Разровняв свое импровизированное ложе, я взял прутик и нарисовал четыре креста. Краснокожие очень любопытны, и для большинства из них 4 — магическое число. Индейцы всегда верили в колдовство, или, как некоторые говорили, в магию. Я рассчитывал на то, что тот, кто преследовал меня, наткнувшись на этот знак, обязательно удивится, а возможно, даже немного встревожится, станет осторожнее.
Итак, в предрассветный час я спустился с горы, пересек заросли лавра, небольшой ручей и пошел по краю луга, намереваясь выйти на ту дорогу, которую искал.
Почти сто лет назад, поразив мир своей жестокостью, по этому пути прошел Де Сото, оставляя за своей спиной стертые с лица земли поселения. Некоторые старые индейцы сохранили смутные воспоминания о Де Сото, но в ответ на наши расспросы только пожимали плечами. Мы, странствующие по этой земле, знали, что это — не Новый Свет. Термин — лишь образ, сложившийся в умах тех, кто прежде не имел понятия об этой земле.
Скоро я вышел на тропу, проложенную бизонами, которых бродило здесь меньше, чем на Великих Равнинах, но зато тут они были крупнее. Надо сказать, что бизоны были лучшими первопроходцами. Давным-давно они обнаружили все солончаки, перевалы в горах и места для водопоя. Нам, пришедшим сюда позже, оставалось только идти их тропами, самыми удобными и надежными.
Оказавшись на хорошей тропе, я побежал. Мы, живущие в лесах, как и индейцы, часто перебегаем, а не переходим с места на место, чтобы преодолевать большие расстояния там, где мало лошадей и еще меньше дорог.
Мои братья тоже бегали хорошо, но они тяжелее меня и не столь проворны. Несмотря на мою большую физическую силу, я весил на двадцать фунтов меньше, чем Кин Ринг, и на тридцать — чем Янс.
Наращивать мускулатуру нам помогала повседневная жизнь. Наши хижины и частоколы вокруг них строились из бревен, которые приходилось рубить в лесу и вручную доставлять оттуда. Бревна, предназначенные для частоколов, ставились вертикально в специально вырытые траншеи. Только пару лет назад нам удалось приобрести лошадей у испанцев с Флориды, которые нарушили свой собственный закон, продав их нам перед отъездом домой, за море.
Все хозяйственные работы требовали большой физической силы. Достаточно сказать, что бревна, используемые для строительства хижин, достигали двадцати дюймов в толщину и имели длину до тридцати футов. Рабочему люду известны всякие хитрости и приспособления, позволяющие управляться с тяжестями, но в конечном итоге все сводится к простой мускульной силе. К тому же мы увлекались борьбой, метанием копья, поднятием огромных камней и, соревнуясь друг с другом, развили в себе редкостную силу.
Быстрые и подвижные, наши друзья индейцы, будучи отличными бойцами, никогда не достигали таких результатов, чему очень удивлялись. Повседневная жизнь племени не побуждала молодых воинов к поднятию тяжестей. Их мышцы, непривычные к такому напряжению, оставались длиннее и тоньше, чем у нас.
Я бежал по лесу легкой трусцой, беззвучно ступая мокасинами по влажным листьям. Добравшись до вершины холма, покрытого густой растительностью, скрылся за стеной деревьев и осмотрелся. Моя видавшая виды одежда из оленьей кожи сливалась с серыми стволами и кустарниками.
Дождь ненадолго прекратился, хотя над дальними холмами ураганный ветер раскинул сизую пелену. Никогда прежде мне не доводилось видеть земли столь прекрасной.
Я внимательно разглядывал пройденный мною участок пути, который открывался с высоты, где я стоял, и ничего не замечал. Ушел ли я от своего неизвестного преследователя? Конечно нет. На сей счет не могло быть сомнений.
Где-то впереди петляла Теннесси. О ее длинной, узкой долине мы слышали. Мой отец возложил на меня задачу найти новую землю, куда, в случае необходимости, семья могла бы перебраться.
В Англии отца преследовали по навету, ошибочно полагая, что он обнаружил в заливе Уош пропавшие сокровища короля Джона. Он остановил свой выбор на Америке, не имея никаких субсидий ни от короля, ни от губернатора. Оказав услуги властям Виргинии, он добился того, что они не тревожили нас. Однако в любой момент мог быть назначен новый губернатор, и отец предложил нам искать новую землю, западнее, и иметь план действий на тот случай, если ситуация изменится, чтобы быстро собраться и уйти в места, находившиеся вне досягаемости короля и его приспешников.
— Ищи землю, Джубал, найди нам путь на запад, — напутствовал меня отец. — Король не представляет ни размеров этой колонии, ни того, как ее размеры влияют на управление ею. В Старом Свете землей владеет король, он раздает ее своим лордам за то, что они ему служат, а работают на ней крестьяне, принадлежащие лордам. Там за землю держатся все, иначе останешься ни с чем. Здесь хватает земли для всех, и нет нужды одному человеку работать на другого. — Он замолчал и посмотрел мне в глаза. — Помни своих братьев, Джубал, и всех, кто носит нашу фамилию. Даже в дикой, пустынной стране нам нечего бояться, если будем держаться вместе.
— Я не забуду.
— И обещай мне, Джубал. Пусть, как и ты, помнят о родне твои сыновья и дочери. Я завидую тебе, сын, и очень хотел бы увидеть те земли, куда ты пойдешь. Я мечтаю промокнуть под тамошним дождем, укрыться в тени деревьев, вдохнуть запах тех далеких сосен. — Он помолчал и добавил: — Я тоже пойду на запад, Джубал.
— Я знаю.
— Пусть щепки лежат там, где они упали.
— Пусть будет так.
Слишком долго стоял я, глядя на обширную прекрасную землю, открывшуюся мне, думая об отце и о том огромном пути, который он прошел со дня своего рождения в болотистой Англии до своего прибытия сюда в числе первых переселенцев.
Пелена дождя посветлела, стала тоньше, а потом совсем исчезла. Луч солнца пробился сквозь просвет в облаках, высветив длинную, похожую на буханку гору. Чилови… Отсюда мне надо взять на север. Я резко повернулся… и это спасло мне жизнь.
Брошенное сильной рукой копье вонзилось в дерево, около которого я только что стоял, его древко вибрировало.
Грохнувшись на землю, я быстро покатился к поваленному дереву. Укрывшись за ним, стал ждать, держа наготове натянутый лук со стрелой.
Глава 2
Занятая позиция оказалась достаточно удобной. Его копье, хорошее, искусно сделанное оружие, торчало у меня перед глазами. Он не захочет его потерять. Что ж, пусть придет, и тогда у меня станет одним врагом меньше.
Мой тыл надежно прикрывало гигантское нагромождение корней и земли от упавшего дерева, а рядом валялось множество сосновых шишек, на которые нельзя было наступить не создав шума. Тем не менее я не должен ничего упустить.
Индеец довольно долго испытывал мое терпение. Однако и меня жизнь научила не пороть горячки. Мой слух, настроенный на малейший звук, обострился до предела, а тело напряглось, приготовившись к молниеносному движению. Но ничего не происходило, а время тянулось страшно медленно. Низко свисавшие ветки закрывали солнце, а деревья, похожие на темные колонны, расставленные с небольшими просветами между ними, мешали даже острому глазу уловить посторонний предмет среди них.
