Они много гуляли, смеялись, занимались любовью. Оба были уверены, что будут вместе до конца жизни.
Но затем произошла авария, которая все изменила. Решив, что он не заслуживает ни семьи, ни любви, Мак покинул Эшвилл, разорвав все связи. Это был его способ наказать самого себя, и ему это удалось. Много лет он страдал от душевных ран, которые сам себе нанес.
Мак провел ладонями по лицу, понимая, что после колледжа он мог бы встретиться с Молли и хотя бы попытаться с ней объясниться. Но глупость, упрямство и страх помешали ему это сделать, и он так же отдалился от нее, как и от своих братьев. Если бы связался с ней раньше, он сейчас не чувствовал бы себя так неловко перед их встречей.
«Мунлайт ридж» – это дом Молли. Она жила на территории курорта, когда была ребенком, а в подростковом возрасте начала работать на Джеймсона. Она была его любимицей. Он относился к ней, как к дочери, которой у него никогда не было.
Теперь Молли занимает должность старшего менеджера «Мунлайт ридж», и это означает, что Маку, который возьмет на себя обязанности Джеймсона, придется работать бок о бок с женщиной, в которой много лет назад видел свою будущую жену и мать своих детей.
Сев в машину, Мак завел мотор, но вместо того, чтобы тронуться с места, уставился на эмблему «мерседеса» на краю капота. Он был весь как на иголках и совсем не походил на хладнокровного бизнесмена, которым он стал за прошедшие годы. Больше всего ему сейчас хотелось вернуться в Нашвилл, где была его налаженная жизнь. Она ему нравилась, и он ничего не хотел в ней менять.
Но Мак был в долгу перед Джеймсоном и сделает все для человека, который дал ему стабильность, чувство защищенности, любовь и семью, когда он больше всего в этом нуждался.
Его прошлое и настоящее вот‑вот столкнутся, и ему придется приложить невероятные усилия, чтобы держать под контролем свои эмоции.
Молли Хаскелл стояла у окна своего кабинета на третьем этаже и смотрела на длинную подъездную дорогу. Она получила короткое электронное письмо от Мака, в котором говорилось, что он приедет этим утром. Как только Молли об этом узнала, ее пульс участился, а во рту пересохло.
Молли нахмурилась и мысленно себя отругала. Он уехал отсюда пятнадцать лет назад, и ей определенно давно уже следовало выбросить его из головы.
Конечно же, она его забыла. Иначе и быть не может.
Присутствие в офисе Мака, который приехал замещать заболевшего Джеймсона, будет мешать ей работать. Но она не позволит этому человеку влиять на ее эмоции и ставить ей палки в колеса. Незадолго до своей болезни Джеймсон обещал ей, что выслушает ее идеи по превращению «Мунлайт ридж» в главный курорт на юге страны, но прежде чем они смогли встретиться и поговорить, он noтерял сознание, и его увезли в больницу с подозрением на инсульт. Внезапное ухудшение здоровья Джеймсона так ее напугало, что какое‑то время она могла думать только об этом. Сейчас его жизнь была вне опасности, и Молли могла наконец сосредоточиться на их с Джеймсоном любимом деле.
Он был ее наставником, фактически вторым отцом. Она любила его, доверяла ему и была готова работать день и ночь, чтобы поднять курорт на новый уровень.
Но, будучи старшим менеджером «Мунлайт ридж», она не имела никаких полномочий, в том числе финансовых, для внесения радикальных изменений в работу курорта. Если она по‑прежнему хочет воплотить свои планы в жизнь, теперь ей придется спрашивать разрешения у старшего сына Джеймсона Мака Холлоуэя, который, согласно «Форбс», был одним из выдающихся молодых бизнесменов страны.
Мак, привыкший идти своим путем, а не следовать за кем‑то, скорее всего, найдет много изъянов в ее планах.
Молли раздраженно вздохнула. Мак еще не приехал, а она уже на него злилась.
– Я не позволю ему встать у меня на пути!
– Опять разговариваешь сама с собой, Мол?
Повернувшись, Молли увидела свою лучшую подругу Отем, вошедшую в маленький кабинет. Они познакомились, когда им было лет десять или одиннадцать. Состоятельная семья Отем отдыхала на их курорте два года подряд. На третий год они не приехали, и девочки стали писать друг другу письма. Со временем они стали делать это все реже, и в подростковом возрасте перестали общаться. Два года назад отец Отем, известный голливудский продюсер, оказался замешан в скандале, и ей пришлось покинуть Лос‑Анджелес. Так она оказалась в «Мунлайт ридж» в качестве штатного свадебного организатора.
Их дружба возродилась, и сейчас Отем устраивала все свадьбы и другие торжественные мероприятия на курорте. Доход от них они с Джеймсоном делили пополам. Помимо этого, она в частном порядке организовывала свадьбы в Эшвилле.
Сняв темные очки, Отем подошла к Молли и положила ладонь ей на плечо.
– Ты в порядке? – мягко спросила она.
Конечно, в порядке.
Молли с грустью посмотрела на репродукцию Дега на противоположной стене. На ней была изображена балерина в пышной пачке и на пуантах. В подростковом возрасте Молли была многообещающей танцовщицей, но в то давнее лето она осталась без своего любимого балета и многих других вещей.
– Не совсем, – честно призналась Молли, села на деревянный подоконник и пожала плечами. – Меня задело то, что, хотя я проработала здесь всю свою жизнь, если не считать тех лет, когда я училась в колледже, Джеймсон счел необходимым вызвать сюда своего старшего сына для управления курортом.
– Возможно, Мак будет слишком занят своими делами и не будет мешать тебе работать, – предположила Отем.
– Пожалуй, ты права. Может быть, сыновья просто сказали Джеймсону, что они поочередно будут здесь жить и присматривать за курортом, чтобы он не беспокоился. Может, никто из них не собирается устанавливать здесь свои порядки.
Молли уставилась в окно, пытаясь разобраться в своих эмоциях. Она переживала за Джеймсона, нервничала перед встречей с Маком после его пятнадцатилетнего отсутствия. Помимо этого, ее раздражало, что у нее не было полномочий для того, чтобы управлять «Мунлайт ридж» по‑своему. Вдобавок к этому она боялась, что Мак начнет командовать и нарушит привычный уклад.
– Я могу все еще злиться на Мака за то, что он меня бросил? – спросила Молли подругу.
Отем нахмурилась:
– Молли, это было давно. Вы были детьми. Девяносто процентов подростковых романов заканчиваются расставанием.
Наверное, это было так, но для Молли Мак был чем‑то большим, нежели подростковое увлечение. Прежде чем стать ее бойфрендом и первым мужчиной, он долго был ее лучшим другом. Помимо Джеймсона, он был единственным человеком, который ее
