Немигающий взгляд Дункана остановился на ее тонкой правой руке, где теперь должно было быть кольцо жениха – свидетельство их обручения.
Она поняла его взгляд и быстро сказала:
– У меня пока нет его кольца, мы хотели выбрать его вместе… вечером, после работы…
– И сколько это уже продолжается? – Он напрягся.
– Несколько месяцев, – призналась она, хотя на самом деле это длилось куда меньше.
Его темные брови сдвинулись.
– У вас появился мужчина, а вы ни слова…
– Вы же не рассказываете мне о своих женщинах!
– Потому что… – Он осекся и взглянул на ее смущенное лицо. – Не рассказываю, но вы и так все знаете, вы ведь мой секретарь, отвечаете на мои звонки и вскрываете мою почту… плюс сплетни. Бьюсь об заклад, вам известно о моих любовницах больше, чем мне самому!
– Не знаю… – пробормотала Капера, представив себе череду красоток-фотомоделей. Хотя, учитывая легендарную неутомимость Дункана и средний срок существования рядом с ним той или иной его подружки, эта идея не была столь уж фантастичной.
Чтобы замять эту скользкую тему, он вернулся к ее жениху:
– Итак, кто он, этот прекрасный человек, который так случайно вошел в вашу жизнь, что вы даже не считаете нужным представить его друзьям? Какой-нибудь замухрышка, с которым вам стыдно выйти на люди?
– Нет, вовсе нет! – Калера перевернула подставку для ручек. – Он образован… У него своя компания…
– Он богат?
– Да.
– Красив?
– Очень.
– Умен?
– Необыкновенно.
– Хороший любовник?
– Великолепный.
Он было продолжил, но она его опередила:
– А еще он добрый, щедрый, любит детей, животных и привязан к своей матери.
Он скептически поморщился:
– Все еще держится за мамину юбку? Он моложе вас?
– Мне только двадцать семь, а он в самом расцвете!
– Хотите сказать, что он вам вроде папика.
– Собственно, он как раз вашего возраста.
Его глаза блеснули.
– Может, вы кинулись к нему в объятия от безответной любви ко мне?
Она почти закричала:
– Вот уж в кого я не хотела бы влюбиться, так это в вас!
– Значит, ему, как и мне, тридцать четыре, он хорош собой, умен, богат, любит детей и животных… Это уже не говоря о том, что в постели он просто великолепен… Скажите, Калера, а что есть у него, чего нет у меня?
– Скромность! – В голосе Калеры зазвучала злость.
– Кто бы ни был этот человек, он слишком хорош.
– Тем не менее это так.
– Что-то не верится.
Искренность, прозвучавшая в ее голосе, заставила его умерить издевку в тоне. Он взглянул на нее поверх компьютера, его глаза под густыми бровями были задумчивыми.
– Он и в самом деле существует?
– Да, – твердо ответила она. – Если бы его не было, я бы не увольнялась.
– Это его условие?
– Не то чтобы условие… – начала она осторожно. Он перебил:
– Вы бросаете любимую работу только из-за того, что этот ваш образец совершенства не хочет, чтобы его жена работала?! Что это еще за средневековье?! Пошлите-ка вы этого неандертальца знаете куда!..
– Он вовсе не…
– А кто же он тогда? Вы что, уезжаете? Разве он живет не в Окленде?
– В Окленде, но…
– Может быть, вы беременны? Может быть, вы с вашим любовником были слишком неосторожны и теперь спешите к алтарю? Ничего, незаконнорожденные теперь не такой позор для семьи.
Нет, это зашло слишком далеко даже для Дункана. Калера вскочила.
– Разумеется, я не беременна, и вы зря меня оскорбляете. Стивен просто хочет на мне жениться.
Он отступил на шаг назад.
– Итак, у этого таинственного человека есть имя, – заключил он. – А что дальше? Я его знаю?
Калера сложила руки за спиной и распрямила плечи.
– В общем, да. Если вы узнаете, кто это, то поймете, почему я увольняюсь. Это Стивен Прайор, – объявила она.
Глава 2
– Ну и как он это воспринял?
– Не очень хорошо, – со вздохом ответила Калера, наблюдая за тем, как ее жених аккуратно очищает омара своими сильными пальцами, без суеты отделяя мясо. Она завидовала сочетанию его уверенности и прирожденного изящества.
Стивен ополоснул руки в миске с ароматной водой и вытер их накрахмаленной салфеткой. Его золотое кольцо тускло блестело при свечах – единственное украшение, которое он, одетый в консервативный темный костюм с белоснежной сорочкой, позволил себе. Его одежда, столь же простая, сколь и дорогая, выгодно подчеркивала худощавое телосложение и по-мальчишески привлекательную внешность.
– Я так понимаю, что это одно из твоих мастерских преуменьшений, – заметил он, поднимая бокал шампанского в ее честь. Калера в очередной раз восхитилась изяществом его манер. Куда бы она ни шла вместе со Стивеном, ей приходилось держать себя как леди. Гарри был прекрасным человеком и хорошим мужем, но что касается светскости… Красивые жесты были не в его стиле.
Она оглядела роскошный ресторан, наслаждаясь обедом в обществе, которое вызывало завистливые взгляды других женщин. До этого им приходилось встречаться в уединенных, немноголюдных местах, где они не привлекали ничьего внимания, но теперь могли появляться на публике. Стивен говорил, что хочет показать ее во всей красе. Он гордился своей невестой и собирался представить ее своим друзьям, дабы они оценили его выбор. Он уже планировал грандиозный пир по случаю помолвки, и Калера надеялась, что не подведет его своей неопытностью. Они с Гарри жили очень тихо: кино, соседнее кафе и пикник с парой близких друзей – вот и все развлечения. Но у Стивена были другие представления о жизни. Калера знала, что его первая жена имела ученую степень и весьма респектабельных родственников.
– Любой бы пришел в ярость, узнав, что его секретарша выходит замуж за его злейшего врага, – продолжал Стивен, и пристальный взгляд его глаз противоречил беспечному тону. – Так что он сказал?
Калера вздохнула и отложила вилку. К счастью, она успела поесть прежде, чем любопытство Стивена взяло верх над спокойствием.
– Рассказывать во всех подробностях?
– Можно вкратце, если подробности тебя компрометируют.
Он просто умирал от желания узнать все детали разговора, но также был намерен соблюсти условие, которое они оговорили при первой же встрече: ни слова о работе. Компания Стивена «ИнфоТек Системе» была прямым конкурентом «Лабиринт Технолоджис», и Дункан Ройял считался врагом номер один. Хотя «Лабиринт» имел некоторое преимущество, борьба компаний за перспективный новозеландский рынок продолжалась, подогреваемая личной враждой владельцев.
Сначала Калера была настороже, так как сомневалась, что Стивен сдержит обещание не касаться работы, но ее страхи оказались напрасны. Он соблюдал условия, и им было о чем поговорить кроме как о проектах «ИнфоТек» или «Лабиринта».
