Салли тяжело вздохнула, нажала на кнопку, вызвала секретаршу и попросила ее сварить кофе.
— Только покрепче… И будь добра, передай Джорджу Фраю, чтобы он оставил мне старую табличку на память.
— Вы не собираетесь увольняться? — спросила Мелани, внося поднос с кофе.
— Увольняться?
— Ну, вы попросили старую табличку на память… Я успела перехватить Джорджа. Обещал занести.
— Мелани, увидев эту надпись, я почувствовала себя так, словно действительно увольняюсь. Во-первых, это звучит как-то… не по-людски… Но что делать? Я так давно работаю у Баррингтона. А кроме того… — она помахала конвертом, — я нуждаюсь в этой работе больше, чем когда-либо, поскольку отныне не замужем.
— Ох, Салли, мне так жаль. Казалось, не прошло и пяти минут, как…
— Как я начала бракоразводный процесс? Ты права. — Салли тяжело вздохнула. — Но слезами горю не поможешь. Да и, судя по числу накопившихся за уик-энд сообщений, не одна я переживаю трудности!
Она принялась разглядывать листки желтой бумаги. Потребитель жаловался на плохое обслуживание — вернее, полное отсутствие такового: наблюдатели жаловались на табельщиков, а мисс Кеттл из отдела кухонной утвари — на повторные сексуальные домогательства… Салли просмотрела свой дневник и соответственно спланировала рабочий день. В полдень, довольная достигнутым, она решила устроить ланч раньше обычного, зайти в отдел чулочно-носочных изделий и купить новые колготки.
Вечером, когда Салли добавляла в болонский соус лавровый лист, ее отвлекла трель телефона. Припомнив решительно отвергнутый утренний звонок, она пришла к выводу, что на проводе снова сестра.
— Как всегда вовремя, — пробормотала она и сняла трубку.
Услышав отдаленный детский плач, Салли вздохнула.
— Привет, Джекки…
— Привет, Сал… только это не Джекки. Это Ричард.
У Салли застыла кровь в жилах. Ричард! Весь день она пыталась не думать о нем. Какого черта ему понадобилось?
— Салли… ты слышишь меня?
— Да, слышу.
— Ты получила письмо?
— Письмо?
— Да… об окончании процесса.
— Получила. Оно пришло сегодня утром.
— Ну что, ты довольна?
— Довольна? Не понимаю.
— Ты ведь сама этого хотела, верно? — Ричард помедлил, дожидаясь ее ответа.
— Конечно хотела! Можно подумать, что ты хотел чего-то другого! — Она вовремя спохватилась и не стала упоминать о девице, с которой Ричард познакомился на служебном банкете. Той самой девице, существование которой она игнорировала, пока не грянул гром среди ясного неба и Ричард не сообщил, что собирается стать отцом.
— Перестань, Сал. Я думал, мы расстались друзьями. Наверное, нам нужно поговорить о доме и вещах.
— Я считаю, — холодно ответила Салли, — что разговаривать нам не о чем. Поверенные разделили наше имущество. Мы пришли к соглашению, что дом остается за мной. Как-никак именно я много лет платила за него по закладной.
— Но… — продолжить Ричард не успел.
Запищал младенец, и Салли услышала голос молодой женщины:
— Вот ее бутылочка. Покорми ребенка, а я пошла спать!
Когда Салли положила трубку, у нее дрожали руки. Часы показывали восемь. Черта с два она ляжет спать в такую рань! Раздраженная до предела, она прошла на кухню, поставила таймер на час и решила дать время покипеть и болонскому соусу, и себе самой.
Держа в одной руке список неотложных дел, а в другой бокал, она решительно поднялась в спальню — благо начинать было все равно с чего. Обозрев хаос, оставленный здесь утром, она сунула поехавшие колготки в корзину. На глаза навернулись злые слезы.
— Я этого хотела! Я хотела! Как он смеет, ублюдок?!
Сделав глоток, она поставила бокал на столик, сердито хмыкнула и вывернула на кровать ящик с нижним бельем.
— Судя по этому душераздирающему зрелищу… я хотела купить себе новое белье!
Да уж… По сравнению с новеньким стеганым одеялом ее белое бельишко выглядело изрядно поношенным.
— В точности как я сама, — задумчиво промолвила она, увидев свое отражение в зеркале, и пригладила руками растрепанные волосы.
— Ну, Салли Палмер, завтра ты побалуешь себя самым симпатичным гарнитурчиком, который только есть в универмаге «Баррингтон»!
Заведующая отделом Роз Хьюз положила на прилавок несколько роскошных коробок с атласными и кружевными гарнитурами.
— Это из самых последних поступлений. Мы получили их для рождественской торговли. Предупреждаю, они страшно дорогие. Я приберегаю такие товары на самый конец года, чтобы увеличить выручку отдела, — желчно усмехнулась Роз. — Знаешь, Салли, мне доставляет огромное удовольствие стоять за этим прилавком и ждать добычи, как тигр в засаде!
Салли оторвала взгляд от своих пальцев, ласкавших гладкий шелк со вставками тончайшего кружева.
— Извини, Роз, кажется, я отвлеклась… Какой добычи ты ждешь?
— Скрывающих чувство вины ублюдков, которые приходят за подарками как раз перед Рождеством, накануне упившись на служебном банкете!
Роз быстро оглянулась по сторонам, убедилась, что никто не подслушивает, и воззрилась на Салли сквозь очки в толстой роговой оправе.
— Знаешь, так всегда можно вычислить тех, кто действительно виноват… кто в машбюро залез под юбку к какой-нибудь молоденькой Шарон или Трейси. Вот они-то и тратят больше всего… точнее, это я заставляю их потратиться!
— Роз, ты меня пугаешь. Не знаю, как у тебя хватает смелости говорить об этом. А вдруг кто-нибудь услышит? Неровен час дойдет до мистера Баррингтона…
— Милая Салли, для Хью Баррингтона я — дряхлая старуха. Ты забыла, что я пришла в универмаг еще при его отце? В ту пору нынешнего мистера Баррингтона называли «молодой хозяин Хью». Поверь мне, за его респектабельной внешностью и роскошными костюмами таится немалое чувство юмора.
У Хью Баррингтона есть чувство юмора? Салли в этом сильно сомневалась. Вежливость — да, даже известное обаяние, но юмор? Ее собственные контакты с Эйч Би были сугубо деловыми, относились к сфере работы с персоналом — ныне «людскими ресурсами» — и ничего смешного в них не было.
— Ты уже видела босса? — спросила Роз, ставя на прилавок новую коробку с изящными кружевными изделиями. — Говорят, он совершает обход.
Салли похолодела; еще никто не говорил ей, что Хью Баррингтон в универмаге. Высокий, симпатичный и безукоризненно одетый (в рубашке ручной работы, шелковом галстуке и с неизменной красной розой в петлице), босс вряд ли мог остаться незамеченным.
— Нет. Я и понятия не имела… Наверное, лучше вернуться в кабинет — на случай, если он захочет увидеть меня.
