– Ты знаешь намного больше меня, – возразила Дейзи. – И так будет всегда. Сейчас мне это нравится. Но пойми: если я выйду за тебя замуж прямо сейчас, то никогда не смогу избавиться от чувства, что ты подавил меня, подмял под себя. Ведь мне уже двадцать три года, а я ни одного дня в своей жизни не прожила сама по себе. Рэдклифф не в счет. Вот и теперь, в Нью-Йорке, я снимаю квартиру на пару с подругой. А на каникулы езжу к родителям в Филадельфию.
Все еще лежа в постели, Карл закурил еще одну сигарету и, устроившись поудобней, продолжал наблюдать за Дейзи. Она улыбнулась про себя. Ей было забавно сидеть в кремовой шелковой кофте и твидовом костюме рядом с абсолютно голым мужчиной и обсуждать свое будущее.
– В прошлый уик-энд мама с папой предложили мне поехать в Лондон и прослушать несколько семестров в Королевской школе искусств. Они оплатят расходы.
Карл Майер вспыхнул:
– Что ж, наши драгоценные мама с папой в своей лицемерной пуританской манере намерены настоять на своем и разлучить нас. Да?
Дейзи зарделась от негодования. Одно дело, когда она бывает недовольна своими родителями, но какое право имеет Карл Майер так отзываться о них?
– И вообще мне надоело, что все учат меня жить, – довольно резко произнесла девушка. – И даже ты. Я хочу уехать на год в Лондон, найти там работу и самой себя содержать.
– Это просто ребячество, Дейзи. Как ты можешь содержать себя в Лондоне, будучи никому не известным молодым скульптором?
Дейзи встала. – Ну, конечно. Как только я собираюсь что-то сделать не так, как тебе хочется, это всегда оказывается ребячеством. Хорошо, я пока не могу зарабатывать в качестве скульптора. Но ведь здесь, у нас, многие вполне справляются с жизнью, работая, ну, например… продавцами в «Вулворте». В Лондоне тоже должно быть что-нибудь вроде этого.
– Ну конечно, в Лондоне полно магазинов типа «Вулворта». Вот только не думаю, что все тамошние продавцы могут добавить к своему жалованью ежемесячные чеки от папеньки.
В голосе Карла звучали теперь издевка и раздражение.
Дейзи схватила с бюро свою сумочку и выбежала из спальни, хлопнув дверью и даже не оглянувшись на мужчину, желанней которого для нее не было никого на свете.
2
Дейзи Брюстер прилетела в Лондон в начале тысяча девятьсот семьдесят шестого года. Она остановилась у старых друзей своих родителей в доме на Кадоган-сквер. Недели через три после приезда Дейзи решила попытать счастья в одном из крупнейших лондонских еженедельных изданий – газете «Бастион». Ей давно хотелось попробовать себя в журналистике.
И вот настал долгожданный час.
Дейзи вышла из метро на свежий морозный воздух, в который раз за последние три недели подумав о том, что Лондон вовсе не оправдывает репутации города смогов и туманов, и направилась в сторону Флит-стрит, где находилась редакция газеты. На Людгейт-серкус ей пришлось подождать, пока зажжется зеленый сигнал светофора. А что, если она уже опаздывает? Дейзи не привыкла носить часов, а здесь, в Лондоне, их почему-то нигде нет. Дейзи не могла понять почему. В ее родной Филадельфии нельзя было пройти и пятидесяти ярдов, чтобы не увидеть на фасаде одного из зданий или просто на столбе очередной циферблат. Сейчас Дейзи казалось, что никогда еще красный глазок светофора не горел так долго.
В морозном воздухе стук высоких каблучков Дейзи раздавался особенно звонко. Наконец она перешла улицу и оказалась в самом начале Флит-стрит.
Дейзи нервно облизнула губы и тут же напомнила себе, что ни в коем случае не должна выглядеть взволнованной. Дочь хозяев дома, где остановилась Дейзи, набросала ей небольшой план. «Бастион» должен быть где-то рядом. А вот и он. Прямо над головой Дейзи над входом в многоэтажное здание горели огромные буквы названия газеты.
Дейзи немного помедлила на последней ступеньке, прежде чем открыть дверь. Говорят, когда удается скрыть волнение, это производит впечатление не только на окружающих, но и на тебя самого – постепенно успокаиваешься и обретаешь уверенность. Хорошо бы если так.
Девушка достала из кармана маленькое зеркальце, оправила волосы. Мимо в сторону собора святого Павла пронеслась вереница автобусов.
Дейзи оглянулась на купол собора, белевший на фоне кобальтового неба. Наконец она решилась: толкнула дверь и оказалась в вестибюле редакции воскресного еженедельника, который читали практически все представители английского истэблишмента.
За конторкой около входа неподвижно застыл охранник в форме. Он смотрел на приближающуюся Дейзи с непроницаемым лицом. Девушка здесь впервые – охранник безошибочно определял такие вещи. Она могла оказаться курьером какой-нибудь фирмы с такой же вероятностью, как и дочерью директора редакции. В наши дни и те, и другие одеваются примерно одинаково.
– Меня зовут Дейзи Брюстер, – представилась девушка. – На одиннадцать мне назначена встреча с редактором.
На стене за спиной охранника Дейзи увидела наконец часы. Слава Богу, она не опоздала – было без одной минуты одиннадцать.
Охранник лениво перелистывал блокнот с внутренними телефонными номерами.
– Извините, но уже одиннадцать. Не могли бы вы связаться с приемной мистера Фронвелла и сообщить секретарю, что я здесь? – вежливо попросила Дейзи. «Этот идиот наверняка ведь знает номер редактора без всякого справочника, – подумала она. – Но лучше просить, чем требовать, а то он начнет специально тянуть время».
– Как, вы сказали, ваше имя?
– Брюстер. Дейзи Брюстер. Мне назначено на одиннадцать.
Охранник безучастно сообщил в трубку селектора фамилию Дейзи, затем махнул рукой в сторону лифтов со сверкающими латунными дверями.
– Верхний этаж. Там вас встретят.
Дейзи ехала в лифте с каким-то юнцом с одутловатой физиономией, который внимательно разглядывал ее. Не обращая на него внимания, девушка придирчиво оглядела собственное отражение в зеркале лифта. Она, как всегда тщетно, пыталась пригладить две непослушные прядки волос, ниспадающие на ее щеки. Юнец вышел на третьем этаже. Возможно, он был репортером, но ни капельки не походил на журналиста.
Выйдя из лифта, Дейзи оказалась перед двумя широкими раздвижными дверьми. Пока она раздумывала, в какую сторону направиться, из двери справа вышла безукоризненно одетая и причесанная молодая женщина. Она была скорее всего лишь на несколько лет старше Дейзи, но держалась с такой высокомерной самоуверенностью, что девушка сразу почувствовала к ней неприязнь.
– Дейзи Брюстер? Я Рейчел Фишер, личный секретарь редактора. – Рейчел сообщила это с таким видом, словно речь шла по меньшей мере о королевском титуле. Интонация ее была резкой, но голос приятный. – Можете подождать в приемной, пока вас примет редактор.
