знакомое приложение. Отлично, за нами всё-таки приехали. Чем раньше уберёмся отсюда, тем лучше. Не осталось никакого удовольствия находится в клубе. Тем более, завтра первый учебный день.
— Блин, папа сотню сообщений уже написал! — прохныкала Дарина. — Где там наше такси? Если не вернусь вовремя, предки точно под домашний арест посадят.
У Дарины очень строгие родители. Мама – из восточной семьи, папа – майор полиции. Её и на вечеринку отпустили с большим трудом. Только потому, что нас хорошо знают.
— Мира только по телефону разговаривала, — ответила Машка и потянулась за своим кардиганом. — Опять ты в облаках витаешь, Медведева.
Чувствую, если сказать Машке с каким «водителем» повезло беседу вести, то она в праведный гнев впадёт за считанные секунды.
Савельева на дух не переваривает Тарасова и всю их компанию, состоящую из местной элиты. Детки богатеньких родителей, которые в жизни не думали о ком-то, кроме себя. Крутые тачки, модные шмотки и бабки вместо мозгов. Им частенько всё с рук спускается, даже самые отвратные выходки.
Несмотря на раннюю осень, на улице уже было достаточно прохладно. Хорошо, что куртку потеплее с собой захватила.
Машка, наоборот, куталась в легонький вязаный кардиган. Подруга с умным видом оглядывалась по сторонам, в активных поисках такси.
— Вот чёрт! — Дарина испуганно замерла, посмотрев куда-то вниз. — Мне крышка! Папа приехал!
Медведева порывисто обняла нас и сбежала вниз по лестнице, направляясь к служебному автомобилю с мигалками. Уф, надеюсь, ей не сильно достанется. Надо будет потом сообщение написать, как домой приедем.
— И нам бы карету свою поймать, — Маша уже от холода зубами начала стучать, а лицо заметно побледнело. — Мне болеть никак нельзя.
— Подожди минуту, — выудила из сумки телефон и едва сдержалась, чтобы не произнести вслух все известные мне нецензурные выражения.
Вот же зараза какая!
— Тьма! — простонала Савельева. — Придётся ещё столько же ждать. Мир, может ты отчиму позвонишь?
Ага, шикарная идея! В кавычках.
Представляю картину – час ночи, а я прошу дядю Андрея забрать меня с подругой из клуба. Как раз перед первым учебным днём.
Он же обязательно маме всё расскажет, та волноваться начнёт, переживать. Ей сейчас вообще нервничать нельзя.
Так и вижу мамино обеспокоенное лицо и заранее знаю, что скажет.
«Последний курс, Мира! У тебя же диплом!»
И в таком же духе.
Вы не подумайте, очень сильно люблю свою маму. Больше всего на свете! Она самая лучшая, но до сих пор считает свою взрослую дочь маленькой девочкой. Хотя мне скоро двадцать один исполнится. Давно живу в отдельной квартире, недалеко от университета. Подарок от родителей на позапрошлый день рождения. Вернее, от отчима.
— Девчонки, чего стоим? — раздался со спины голос нашего однокурсника Димы Сотникова.
Ой, вот только не это!
— Тебя забыть спросили, — Машка недовольно поджала губы.
— Савельева, не будь букой, — парень приобнял её за плечи и смачно чмокнул в щеку. — Подвезти вас? Мы с Ником на колёсах.
Конечно же! Кто бы сомневался, уж не пешком эти мажоры по городу разгуливают.
Маша и Дима живут в одном доме с недавних времён, только на разных этажах. Сотня на одиннадцатом, а лучшая подруга – на десятом. Честное слово, у бедняжки уже от изобилия Сотникова глаз дёргается.
Вроде как, сыночек ректора знатно накосячил некоторое время назад, за что получил от папочки звездюлей по полной программе. Перебивается (цитирую!) теперь квартирой в районе среднего класса, а сам всё твердит, мол, встал на путь истинный. Словом, занялся активным производством сказочной лапши.
Ну-ну!
— Ты хоть трезвый? — Маша с раздражением скинула его руку с плеча, брезгливо морща носик.
— Как стёклышко, — во все свои тридцать два зуба улыбнулся Дима. — Никитос, где там пропал?
Перед смертью не надышишься, правда? Но, к удивлению, оставалась странно спокойной. Воздух в лёгкие поступал как ни в чём небывало. Только сердце бешено трепыхалось в груди, словно чечётку отбивает. Ничего, уж это я как-нибудь переживу.
Просто парень из прошлой жизни, по которому сходили с ума все девчонки в университете. Та ночь давно стёрлась из моей памяти…
— Привет, — прозвучал низкий, холодный голос Ника совсем рядом, заставив меня натянуться от напряжения, словно струна. — Куда едем?
«Куда едем?»
Нет, вы слышали? Ужасно самодовольный.
Годы идут, а Никита Тарасов не меняется. Всё такой же наглый придурок, который о существовании слова «нет» в принципе не догадывается. Ему даже в голову не приходит, что его такого красивого и замечательного могут послать в известном направлении. Да ещё и пинка дать для ускорения.
— Мы домой, — раздражённо процедила Маша сквозь зубы, прожигая Тарасова особенно ненавидящим взглядом. — В отличие от некоторых, нам завтра на учёбу.
— Машунь, сдаётся мне, ты не лимонад пила, — рассмеялся Дима. — Нам всем завтра в универ. Мы учимся на одном курсе, забыла?
В этом весь Сотников, да.
— Идиот! — только фыркнула подруга, а потом повернулась ко мне. — Слушай, может правда поедем с ними, сколько ещё такси ждать?
Секундочку, мне одной кажется, что ничем хорошим это не закончится? Но, по ходу, выбора другого не оставалось…
Сотников, по своему обыкновению, не затыкался ни на секунду. Сложно припомнить хотя бы один день, когда он молчал больше, чем пять минут.
Балабол!
Но сегодня это было мне на руку и избавило от лишней неловкости и необходимости разговаривать с Ником напрямую. Впрочем, он пока и слова лишнего не сказал. Выглядит больно мрачным и задумчивым. Брр! От одного только взгляда противные мурашки по коже.
Новенький оранжевый спорткар, вне всяких сомнений, принадлежал Тарасову. Не известно, что такого натворил Дима, раз папочка-ректор отобрал и ключи от недавно подаренной машины, но факт остаётся фактом. Однокурсник всё лето катался то с одним из своих друзей, то с другим.
Ещё бы! Не дай бог, придётся общественным транспортом добираться до места назначения в своих бесценных дизайнерских кроссовках. Да и вообще, несерьёзно это мажорчикам на автобусах да метро ездить.
— Тарасов, а тебя к нам на курс восстановили? — как бы между прочим, уточнила Машка. Больше моего переживает, что Ник с нами учиться будет … потому что осведомлена о всей подноготной наших прошлых взаимоотношений.
— Ага, — хмыкнул Никита, резко выворачивая руль, так что машину сильно занесло на повороте. Если бы заранее не пристегнулась, точно бы головой в
