воздухе и жмурясь. Я не могла не улыбнуться, смотря на эту умилительную моську.
Пара пролетела просто-таки молниеносно. Либо это я настолько увлеклась иностранным языком — одним из моих любимых предметов, что не заметила, как прошло время. Казалось, моргнула — и уже конец занятия.
Убирая тетрадку в сумку, уже знала, что меня сейчас ждёт поход со Стасей по торговым центрам, ибо завтра она наверняка хотела блистать. И всё ради Романа.
Кравцова уже стояла на выходе из аудитории, в нетерпении переминаясь с ноги на ногу и подглядывая то на меня, то на часы. Не удержавшись, закатила глаза и проследовала за подругой, сдерживая рвущиеся вверх уголки губ.
Надеюсь, вечеринка оправдает надежды яркого и маленького солнышка.
***
Мои предсказания сбылись. И вместо того, что скрасить свой вечер горячим шоколадом и очередной вкусной историей чьей-то любви, красующейся на страницах книги, мне пришлось битых три часа бегать из бутика в бутик вместе со Стасей и выбирать между вот этим вот «приталенным черным великолепием» и «а может красное зацепит глаз».
И мы обе в тот момент понимали чей глаз, но усердно замалчивали имя.
Но в целом вечер вышел не таким ужасным, как я его себе представляла.
Заполучив брендовое платье в свои ручки, Анастасия захмелела, упиваясь мечтами о том, как завтра она, в неоновом свете, явится пред очи Романа, чтобы навсегда покорить его сердце. И под этим «благим» делом, подруга решила замазать мои страдания шоколадным пудингом.
А потом и вовсе повела меня в книжный магазин, чтобы я смогла прикупить желанный томик, о котором давно грезила.
— Потом не говори, что я тебя не люблю, а только и делаю, что заставляю страдать, великомученица ты моя, — расплачиваясь на кассе, строго произнесла Кравцова. А я так и зависла с картой в руке, не успев оплатить желанную покупку, потому что подруга оказалась проворней и сунула обалдевшей кассирше парочку хрустящих купюр, приготовленных заранее. — Мой тебе подарок! — довольно прикрыла глаза Стася.
Ещё не до конца опомнившуюся меня, подруга буквально выпихнула из магазина.
— Стась, ну зачем? Ты итак потратилась. — я была дико рада подарку, но знала, что Кравцова живёт на стипендию и копит деньги, чуть ли не посредством лишения себя развлечений, а порой и вкусняшек. — Я сниму деньги в банкомате и верну тебе. Пойдём, — потянула её за собой, но она упёрлась.
— Не обижай меня! Всё! Ничего слышать не хочу! — упрямо мотнула рыжеволосой кудрявой шевелюрой. — Лучше не куксись завтра, а насладись вечером вместе со мной.
— Спасибо, — благодарно улыбнулась я, смотря на это вредное, но милое личико. Пререкаться и спорить до победного сразу же перехотелось.
— Так-то лучше!
Я тоже не далеко ушла от Кравцовой в плане финансов, но положение дел у меня было немного получше. Помимо стипендии родители перечисляли деньги каждый месяц на карту, а вот у Стаси — только стипендия и пара ночных смен в придорожной забегаловке.
Анастасия Кравцова росла в неполной семье. Отец ушёл, когда она была совсем маленькой, и мама изо всех сил горбатилась на трёх работах, чтобы оплатить жилье, прокормить их с малюткой и обеспечить дочери хоть какое-то образование.
Отчасти, это и служило причиной той одержимости, с которой Стася хотела вступить в ряды популярных девочек и охомутать богатенького мажора своими цепкими лапками.
И всё бы ничего, но…
Я видела, как эти богатые детишки обращаются с теми, кто ниже их по социальному положению. И слышала, как они о нас отзываются. И после такого не возникало ни малейшего желания хоть как-то с ними сблизиться.
А вот Стася предпочитала не замечать всего этого. Закрывать уши и глаза, свято веря в то, что истории из моих книжек, где бедная простая девушка меняет характер заносчивого и наглого, но при этом неприлично богатого, мерзавца на триста шестьдесят градусов, — реальность. А всё потому, что он беспросветно влюбляется в главную героиню.
Вот только в жизни было не так. И я всегда разграничивала для себя книжный мир и реальный.
Зато Кравцова упрямо верила, что сама напишет сценарий своей жизни, где будет так, как хочет она. Поэтому и потратила сегодня последние свои сбережения на брендовое платье.
Признаться, я и сама бы хотела, чтобы в жизни Стаси случилось подобное чудо, как в любовных романах, и даже украдкой загадывала желание высшим силам, но… Я была слишком реалисткой для этого, хоть и любила убегать в мир грёз на время. И предпочитала готовиться к суровой правде, нежели мечтать о несбыточном.
Слушая весёлое щебетание подруги, которая расписывала, как они с Романом полюбят друг друга и будут вместе отдыхать на курорте после свадьбы, грустно улыбалась, прижимая книгу к груди. «Невинная (не) для мажора» — гласило название на яркой обложке, где красовался горячий и брутальный парень в кожанке, жарко прижимающий испуганную красавицу с дерзким взглядом к себе.
Вот, клянусь, если завтра этот Грозовский даже не посмотрит в сторону Стаси, я лично заставлю его это сделать!
***
Музыка, раздающаяся из динамиков богато обставленного загородного дома, вводила в некий транс. А неоновая подсветка в купе со светомузыкой только усиливали эффект. Либо всему виной был непонятный дым, идущий из ванной и распространившийся по всему помещению.
Как бы там ни было, одно я знала точно — мне здесь жутко не нравилось.
А вот Стасе наоборот. Она чуть ли не подпрыгивала на месте от радости и охватившего её возбуждения, вцепившись в свой бокал пальчиками. И только это заставляло меня сидеть за столиком и дальше потягивать горьковатый ананасовый коктейль.
— Здесь так круто! — пытаясь перекричать музыку, поделилась подруга.
Я не разделяла её мнение от слова «совсем», но заставила себя улыбнуться и утвердительно кивнуть головой. Вчерашний подкуп книгой и эмоциями рыжеволосого чуда перевешивали щемящее чувство тревоги в груди. Но бдительности я всё же не теряла.
Стася выглядела просто чудесно. Как маленький распустившийся цветок, среди увядших бутонов — раскрашенных и полуголых девиц. Алое платье до колен стройнило и без того привлекательную фигурку Кравцовой. Рыжие локоны и легкий макияж подчеркивали естественную красоту подруги, придавая ей шарма, выделяя девушку на фоне остальных.
Невинная. Наивная. Маленькая девчонка, верящая в чудеса.
Я резко выдохнула и положила руку поверх лежащей на столе руки Стаси. Заглянула ей в глаза, снова пытаясь предупредить. Предотвратить неизбежную ошибку всей её жизни. Ибо противное и скользкое чувство так и не отпускало.
— О, нет! — предупредительно вскинула руки Стася, завидев мой взгляд. — Только не снова! Я не глухая, Юль. Хватит. Я уже
