– Эйден! – радость от его появления переполняет. Уже не надеялась дождаться его сегодня. – Я думала, ты вернешься под утро.
– Как видишь, ошиблась, – пожимает плечом Эйд, сверкая задорным блеском в глазах. Его удовлетворенный вид наталкивает на мысль, что вечер удался. Руки, спрятанные в карманы джинс, придают позе задиристости и какой-то мальчишеской безбашенности. – Так о чем думала?
– Да ни о чем. На пляж хочу, – не успеваю договорить, как меня беспардонно двигают. С невозмутимым лицом Эйд устраивается на освободившееся место. Хочу возмутиться, однако меня мгновенно успокаивают, притянув к себе. – Эйден!
– Видимо не сильно хочешь, раз во дворе сидишь, – ловко спасается он от претензий.
В его голосе скользит улыбка, которая невольно вызывает ответную. Стоит приподнять голову, и я убеждаюсь в ее наличии. Слегка поерзав, удобней устраиваюсь на его груди, утыкаюсь в нее носом, блаженно вздыхаю его запах, прикрывая глаза. Наслаждаюсь такими любимыми и надежными объятиями, чувством защищенности и полного доверия, которое испытываю лишь рядом с ним.
– Ну, я думала, ты составишь мне компанию, а то одной скучно.
В ответ на признание раздается смешок, наполненный самодовольством. Руки на плечах сжимаются чуть крепче, притягивают к себе.
– Какой тонкий намек, Теа, – он явно сдерживает смех. Если честно, выходит не очень. – А если б я задержался?
– Ты и так задержался. И судя по настроению, задержался с очередной симпатичной подружкой.
Количество его девушек поражает. Искренне не понимаю, что их так притягивает, ведь настоящий Эйден только дома. Не знаю, что видят они, но готова спорить – это нечто иное, отличное от того, что вижу в нем я. Потому что сложно представить, что у кого-то хватает желания и терпения, пробиваться сквозь его маску самоуверенности. Поведение звездного мальчика, не заботящегося о правилах, ставящего себя выше всех, и увидеть настоящего Эйдена. Такого, каким он становится, стоит ему переступить порог дома. Такого, которого действительно можно любить, способного на нежность и заботу. Не думаю, что с кем-то еще Эйд показывает эту свою сторону.
– И что они в тебе находят?
Слова сопровождаются проворным дезертирством с опасной территории. Опаздываю всего на мгновение, за которое брат успевает перехватить меня и угрожающе нависает, смешно хмуря брови.
– Да ты никак нарываешься… – предвкушающие нотки в его голосе отнюдь не пугают. Наверно, я единственная, кому позволено говорить все, сбивать с Эйда спесь, и не опасаться расправы за подобную неосторожность.
– Не-е-ет, как ты мог такое подумать? – моя улыбка буквально кричит об обратном.
Намеренно заговариваю ему зубы, поджидаю момента, когда он отвлечется, расслабится, однако Эйд портит все мои планы, в мгновение закидывая на плечо. Это происходит так быстро, что не успеваю испугаться.
– Ты что это задумал?
– Ты вроде на пляж хотела? – злорадно интересуется он, двигаясь в нужном направлении. Собственное положение отнюдь не воодушевляет. Меня, конечно, не утопят, но мало ли, что он там придумал.
– Да что-то уже и не хочется, – попытка сползти по его спине терпит крах из-за в меру сильного захвата.
– Ну что ты, Ти. Ведь ждала меня, мне теперь совесть не позволит обмануть твои надежды.
Ну как же, совесть. Я то понимаю, что это не совесть в нем говорит, а стремление выполнить мое желание, как он делает каждый раз, даже не смотря на мои шутки.
– Я запишу эти слова на диктофон, отправлю на радио, и тогда все узнают, что она у тебя есть, – стараюсь придать голосу весомости, чтобы оценил масштабы бедствия.
– Тебе все равно никто не поверит, – даже не видя лица, понимаю, брат улыбается и насмешливо приподнимает бровь.
– Но люди обязательно задумаются…
– Ну, допустим, я впечатлен, – ага, как же. В его тоне скользит такая ирония, что нет никаких сомнений, мои угрозы лишь забавляют. – Что ты хочешь за молчание?
– Передвигаться самостоятельно.
– Знаешь, – хмыкает Эйд, ставя меня на землю, – из-за такой вопиющей неблагодарности все желание носить девушек на руках сходит на нет.
От его слов перед глазами всплывает образ брата, несущего каждую свою пассию на плече. Становится настолько забавно от несуразности подобной картинки, что хочется смеяться.
За фантазиями пропускаю момент, когда Эйд переплетает наши пальцы и снова движется к пляжу. Торможу из чистого упрямства, дергая его руку. Ни на секунду не сомневаюсь, что все равно окажусь у океана, ведь Эйден видит меня насквозь и с легкостью различает наигранную неохоту. Предвкушаю его комментарий, когда он оборачивается с вопросительно поднятой бровью, однако, вопреки ожиданиям, он замирает. Смотрит так пристально.
С легким недоумением слежу за тем, как он приближается и наклоняется так близко, что наше дыхание смешивается, становится общим. Под бликами луны его синие волосы, которые он покрасил, повинуясь очередному своему бзику, искрятся мириадой изумительных оттенков, так напоминающих блики океана. В глазах зажигается непонятный мне огонек. Не способна отвести глаза, даже моргать страшно, настолько Эйд сейчас таинственен. Краем сознания отмечаю, как его свободная рука поднимается к моему лицу, не касаясь, но скользя в сантиметре от него, словно обводит контуры.
Стою не в силах оторвать взгляд от его действий, боюсь разрушить этот странный, непривычный и в то же время безумно волнующий момент. Замираю, отмечая, что пальцы приближаются к носу, и лишь в последний момент разгадываю его намерения.
Попытка увернуться терпит фиаско, а Эйден, в очередной раз оставшись довольным тем, что смог щелкнуть меня по носу, тогда как никому другому этого не удается и зная, как я не люблю подобных поползновений к этой части моего лица, разворачивается и бежит к океану, заливаясь слегка издевательским хохотом.
– Наперегонки, Теа! Проигравший выполняет любое желание победителя.
Замираю от несправедливости соревнования. Так не честно! Однако возмущение длится недолго. Вид удаляющегося брата достаточно быстро его гасит. Не хватало еще проиграть.
– Мог бы дать мне фору, – делюсь соображениями, стоит нам поравняться.
– Ты у меня такая мечтательница, – смеется Эйд. – Я что, зря тебя на утренние пробежки беру?
Напоминание о ежедневных мучениях заставляет вздрогнуть. Я и так еле просыпаюсь, что уж говорить о 'желании' физических нагрузок. Выиграю, потребую не трогать меня по утрам. И не важно, что одному Эйду бегать скучно, будет развлекаться за свой счет.
