Так вот, подходя к городу, запросили посадочную площадку для вертолетов, поближе к месту действия. И эти придурки местные не придумали ничего лучше, как сажать вертолеты со спецназом на футбольном поле захваченной школы. Поняли мы это в самый последний момент. Виталий Владимирович орал по связи на местных придурков так, что я думал, у него голова оторвется… Площадку нам дали в другом месте, примерно за полтора километра до школы.
Притащившись на место, мы обнаружили такой бардак, что ни в сказке сказать… Нормального оцепления не поставили, зато у ментовских машин наряду с ментами толпились одетые в камуфляж местные казаки. Когда я спросил что за нахрен здесь делается, мне сказали, что мент, который здесь рулил, ничего с ними сделать не может — сами, мол, пришли. Теперь же он с трудом удерживал толпу от того, чтобы она не ринулась на штурм здания школы…
Увидев этот бардак я, честно говоря, озверел. Схватил за грудки местного мента из тех, кто рулил в оцеплении, и сказал, что если он сейчас же не уберет от школы весь сброд, то я лично позабочусь о сроке для него и о тюремной камере на пару со здоровенным быком-уголовником, чтоб нескучно сидеть было. Хотел я ему еще морду набить, но вовремя вмешался Тихонов. Тем не менее, минут за двадцать разъяренную толпу удалось отогнать.
И третье хреновое, что здесь произошло. В эти места за каким то чертом принесло заместителя директора ФСБ генерал-майора Артема Павловича Голавлева. Видимо просто оказался здесь проездом. И узнав о сложившейся ситуации не преминул припереться сюда чтобы поруководить и покрасоваться перед телекамерами. Ходят слухи, что он скоро будет баллотироваться в Думу. Сука…
Пока я тут с вами болтал, полковник Тихонов, чуть ли не под руку довел меня до машины мобильного штаба. Сама по себе она представляла трехосное шасси бывшей передвижной телестудии на которую водрузили бронированный кузов с массой антенн поверху. Все это выкрасили в черный цвет и написали на боку большими желтыми буквами ФСБ. Выглядело внушительно.
В машине как всегда уже яблоку было негде упасть, приперлись все кому не лень, а поскольку мы пришли последние — места нам достались у самой двери. Местный начальник отдела ФСБ, нам знакомый подполковник Варяжцев, сунул нам по большому пластиковому стаканчику с кофе. И на этом спасибо…
Тем временем, генерал-майор Голавлев включил большой экран, на котором появился план школы и, улыбаясь (у него была привычка улыбаться всегда, даже когда вокруг нет журналистов — профессиональная деформация) начал вещать.
— Прежде всего, товарищи офицеры я хочу, чтобы вы все меня поняли. Мне нужна быстрая и чистая операция. Повторения того дерьма что произошло в Бислане я не допущу!
— Твою мать — подумал я — а это-то он на кой черт сюда приплел. Вот идиот — так идиот. Все остальное, что говорит Голавлев, вдруг стало для меня неинтересно.
Проговорив минут пять впустую, Голавлев величественно кивнул всем собравшимся и уступил место импровизированной трибуны подполковнику Варяжцеву. Вот его стоит послушать…
— Итак, товарищи офицеры с чем мы имеем дело. Прежде всего, хочу сказать: личности троих преступников уже установлены. Начнем с первого — подполковник Варяжцев нажал на кнопку лэптопа (он же ноубук — прим автора), на экране появилось омерзительное лицо… кавказской в общем национальности. При встрече с таким я снимаю пистолет с предохранителя. На всякий случай…
— разрешите представить вам первого фигуранта. Умар Гумаров. Двадцать девять лет. Мастер спорта международного класса по вольной борьбе. Две судимости, все — за насильственные преступления. По оперативным данным — активный частник бандформирований, воевал под Хаттабом. В 2005 году сдался по амнистии. Получил три года, отбывал в Чечне шесть месяцев назад вышел по УДО. Опасен. Принимает наркотики.
— Интересно, судья его хоть видел, перед тем как подписать ему УДО — пошутил кто-то
— Прекратили болтовню! — резко среагировал Варяжцев — сейчас не время и не место. Наши аналитики считают, что Гумаров на стрелке с местными наркодилерами исполнял роль телохранителя, бойца. Мозгов у него нет ни грамма. Но он опасен, почти нечувствителен к боли. С ним надо быть очень осторожными. Вопросы?
Не дожидаясь вопросов, генерал-майор Голавлев махнул рукой, мол, давай дальше
— Второй из преступников — Джабраил Хамхоев. Этот больше похож на человека…
Глядя на его рожу, я бы так не сказал…
— Тридцать один год, всего одна судимость — за сбыт наркотических веществ. Аналитики предполагают, что он является лидером группы. Умен, хитер, для того, чтобы его задержать потребовалась двухгодовая операция с внедрением, которую проводило Московское управление ФСБ. Обвинение практически развалилось, ему вменяли девятнадцать пунктов, а доказали всего лишь один. Участником боевых действий в Чечне не был, но по оперативной информации является важной фигурой в чеченском террористическом подполье в России.
Подполковник Варяжцев снова нажал на кнопку
— И, наконец, третий — Халил Бадаев. Еще один телохранитель. Тридцать три года. Самое плохое — что он служил в чеченском ОМОНе. До этого — тоже активный участник бандформирований, одно время воевал с Басаевым. Изгнан из рядов, неизвестно за что. Практически сразу же познакомился с Хамхоевым, стал его постоянным помощником и телохранителем. Что самое плохое — мы уверены, что их там четверо, но четвертого установить нам не удалось.
— Какое у них вооружение — спросил я
— Как минимум один Ак-47, один АКС-74У, один помповый дробовик, верней обрез дробовика. Пистолеты, конечно у всех. Наверное, есть что-то еще, четвертый не одним пистолетом вооружен явно.
— Бронежилеты?
— Могут быть — скривился Варяжцев — уж очень они легко раздраконили ментов, а заодно и азеров прижучили.
— Азеров?
— Да, азеров. Их было двое, по нашим предположениям — региональные представители азербайджанского синдиката. Оптовые торговцы афганским героином, поставляют товар как в Россию так и в Европу. Оба мертвее дохлой рыбы, причем, по крайней мере, один из них был убит явно не местными ментами…
Твою мать… Это хуже некуда. Если эти чехи убили представителей азербайджанского синдиката, то они должны понимать, что теперь им не выжить нигде, ни в тюрьме ни на воле. Синдикат, могущественное объединение наиболее авторитетных наркомафиози и воров в законе с Закавказья, в основном с Азербайджана не прощал таких вещей и всегда посылал за людьми, убившими их представителей, своих исполнителей. Причем этими исполнителями могли быть и бывшие военные. В общем, убил представителя азербайжданского синдиката — можно самому идти на кладбище и могилу себе копать, не дожидаясь пока это за тебя сделают азеры.
