Читаем без скачивания Тест для ангелов. Серия «Корни и крылья», книга 2 - Таша Истомахина

– И веришь, Савелий забыл, что сказал мне перед сердечным приступом! Как такое возможно?!

– А что именно он сказал-то? – переспросила Маля.

Пришлось начать с самого начала.

– Я нашла ту записку в архиве мамы. Неизвестная мне Фима в начале прошлого века просила свою сестру отдать ей коробку со своими личными вещами. Там еще питерский адрес был указан. Потом меня послали в Санкт-Петербург в командировку с Савелием,… про него я тебе точно рассказывала.

Маля переворошила пласты памяти, относящиеся к нашим разговорам за полгода, и неуверенно предположила:

– Программист, что к вам в контору устроился прошлой весной?

– Молодец. Так вот. Нас с ним Аня устроила на три дня в квартиру своего знакомого, а потом выяснилось…

– Что раньше в этой квартире жили…, подожди,… сестры Фима и Кора, про которых упоминалось в твоей записке! И тебе даже коробку ту отдали, с вещами Фимы, – Марьяна восстановила для себя цепочку запутанных событий.

– И среди писем я нашла одно послание, которое Фима адресовала некоему Петеньке, своему сердечному другу. В нем она сильно сожалела об упущенных возможностях, потому что Петеньку отправляли на фронт. На случай гибели, они договорились сказать пароль при встрече в следующей жизни – «Я твой Ангел», чтобы поскорее узнать друг друга.

– Как-то это слишком,… невероятно, – Маля долго подбирала подходящее слово, подтвердив его хлопаньем густых ресниц. Глаза у неё зелёные, щеки румяные, волосы в зависимости от жизненных целей то рыжие, то блонд.

– А я о чем тебе полчаса втолковываю?! Конечно, это невероятно! Вот почему я ушам не поверила, когда Савелий сказал мне этот пароль, прежде чем потерять сознание.

– Ты ему письмо читать давала?

– Нет! Он сказал, что Маруся от него ушла окончательно, потом стал падать, а когда мы сидели на полу, сказал, что ему приснилось, что мы с ним от начала времен знаем друг друга, но никогда не были вместе. Но в прошлой жизни, расставаясь, договорились, что нужен пароль, чтобы быстрее узнать друг друга при следующей встрече.

– А теперь ничего не помнит?

– Представляешь!!!

Мы помолчали, удрученно переживая весь драматизм ситуации, пока я не вспомнила еще одну усугубляющую деталь.

– А я ведь на Савелия и подумать не могла. Полагала, что Петенька из прошлого – это фотограф Петя из этой жизни.

Марьяна промолчала, поэтому пришлось уточнить:

– Петя – это дядька, с которым я пять лет ходила одной дорогой на работу. Мы с ним даже не здоровались. А потом я написала отзыв на снимок, который мне понравился, мы с автором стали переписываться, и на свидании вслепую оказалось, что это тот самый мужчина, с которым я пересекалась каждое утро.

– Он ещё пригласил тебя на новогоднюю вечеринку к себе в издательство?

– Да! И я ему хотела рассказать о письме и спросить, не он ли случайно мой друг из прошлой жизни. А тут Савелий вдруг в конторе мне называет пароль!

– Очень все запутанно…

– Представляешь, при нашем расставании Петя высказался: «Ты мне очень нравишься, но, кажется, ты из тех странных женщин, что любят поговорить о всяких высших материях». Получается, что у меня был шанс, а я не подсуетилась усредниться.

На это Маля с сомнением в голосе заметила:

– Ты же не знаешь, чем мог обернуться на самом деле этот шанс. Предположи ситуацию, что с твоим бывшим мужем так же не удалось бы развить отношения, а ты бы потом страдала всю жизнь от сожалений, что не подсуетилась вовремя с таким прекрасным мужчиной.

– Да уж! – рассмеялась я, окончательно закрыв тему моих поначалу многообещающих, но не несостоявшихся романов.

Мы с подругой видимся редко, а обсудить обычно нам надо очень много. У Мали это очередные потрясающие знакомые, ужас какая ответственная работа, семинары по ориентированию в этой реальности и недавняя поездка в горы. Я не так богато проявлена событиями, все существенное со мной происходит на уровне разума и чувств. Вот, скажем, за время пока мы не виделись, я перестала верить в мотиваторы.

Когда-то давно мне внушили, что, если приложить усилия в конкретной теме, выложиться на полную отдачу ресурсов энергии и способностей, то можно выйти на новый виток жизни. Не скользить по спирали, а сделать скачек с одного уровня на другой. В свое время меня воодушевляли фразы типа:

– «Бог дает каждой птице червя, но не бросает его в гнездо».

– «Если вы будьте активны, инициативны и уверены в себе, тогда синяя птица счастья позволит Вам надергать из ее хвоста столько перьев, сколько захотите!»

Я поверила в это настолько, что даже написала книгу. Мне казалось, что ста двадцати процентов приложенных усилий хватит на то, чтобы вывести мою жизнь из заезженной колеи «сон – работа – готовка – две серии сериала – две страницы какой-нибудь книги – пятнадцать минут разговоров с сыном – сон». В выходные в промежуток «сон – сон» вклинивался поход в кино, прогулка по городу, встреча с сестрой или скайп с подругой.

Я надеялась, что напишу книгу, и все измениться. Хотя бы стану чувствовать себя уверенной, и люди ко мне потянутся. Какой-нибудь чудесный мужчина, увидев, какая я интересная, захочет связать со мной судьбу. И все начнут меня уважать и весьма ценить. Кстати, последний аргумент надо бы поставить первым.

Я была не просто разочарована. Меня потряс тот факт, что никто из друзей и близких ни на граммулечку не изменил ко мне отношения. Они, конечно, всегда ко мне хорошо относились, но и лучше не стали. Дальнее окружение не разглядело во мне никаких чудесных превращений из сотрудницы со странной должностью «обо всем» в творческую личность. Издательства не кинулись печатать мое произведение.

НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ!

Я, конечно, со временем пережила свое разочарование, признав как данность три новых факта.

Во-первых, в процессе придумывания замысла и записи его в словесную форму, я транслирую счастье независимо от того, каковы мои формальные достижения, сколько у меня денег, и есть ли у меня проблемы на работе.

Во-вторых, это настоящее искусство – быть «обыкновенным». У каждого есть непроявленный вовне талант. И нет никакой такой особенной твоей особенности.

И, в-третьих, я считаю целесообразным в конце мотиваторов, которые обещают «Выложись на 100%, сделай что-то, и тогда Вселенная откроет перед тобой новые двери», делать снизу примечание «А может и не откроет!»

….Маля, в ответ на мою тираду, пожала мне руку и, не без иронии, торжественно заявила: «Лично я очень горжусь, что у меня есть такая творческая подруга, как ты!».

Все люди приносят счастье. Одни – своим присутствием, другие – отсутствием. (автора не знаю)

Интересно было смотреть на свое независимо движущееся отражение, такое же невысокое, светлокожее и темноволосое. Нас с Меланией отличало лишь то, что у неё стрижка была длиннее моей на два сантиметра, а ещё цвет глаз ближе к карамельному, а у меня к бутылочному.

Про Меланию я у неё вызнала не сразу. Я и со своим-то именем с трудом определилась, не без помощи оговорки Филомены. Поэтому первое время мы общались примерно так: «Ты… это… есть будешь?».

Не смотря на явное отсутствие дружелюбия, Мелания поделилась со мной одеждой. Свитер дала с вышитыми снежинками, шапку с помпоном и толстыми косами вместо завязок. Еще куртку дала с варежками. И сапоги, тоже со снежинками.

Мы рано или поздно обязательно бы с ней поладили, не явись к нам Филомена с намерением разъяснить ситуацию. Теперь я понимаю, отчего Михаэль стал драконоборцем. Я ведь до сих пор не встречала Драконов, которые общаются телепатически. Даже сначала не поняла, что уже некоторое время кручу в сознании не свои мысли.

– Опять она без спроса в голове бродит! – в сердцах пробурчала Мелания.

– Кто?

– Подруга твоя белокрылая. Минут десять уже как включила свой дистанционный телеграф.

– Где?

– Во дворе. Где ж ещё?!

Я вплотную приблизила лицо к квадрату стеклянного холода, но Филомену увидела лишь, когда Мелания выключила в комнате свет с непременным комментарием.

– Хоть одна от нее польза есть – экономия на электричестве.

От спутников Дортура – один был с чуть надкусанным левым бочком – к лежащей прямо на снегу драконихе тянулись два мерцающих потока. Их свет был желтоват, а тот, что отражала перламутровая чешуя, отливал холодным голубым. Блеск был непрозрачный, светлый по тусклому, с цветным отливом. Филомена откинулась на левый бок, чуть выставив живот между вытянутых передних и задних лап. В такой позе лежат кошки, когда им жарко. На брюхе чешуйки были переливчатей и мельче, при дыхании они испускали во все стороны радужные блики. И снег искрился, а вместе с ним и та часть теплого воздуха, что исходила от дома. При такой иллюминации можно было спокойно читать примечания к аптечным рецептам.