой двинулся в сторону входа в основное помещение, напевая первую пришедшую на ум риосскую песенку о неразделенной любви.
Краем глаза он отметил, как в сторону метнулась испуганной тенью девушка и на этом успокоившись, зашел в здание. Теперь нужно доложить начальству, он свое дело сделал. Интересно, сразу будут брать шпионов, или утра подождут? В любом случае на завтра предстоял тяжелый день.
[1] Окта — на Варидии неделя насчитывает восемь дней
Глава 2
Пиррэт Гролс устало прикрыл рукой глаза. Ему все не давало покоя то обстоятельство, что их размеренную привычную жизнь нарушил приезд этого торговца. Какое-то нехорошее предчувствие не давало ему покоя. Уже далеко за полночь, а он до сих пор в своем кабинете просматривал составленный вчера Гюнкаром отчет со слов нынешнего капитана патруля Кёрспа Парвиля. Пожалуй, даже если ситуация выглядит безобидной, стоит послать голубя с сообщением в Главное Управление. После похищения студента Академии всем настоятельно рекомендовали сообщать даже о несущественных на первый взгляд мелочах.
В дверь постучали. Некоторое мгновение глава Триззумского отдела недоуменно смотрел на дверь — кому это еще не спится? Вновь раздался настойчивый стук, значит это не шутка его воображения. Может что-то случилось, в такое время по пустякам не беспокоят.
— Войдите.
В кабинет вошел Кальвадос Борсон.
— Что-то произошло? — обеспокоенно спросил ир Гролс, тяжело поднимаясь из-за стола.
— Я тут... хорошо, что вы не спите, из окна заметил у вас в кабинете свет. Думаю, не стоит ждать до утра...
— Не тяни, ради Света, и так на душе инги скребут, — мужчина устало потер глаза.
И Кальвадос поведал начальству о своем ночном приключении.
Иногда он сбивался, путал слова и переживал, как все
