Читаем без скачивания Русская Прага - Наталья Командорова

Есть предположение, что частицы мощей русских святых Бориса и Глеба, из храма в Вышгороде под Киевом, прежде чем очутиться в Сазавском монастыре, были доставлены из Руси вначале в монастырь Святого Аниана в Венгрии.

Свидетельством тому служит сообщение «Сазавского монаха», продолжателя «Чешской хроники» Козьмы Пражского, о положении в 1095 году частиц мощей русских святых Бориса и Глеба в основание одного из престолов Сазавского монастырского храма, куда они могли попасть лишь из Вышгородского храма под Киевом, где и хранились реликвии, а основательницей самого храма была русская королева Венгрии Анастасия.

Старшая дочь Анастасии Ярославны и венгерского короля Андрея Адельхейда стала женой чешского князя Братислава II, который, не без влияния своей православной супруги и ее матери, официально пригласил сазавских монахов вернуться из Венгрии на родину и отдал в их распоряжение Сазавскую обитель.

Бесстрашный Вратислав обратился к самому папе Римскому Григорию VIII с просьбой разрешить славянское богослужение в Сазаве, но получил категорический отказ. Вратислав II не послушался римского владыку. Славянское богослужение в Сазавском монастыре продолжилось.

В монастыре слышалась русская речь…

Именно на этот период — вторую половину XI века — пришелся расцвет деятельности монастыря. При аббате Божетехе не только осуществлялось богослужение на старославянском языке, но и закладывались новые постройки, переписывались древние и создавались новые оригинальные старославянские произведения, появлялись переводные тексты.

В монастыре зачастую слышалась русская речь, так как вместе с чешскими монахами в Сазаву из Венгрии прибыли русские иноки, писцы, толмачи, священники, литераторы. Монастырь стал посредником в культурных связях между Прагой периода правления династии Пржемысловичей и славянским юго-востоком Европы.

Существуют свидетельства, что последователи святого Прокопия Сазавского поддерживали теснейшие связи с монахами-святогорцами, иноками Киево-Печерской лавры.

Несмотря на то что в 1097 году сазавские монахи были снова изгнаны из монастыря чешским князем Бржетиславом II, и использование старославянского языка в богослужении прекратилось окончательно, последующие поселенцы святой обители — приверженцы католической веры — все же отдавали должное подвижничеству и мужеству своих православных предшественников.

Иноками монастыря в XIII–XIV веках созданы «Легенда о святом Прокопии», «Хроника монаха Сазавского» и другие. Все эти творения написаны на латинском языке, что вполне объяснимо: «Сазавский монах», подобно Козьме Пражскому, находился на службе у католической церкви.

Безымянные литераторы и хронисты «Сазавского монаха» воспринимаются сегодня как некий коллективный разум, достойно исполнивший предназначенную им миссию. Миссию генетической памяти предков…

Потомки русских священников и толмачей?

Может, действительно, среди составителей «Хроники сазавского монаха» были потомки тех русских писцов, толмачей, литераторов, священников, которые вместе с чешскими иноками прибыли в Сазаву из Венгрии в XI веке?..

Вполне допустимо, что не все они вернулись на родину после вторичного изгнания в 1097 году, а поселились в близлежащих с Сазавой деревнях и в самой Праге. И возможно, что их дети и внуки были воспитаны в духе традиций и веры сазавских подвижников, а спустя века отдали долг памяти славному подвигу своих предков.

Ряд исследователей сазавских произведений отмечают небывалую сверхбеспристрастность авторов в изложении сюжетов и описании героев. А если это всего лишь утонченная хитрость, рассчитанная на тогдашних работодателей «сазавского монаха» — представителей католического духовенства?..

Как бы то ни было, но монахам это удалось. Беспристрастность в их изложении была расценена представителями господствующей религии как равнодушие — и сазавские произведения дошли до потомков.

Иной назовет это предположение вымыслом. А где гарантия, что в будущем каким-то дотошным молодым исследователем не будет обнаружена в рукописных архивах древняя запись, которая не только подтвердит версию, но еще и сделает известными имена авторов сазавских произведений?..

Несмотря на то что далеко не все чешские правители впоследствии относились к православной святыне благосклонно, Сазавская обитель существует и по сей день.

С 1962 года монастырский ансамбль объявлен памятником чешской культуры. «Старославянская Сазава» и теперь служит целям просвещения. Это намоленое место вблизи чешской столицы по-прежнему притягивает к себе посетителей и является наряду с самой Прагой ступенькой не только к изучению истории Чехии, но и к пониманию души чешского народа.

НЕБЛАГОВИДНЫЙ ПОСТУПОК КНЯЗЯ ДАНИИЛА ГАЛИЦКОГО

В противовес вековым традициям

К XIII веку относится, пожалуй, первое и, к сожалению, не единственное, свидетельство, когда, в противовес вековым традиционно-добрым отношениям, русские сделали попытку выступить в роли захватчиков по отношению к дружественной Чехии.

В 1253 году, когда чешская страна вела ожесточенные войны с венгерским королем Белой IV, русский князь и властитель галицко-волынских земель Даниил Романович совместно с венгерской армией предпринял поход на Чехию.

Сын русского князя Романа Мстиславича, из Галицкой ветви рода Рюриковичей, Даниил (Данило, Данила) Романович Галицкий (1201–1264) был князем, а с 1254 года — королем Галицко-Волынских земель. Его по праву считали видным политическим деятелем, дипломатом и талантливым полководцем.

Внутри подвластных ему земель он вел неутомимую борьбу с феодальной междоусобицей, которая была вызвана стремлением галицко-волынской боярской верхушки при поддержке чернигово-северского и киевского князей не допустить укрепления власти Даниила и его брата Василька Романовича.

Остается загадкой, почему он, несмотря на недовольство его действиями в подвластном ему Галицко-Волынском княжестве, выступил на стороне венгров. Ведь между галичанами и чехами всегда существовали добрососедские отношения, многие семьи уже на тот период были смешанными, развивалась торговля, имело место взаимопроникновение традиций и культур, не забывались первородные славянские корни обоих народов.