– И это вы называете «пойти на уступки»? – Лилиан смотрела на него не мигая секунды две или три, с трудом подавляя желание рассмеяться ему в лицо. – Не обижайтесь, но ваша гибкость сродни гибкости тех стальных свай, что используются при строительстве небоскребов.
Его стойкости позавидовал бы соляной столб, подумала Лилиан. И жесткости курса. Не в его привычках вилять из стороны в сторону. И это проявлялось во всем, даже в одежде. Здесь речь шла не столько о стиле – скорее, об униформе, которую Гейб сам для себя изобрел. Дорогие костюмы цвета стали, угольно-серые рубашки, серебряные запонки с ониксом, галстуки в серебристо-черную полоску – этот наряд обеспечил ему почти легендарный статус в «Нортуэст бизнес комьюнити»[1], тяготеющем к большей непринужденности в манере одеваться. Однако этот щегольской, даже несколько пижонский прикид был всего лишь камуфляжем, скрывавшим железную волю, выкованную в жарких баталиях бизнеса.
И присутствие этой железной воли в Гейбе было налицо. По крайней мере ей, Лилиан Харт, не составляло труда paзглядеть в нем эту волю. Ему даже не надо было ничего говорить – ей достаточно было видеть, как он двигается с врожденной безыскусной грацией охотника. Эта воля проявлялась в манере держаться, в его взгляде, взгляде стороннего наблюдателя, отчужденном, холодном, но подмечающем каждую мелочь. Этот мужчина всегда был настороже, даже тогда, когда хотел казаться расслабленным. Гейб принадлежал к породе людей, сконцентрированных на достижении одной, главной цели, он был человеком невероятно собранным и неспособным на спонтанные поступки. Одним из тех, у которых все под контролем.
Лилиан вынуждена была признаться себе в том, что, увы, Гейб вызывал в ней интерес и как личность, и как мужчина.
Лилиан, можно сказать, знала Гейба всю свою жизнь. Он родился и вырос в Эклипс-Бей, курортном городке на Орегонском побережье, где у Хартов был загородный дом и где всегда проводила каникулы Лилиан. Однако Гейб принадлежал к семье Мэдисонов, а ни для кого не было тайной, что от мужчин с этой фамилией только и жди неприятностей. Девушки из приличных семей могли предаваться фантазиям, но ходить с Мэдисонами на свидания они не стали бы. Из-за этого, и еще из-за сложных отношений между семьями Хартов и Мэдисонов, да еще из-за того, что Гейб был на пять лет ее старше, дружбы между ними быть не могло. Брешь в каменной стене появилась, когда сестра Лилиан Ханна вышла замуж за брата Гейба – Рейфа. Произошло это несколько месяцев назад. Свадьба потрясла весь город. Кого-то этот альянс шокировал, но по большей части народ воспринял новость радостно, как предвестие того, что недоброй памяти война между Хартами и Мэдисонами наконец закончится. Однако до мира было все еще далеко.
Естественно, и Гейб, и Лилиан принимали участие в свадебной церемонии и общались уже на короткой ноге. Но после праздника в душе Лилиан поселилось беспокойство. Ей никак не удавалось выбросить Гейба из головы. Лилиан говорила себе, что это пройдет, что она справится. Но, когда несколько недель назад он зашел к ней в офис, она поняла, что подсознательно ждала его. Она и самой себе не могла бы объяснить, откуда взялось это чувство радостного ожидания, но, когда Гейб объяснил цель своего визита, ее словно окатили ледяной водой. Он явился лишь за тем, чтобы подписать с ней контракт.
Однако надежда, как известно, умирает последней.
Гейб, разумеется, заполнил длинный опросный лист для занесения информации в клиентскую базу, и Лилиан поняла, насколько несбыточными были ее мечты. «Никаких эстетствующих особ». Этот ответ, как ей помнилось, был одним из весьма немногих, который Гейб – она была уверена в этом почти на сто процентов – дал вполне искренне.
– Не моя вина, что вы выбрали для меня неподходящих партнерш, – сказал он.
– Я подобрала вам пять отличных партнерш. – Лилиан подняла руку, сжатую в некрепкий кулак, и принялась отгибать пальцы. – У всех высшее образование. – Она отогнула один палец. – Все находятся в указанном вами возрастном диапазоне. – Она отогнула второй палец. – У всех есть перспективная работа, и все они финансово независимы. – Еще один палец. – И все с пониманием отнеслись к вашему пожеланию, чтобы ваша избранница помогала вам развлекать ваших партнеров по бизнесу. – Четвертый палец. – К тому же, как вы и хотели, ни одну из них даже с натяжкой нельзя отнести к «эстетствующим особам».
– Все пять выразили весьма недвусмысленный интерес к портфелю ценных бумаг моей компании.
– А что тут странного? Вас ведь интересовал финансовый статус ваших партнерш. По сути, именно этому пункту вы придавали главное значение. Вы заявили, что хотели бы встречаться только с той, у кого с финансами полный порядок.
– Только потому, что я не хочу, чтобы за меня вышли лишь из-за моих денег. – Гейб снова принялся ходить по комнате. – И еще один момент. Все пять повели себя так, словно мое предложение обсудить брачный контракт их оскорбило.
– Господи, ну кто же поднимает эту тему на первом свиданий?
Гейб сделал вид, что ее не услышал.
– И все пять говорили о продолжительном отпуске на Французской Ривьере и о загородных домах в Майами. А я не беру длинных отпусков.
– Но у вас все-таки бывают отпуска?
– У меня есть компания, которой нужно управлять, черт побери!
– Да-да, понимаю. – Никаких отпусков. Отличный парень. Сплошное веселье. Но Лилиан воздержалась от того, чтобы высказывать свои соображения вслух.
– И еще одно. – Гейб повернулся к ней лицом. – Все эти потенциальные невесты показались мне чересчур властными.
– А вы сами не такой?
Гейб, похоже, был искренне изумлен ее вопросом.
– Конечно, нет. Я же вам только что сказал, я человек очень гибкий.
Лилиан резко подалась вперед:
– Послушайте, Гейб, судя по тому, что сообщили мне все эти женщины, вы уже через полчаса после начала свидания с каждой из них стали выказывать признаки скуки.
Гейб пожал плечами:
– Да, в каждом из пяти случаев этого времени мне хватило для того, чтобы понять, что данная партнерша меня не устраивает.
– Вы начинали украдкой поглядывать на часы еще до того, как официант принес аперитивы.
– Что значит «украдкой поглядывать»? Да, я периодически смотрю на часы. Я так привык. Время – деньги.
– И еще: все пять сошлись на том, что в вас нет ни капли романтики.
– Эти свидания устраивались не ради романтики. – Гейб сделал резкое движение ребром ладони, словно разрезал воздух. Давал понять, насколько ему неприятна эта тема. – Что касается меня, то я считал эти встречи исключительно деловыми.
– Деловые встречи, – повторила Лилиан, стараясь удерживаться в нейтральных рамках. – Странно, но женщины, с которыми я вас свела, не рассматривают свидания в этом ключе.
