предлагалась мне, была до боли знакома. В таких келья, помнится, нас учили медитировать, чтоб ничего лишнего не мешало погружаться в астрал. Но здесь же предлагалось в этой маленькой келье жить и не одной, а с соседкой. Да, представьте себе, помещение два на два, две практически скамьи с тонкими матрасами и две жительницы.
— О какая милая комната, а мы здесь вдвоем жить будем? — решила уточнить я.
— Конечно, деточка, располагайся! Это Вероника, твоя соседка и подруга на ближайшие несколько лет! — улыбнувшись, Катрин захлопнула за собой дверь, а мы с Вероникой остались одни.
— Проходи, занимай пустую кровать. Вещи для тебя уже подготовили, под покрывалом лежат.
— Спасибо, а я могу как-то с матушкой связаться? — решила пойти ва-банк я.
— Конечно, ты можешь ей написать письмо, правда его прочтет Катрин, и если ей что-то не понравится из того, что ты написала, то она заставит тебя переписать его под диктовку.
— Ээээ. Это поэтому вы все еще здесь? Вас вообще отсюда отпускают?
— Нет, мы здесь живем до 16-18 лет, после чего выходим замуж за выбранного родителями мужчину.
— Ты сейчас пошутила, ведь так?
— Вообще-то нет, если девушка окончила это заведение с наивысшими отметками по всем дисциплинам, то она считается лучшим вариантом для замужества.
— А как родители относятся к тому, как к вам здесь относятся?
— Ну в первый год они конечно переживают, в особенности маменьки, но потом мысль о удачной партии для любимой дочурки берет верх, и они успокаиваются.
— А если я буду себя очень плохо вести, меня домой вернут?
— Тебя будут пороть розгами, пока не одумаешься.
— А если я не одумаюсь?
— Таких на моей памяти еще не было.
— Ваши вещи, ну те, с которыми вы приехали в эту скромную обитель, они возвращаются вашим родителям?
— Конечно нет, Катрин и некоторые другие преподаватели забирают их себе, чтоб показать, чего мы лишились и что снова станет нашим, как только мы получим аттестат с хорошими отметками.
— То есть, вы собираетесь носить платья после преподавателей? — ужаснулась я.
— Нет, конечно,— рассмеялась Вероника, — не понимай все так буквально, мы будем носить новые платья, которые нам купят муж и родители, когда снова окажемся дома!
— И ты не хотела бы отсюда сбежать?
— Конечно, нет! — ужаснулась девушка, — Ты разве не понимаешь? Это же клеймо на репутации семьи, на твоей репутации. Ты же не выйдешь замуж за хорошего человека!
— То есть все ваши муки, это для того, чтоб поддержать репутацию семьи и хорошо выйти замуж?
— Белла? Я правильно поняла?
— Анабелла!
— Ну, привыкай, все учителя будут звать тебя Беллой. Так вот, я хочу тебя спросить, что ты знаешь об этом заведении? Что именно сказала тебе матушка, когда отправляла сюда?
— Ну, — задумалась я о том, что из напутственных речей Верховной ведьмы можно озвучить простой человечке, — Матушка сказала, поезжай, узнай там, как себя в обществе правильно вести, как с мужчинами общаться, чтоб не посчитали девицей легкого поведения. Еще просила светским манерам обучиться…
— А разве тебя не обучали этому с детства? — ужаснулась моя уже почти подруга.
— Ну, как тебе сказать, у нас в доме было достаточно дико, не так, конечно, как у селян. Мой папенька был охотником, — нашлась я, — И его полюбила маменька, — вспомнила я старую сказку о королеве и охотнике. — Они поженились, и появилась я.
— Какой ужас! — чуть не в обморок упала моя собеседница, — Да как так можно, чтоб дочь знатного человека обвенчалась с простым охотником?
— Маменька была вдовой, первый ее муж не прожил и года, так как был очень стар. Других наследников, как и родственников, не нашлось и мама стоически взвалила на себя эту ношу по управлению землями.
— Неужели к такой завидной невесте никто не посватался? — не поняла девушка.
— Как же, сватались! — решила я подлить в огонь масла, — Целой вереницей шли! Но всем им был нужен лишь статус мужа и возможность стать правителем…
— Вот этому нас и учат, выбрать из претендентов наиболее подходящего в таком случае, а не выходить за простолюдина, — нравоучительно было поведано мне.
Решив, что пока для меня хватит информации, ее еще усвоить надо, прежде чем слушать новую, я позвала свой сундук, благо потолки здесь были высокие, и он благополучно парил под потолком.
Вспомнив, что я здесь не одна, наслала на Веронику легкую дрему, после чего погрузилась в недры своего деревянного друга. Выбор мой пал на брючный костюм для пеших прогулок, у него было огромное преимущество, его можно было надеть самостоятельно без необходимости затягивать узкий корсет. Корсет, который держит все на своих местах в нем, естественно, был, но не тугой и, можно сказать, эластичный. В любом случае, этот наряд выглядел не столь убого, как одежда моих подруг по несчастью.
Пока я одевалась, в коридоре раздались шаги, и я скрыла свой внешний вид, чтоб преподаватели видели меня в положенной одежде. Без стука в дверь влетела Катрин. Эта сухощавая старушка сначала уставилась на меня, а потом, заметив мою подругу спящей, возопила.
— Какой позор, средь бела дня спать! И чем это вы занимались всю ночь, юная леди, раз сейчас не можете оторвать голову от подушки? — вырвав из под головы тот самый предмет, кричала бабулька.
— Я просто рассказывала Анабель о том, какие у нас здесь порядки и правила, — попыталась выкрутиться девушка, — и сама не заметила, как задремала.
— Кому? Твою соседку зовут Белла, запомни это! И почему вас до сих пор нет на обеде? Если бы только Ника не пришла, я бы поняла, но вот новенькая должна присутствовать обязательно! Нужно познакомиться с другими девушками и преподавательским составом!
Схватив меня за руку своей паучьей лапкой, она потащила меня куда-то вверх. Да, забыла упомянуть, наши кельи располагались в подвале, без окон и с повышенной влажностью. Я все время удивлялась, глядя на стены, как они до сих пор не покрылись толстым слоем плесени.
Глава 3
Поднявшись на пару лестничных пролетов, мы оказались в большой обеденной зале. Все сидели, уставившись в свои тарелки и не поднимая взгляда на вновь прибывших, видимо ожидая, когда придут последние опоздуны, и можно
