Я в ту пору работала в вычислительном центре, ни о каком бизнесе не помышляла, а за советом обратилась к моей подруге и коллеге Ольге Кривенко — она как раз встречалась с одним молодым банкиром, который, видимо, сгоряча пообещал возлюбленной, что под толковый бизнес-план он помог бы ей выбить кредит.
Словом, когда я подошла к Ольге с просьбой подобрать для Серджио подходящих партнеров, она сказала:
— Мы с тобой будем этими самыми партнерами.
Я было подумала, что подруга шутит. Организовать фирму по продаже оргтехники в той среде, которую у нас занимают исключительно мужчины?! Да они схарчат нас без соли и хлеба!
— «Безумству храбрых поем мы песню», — заметила я. — Ты хорошо подумала?
На что подруга ответила прозаическим:
— Не боись!
Услышав наше предложение о совместной работе, Серджио расхохотался. Мы втроем как раз сидели в ресторане, в отдельном кабинете, чтобы никто не мешал, и ведение переговоров взяла на себя Ольга.
— Оля, ты шутничка! — сказал он с сильным акцентом, но вполне понятно. — Разве в вашем городе нет мужчин, занимающихся продаванием компьютеров?
— Вот и искал бы этих мужчин, если ты такой умный! — сердито сказала Ольга. — Что ж ты к Лариске обратился?
— Я хорошо оплачу ей услуги посредника.
— Заплатишь? Ах ты, наш щедрый! — От злости подруга просто кипела.
Она, конечно, догадывалась, что это только начало, цветочки и нам придется немало попотеть, чтобы мужики признали в нас достойных партнеров.
И начинать надо именно с красавчика Серджио. Это было дело принципа. Первая неудача могла привести на хвосте следующую, в этом моя будущая шефиня не сомневалась.
Потому, не получив желаемое с наскока, Ольга сменила тон на доверительный.
— Пойми ты, глупыш, — ворковала она, поглаживая руку Серджио, — мой друг банкир. Ты знаешь, что это такое?
— Деньги, — коротко сказал итальянец.
— Вот именно. И он мне их дает. Значит, верит, не так ли? Не знаю, как у вас в Италии, а у нас про женщин порой говорят: я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик. То есть женщины делают мужскую работу, причем вполне успешно…
Серджио испуганно взглянул на Ольку, а потом перевел взгляд на меня. И раз на первый взгляд на быков, а также на лошадей мы никак не походили, в нас могли оказаться некие скрытые дефекты.
Наверное, в конце концов Серджио решил, что у русских юмор такой — он и раньше его не очень понимал, — и облегченно вздохнул:
— Шутите!
Не стану хвалить себя, но Ольга у нас красавица, ей хоть сейчас в модельный бизнес можно идти. Высокая, статная. Добавьте сюда еще большие голубые глаза с поволокой, вьющиеся белокурые волосы. Может, для модели несколько крупновата, но обычно мужики с восхищением говорят о ней: «Настоящая казачка».
Что подразумевает уйму всяких внешних достоинств. В том числе выраженных еще одним простым, нашим, местным, словом: справная! Хотя в плане колера — среди казачек не слишком много блондинок.
Моя стать пожиже: я худее Ольки и на пять сантиметров ниже. Что называется, тонкокостная. Зато волосы у меня темные, а кожа смуглая. То есть нас с подругой скрестить, и получится как раз тот самый тип.
— Какие шутки, Серджио! Может, у вас в Италии к мнению женщин не очень прислушиваются, а у нас мужчины говорят: «Что хочет женщина, то хочет Бог!»
— У нас тоже так говорят, — рассеянно подтвердил итальянец, думая о чем-то своем.
Не знаю, в ту ли минуту он надумал попробовать и рискнуть или в конце вечера, когда Ольга на прощание прижала его к своей высокой упругой груди — пятый размер! И глубоким чарующим голосом потребовала:
— Решайся, Сереженька, не прогадаешь!
Итак, Серджио мы уломали, но он принял все меры к тому, чтобы свести риск сделки до минимума.
С первой партией компьютеров он прибыл сам и отдал их нам по божеской цене, однако и со стопроцентной предоплатой. Никаких там «под реализацию». А только сразу и сейчас!
В принципе мы нашли товар, который поставлял Серджио, и в Москве — из столицы мы получали запчасти к оргтехнике, но Ольга отчего-то считала, что так мы можем с чистой совестью писать в рекламных буклетах про прямые поставки и цены производителя.
Позднее, убедившись в нашей кредитоспособности, Серджио несколько повысил цены, уверяя, что у него появились трудности.
Над названием своей фирмы мы с Олей бились два дня. Казалось, все, что можно было придумать, уже придумали до нас. Мы и фамилии сокращали, и свои имена крутили-вертели. Но в городе уже был и магазин «Ольга», и нотариальная контора «Лариса», а повторения названий регистрационные органы не допускали.
Тогда мы сложили первую букву наших фамилий и по две буквы от имен — получилась абракадабра «Каола». Зато такого названия ни у кого не было. Может, на первых порах оно кому-то и резало ухо, но потом покупатели привыкли, и, думаю, теперь это название нашей фирмы для заинтересованных лиц кое-что значит.
К слову сказать, пашем мы с Олькой как трактора, не за страх, а за совесть, у нас даже секретаря нет. Мы доплачиваем несколько сотен рублей приходящему бухгалтеру Свете, чтобы она отвечала на звонки, когда, случается, кто-то из нас не может остаться в офисе.
А еще мы стараемся при всех скачках рубля удерживать стабильными цены. Естественно, приходится давить и на Серджио. Мы торгуемся за каждый цент, упрашиваем его о скидках, отчего он стонет:
— Санта-Мария! Пачиму я дольжен поддерживат стабилность вашей экономики? Я же не валютный фонд.
— Слушай, — нарочито серьезно напираю я, — с тобой работает такая красивая женщина, а ты не хочешь делать ей никаких уступок.
— Хорошая женщина, — соглашается Серджио со вздохом. — Я сделал уступки, а что за это получил?
— Надежных партнеров, — напоминаю я.
Мне понятны и его вздохи, и алчные взгляды: возможно, пойди я им навстречу, мы и добились бы желанных скидок, но я ничего не могу с собой поделать.
На вкус какой другой женщины Серджио — красавчик, прямо конфетный, а мне как раз такие не нравятся. Черные глаза его какие-то масленые, а вечно прилизанные волосы — не дай Бог, чтобы выбилась хоть одна прядь! — вызывают у меня воспоминания о машинном масле, которое одно время рекламировало российское телевидение.
Такие вот шутки вытворяет со мной ассоциативное мышление, и по этому поводу остается только сокрушаться! Не лежит у меня душа к ходячей рекламе машинного масла…
Впрочем, угрызения совести меня не мучают: мы с самого начала договорились с Олькой, никогда не спать с мужиками ради дела. Близкие отношения Кривенко с банкиром Левой просто удачное совпадение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
