Затем, взобравшись на стол, стоящий у окна, он подносил факел к газовому фонарю, висевшему над перемычкой окна, — вспыхивало пламя, но со двора можно было видеть лишь его отсветы.
На этот раз все было иначе.
Вместо теплого света газовой лампы в окне вспыхнуло странное белое сияние, словно бы метавшееся по комнате одну — две секунды.
Затем освинцованное косоугольное окно внезапно с грохотом разлетелось вдребезги, и осколки посыпались вниз. В искореженной раме показалась скрюченная фигура милорда де ла Векси, — и из его горла рвался ужасный вопль, пока милорд несся вниз с восьмидесятифутовой высоты, не выпуская из руки факела, который, подобно комете, оставлял в воздухе огненный след.
И вот граф достиг мощеной поверхности двора и замолчал. Тишину нарушал только звон все еще осыпающихся осколков стекла.
* * *
Этот вечер застал Жака Туаля, инспектора полиции города Жизора, и двух его помощников на железнодорожном вокзале. В 12:44 прибыл поезд из Руана.
Наметанный глаз господина Жака изучал полуночных пассажиров, выходящих из вагона первого класса. Их было немного, и полицейский быстро обнаружил тех, кого ожидал. «Пойдем, — сказал он сержантам. — Это они». И три офицера королевской полиции двинулись вперед.
Трое, привлекшие их внимание, покинули вагон и ждали. Первый из них, высокий худощавый русоволосый мужчина приятной наружности, был облачен в вечерний костюм аристократа. Вторым был маленький полный крепыш в рабочей одежде волшебника. Третий казался старше своих спутников. Он был сед и выглядел изможденным; на его носу красовалось пенсне, а одежду составлял вечерний костюм джентльмена. Плечи двоих последних украшал герб герцога Нормандского.
Господин Жак подошел к джентльмену аристократической наружности.
— Милорд Дарси?
Лорд Дарси, главный следователь Его Королевского Высочества герцога Нормандского, кивнул.
— Вы правы. Господин Жак Туаль, если не ошибаюсь?
— Да, милорд.
— А это мои коллеги, — представил лорд Дарси, — Шон О’Лохлейн, главный судебный волшебник Его Высочества, и доктор Джеймс Пейтли, главный судебный хирург.
Глава городской полиции представил своих помощников:
— Сержанты Пол и Бертрам, милорд. Пожалуйте к нашей карете, милорд.
Через четыре минуты карета уже двигалась по направлению к замку Жизор. Пружинные амортизаторы и пневматические шины делали поездку приятной, несмотря на мощенные булыжником улицы. Вкрадчивый голос лорда Дарси нарушил затянувшееся молчание:
— Кажется, вы грустите, уважаемый?
Мистер Жак откликнулся.
— Что? О, нет. Извините, милорд. Просто задумался.
— Кажется, размышления причиняют вам беспокойство. Могу ли я поинтересоваться, каков их предмет?
— Мне не нравятся такие дела, — ответил инспектор Жак. — Мы к ним не подготовлены. Призраки, демоны, черная магия и все подобное... Я не ученый, я полицейский.
В голубых глазах мастера Шона зажегся огонек:
— Призраки? Демоны? Черная магия?
— Подождите, — вмешался лорд Дарси, — давайте будем последовательны. Единственное, что нам сообщили в Руане, это то, что де ла Векси умер. Подробности нам неизвестны. Итак, господин Жак, что произошло?
Инспектор пересказал им картину, восстановленную по показаниям гвардейцев, видевших де ла Векси перед смертью.
— Вне всяких сомнений, он был мертв, — сказал полицейский, — череп раздроблен, шея сломана. Сержант Андре отправился за раздвижной пожарной лестницей. Это был единственный способ попасть в комнату. Второго гвардейца он послал известить о случившемся тех двоих, что охраняли дверь.
— Они ничего не слышали? — спросил лорд Дарси. Инспектор Жак покачал головой.
— Слишком массивная дверь. Слишком массивная даже для того, чтобы взломать без подручных средств. Вот почему сержант Андре решил воспользоваться лестницей. Вскарабкался по ней и отпер дверь изнутри. К этому моменту гвардейцы уже все знали. Вот здесь-то и начинаются странности.
— Да? — проворчал лорд Дарси, — и что здесь странного?
— В комнате никого не было. Это совершенно необъяснимо.
Мастер Шон с задумчивым видом теребил собственный подбородок.
— Если это так, инспектор, его не столкнули вниз, верно? Не могло ли это быть простой случайностью? Быть может, он просто встал на подоконник для того, чтобы зажечь газовый фонарь, на чем-то поскользнулся, нечаянно выпал в окно и погиб?
Полицейский покачал головой.
— Не похоже на то, господин волшебник; тело было отброшено от стены на восемнадцать футов. Осколки разлетелись еще дальше. — Он опять покачал головой. — Нет, граф не просто упал. Это невозможно. Его выбросили.
Доктор Пейтли снял пенсне и начал протирать его тонким льняным платком.
— А может быть, он выпрыгнул! — робко предположил он.
Инспектор резко взглянул на него.
— Выпрыгнул? Вы говорите о самоубийстве?
— Необязательно, — ответил доктор, глядя на лорда Дарси. — Мало ли что может заставить человека выпрыгнуть в окно... так, милорд?
Лорд Дарси сдержал улыбку.
— Несомненно, доктор. Вы делаете успехи. — Он повернулся к полицейскому. — Мог ли граф выпрыгнуть, инспектор?
— Да, мог. Однако это лишено смысла. Люди не кончают с собой, прыгая в закрытое окно. Это бессмысленно. Самоубийца, решившийся на прыжок, сначала откроет окно. Он не будет прыгать через стекло.
— Я не учел этого, — признал доктор, осторожно возвращая пенсне на место. — Но что, если он пытался от чего-то спастись?
Зрачки инспектора Жака сузились:
— Да, я знаю, от чего! Это демоны!
* * *
Через двадцать пять минут мастер Шон докладывал своему начальнику:
— Милорд, что бы ни послужило причиной смерти милорда де ла Векси, ни упомянутые инспектором Жаком «демоны», ни психические элементали какого-либо другого вида к ней не причастны.
Доктор Пейтли нахмурился:
— Кто?
— Элементали, мой дорогой доктор. Движущиеся сгустки психической энергии, соответствующие четырем основным состояниям материи: твердому, жидкому, газообразному и плазме. Или, как их часто называют, земле, воде, воздуху и огню.
Лорд Дарси, мастер Шон и доктор находились в той самой верхней комнате Красной башни, столь ревностно оберегаемой от чужаков своим последним владельцем. Прикрыв глаза, с крестом святого Антония в правой руке, мастер Шон бродил по кабинету, исследуя каждый угол. Остальные стояли молча: выводить волшебника из транса неблагоразумно. Маленький круглый ирландец должен был вынести свой приговор.
Лорд Дарси тоже не терял времени напрасно. Следователь видел мастера Шона за работой слишком много раз, чтобы обращать на него внимание. Его зоркие зеленые глаза тщательно осматривали место происшествия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
