— Десять минут, дорогая. Сейчас закончу с диаграммами.
— Не надо.
— Чего на надо? — не поняв, переспросил он жену.
— Ничего не надо, прошу тебя, хватит… Ты не найдешь его. …Я не могу больше так. — сорвалась на крик супруга, опустилась на пол и, обняв колени мужа, заплакала. — Хоть бы могилка была, я бы могла там поплакать. Я бы знала, что он там, а не тешила себя напрасными надеждами. Илюша, как же так?
Илья Евгеньевич подхватил всхлипывающую жену на руки и отнес спальню. Осторожно уложил ее на кровать и сам прилег рядом.
— Не говори так, Андрей не умер. Слышишь, он не умер! Я сделаю все, чтобы найти его! — со всем убеждением сказал он.
— Не знаю, Илья, полгода прошло как он пропал. Я устала… Мы живем как на разных планетах. Ты, со своей работой, совсем перестал замечать нас. Перестань винить себя и оглянись вокруг, у тебя есть еще две дочки, уделяй им хоть толику внимания, они же не умерли! Ира совсем от рук отбилась, а Олюшка… Илья, мне становится страшно, она превращается в точную копию Андрея после удара молнии. Те же глаза и я ее все реже вижу улыбающейся. Вернись к нам, прошу…
Керимов молчал, он сам последнее время замечал неладное, но постоянная, на износ, работа не давала времени задуматься. Жена права, он перестал замечать всех вокруг, отдавшись работе и задавшись целью найти сына. После того злополучного случая на их коллектив пролился золотой дождь. Была заменена вся охрана и выстроено новое ограждение, плац и прилегающие строения накрыли маскировочные сети, а войти на территорию предприятия стало возможным только миновав три поста контроля и предъявив биометрический пропуск. Новейшее оборудование поступило через четыре месяца, после его юстировки физики приступили к испытаниям, но результат на сегодняшний день был нулевой. Добиться эффекта «окна» в другой мир не удавалось. После взрыва, он сотни раз просматривал записи камер наружного наблюдения и на одной из них было хорошо видно куда выбросило Андрея. Хвойный лес, состоящий из гигантских, похожих на секвойи, деревьев и небо над ним. А с небом была отдельная песня. Краешек космического тела, выглядывающего над горизонтом, никак не мог принадлежать Луне, если только на последней не завелись океаны и циклонические вихри. Версий было выдвинуто вагон и маленькая тележка, от параллельно до инопланетного происхождения увиденной на кадрах картины. Безусловным было одно — Андрей угодил в другой мир.
— Я постараюсь… — Илья Евгеньевич обнял супругу, другие слова чтобы успокоить ее не желали находиться, да и какие слова тут могут помочь? Он долго, одними пальцами, гладил волосы и плечи всхлипывающей жены пока она не успокоилась и не уснула. Осторожно, стараясь не шуметь и ненароком не разбудить ее, он выбрался из постели и на цыпочках прошел на кухню.
За окном, во тьме зимней ночи, мелькали огни редких машин и падал снег. Керимов скосил глаза на свое отражение в стекле. В окне отражался широкоскулый, с впалыми небритыми щеками, уставший и побитый жизнью человек. Открыв дверцу холодильника, он достал бутылку «Гжелки», налил себе половину стакана и одним глотком выпил. Водка обожгла горло и согревающим теплом разлилась по желудку, но совершенно не принесла ожидаемого успокоения. Илья Евгеньевич, отрешившись от окружающего мира, тупо гладя перед собой, сел на табуретку и поставил локти на кухонный стол. Что, что он делает не так? Они смоделировали все возможные и невозможные варианты запуска установки. Задавали идентичные, благо остались и были записаны компьютерами все контрольные показания приборов того злополучного дня, параметры запуска и активации электромагнитных полей. Проводили эксперименты с проникновением в активное поле различных объектов. Все впустую…
— Пап.. — детский голос заставил вздрогнуть, сколько он так просидел? На пороге кухни, в легкой ночной рубашке и положив руку на загривок Бона, стояла Ольга. После исчезновения сына, кобель отказался от еды и только настойчивость Ольги, кормившей пса две недели с ложечки, не привела еще к одной семейной трагедии. Пережив потерю одного хозяина, Бон выбрал своей хозяйкой Ольгу. Пес сопровождал девочку везде, когда она первого сентября пошла в четвертый класс, кобель дошел с ней до школы и, проигнорировав команду жены и Ирины, остался дожидаться ее на пороге учебного заведения. Скоро охрана, ученики и учителя привыкли к громадному кобелю, ежедневно сопровождающему и дожидающемуся свою хозяйку на пороге школы. Собака стала школьной достопримечательностью. Когда похолодало, дети принесли для Бона коврик и пока шли занятия он лежал на нем в дальнем углу холла. С другой стороны, Илья Евгеньевич мог быть спокоен за безопасность дочки, ни один урод близко не подойдет к ней при таком-то телохранителе.
— Да, дочуня.
— Пап, ты совсем забыл о времени. — Ольга взяла отца за руку и повела его в спальню.
Время…, они все забыли о времени. Время!
— Оля, ты гений! Время, оно тоже имеет направление! Точно! — он подхватил дочку на руки и закружил с ней по залу. — Что ты хочешь на Новый год?
— Я хочу чтобы ты встречал его с нами, а не на работе. — серьезно ответила Ольга. — Пообещай мне.
— Так и будет.
* * *
За столом, на последнее в уходящем году совещание, собрался весь интеллектуальный цвет возглавляемого Керимовым коллектива. Рядом с шефом сидели «старики» с которыми он начал работать еще в восьмидесятых годах прошлого века. Противоположную сторону оккупировала пятерка «бандарлогов» — представителей молодого поколения интеллектуальной элиты от российской науки. «Бандарлогами» группу молодых ученых обозвала блондинка Верочка, секретарша коммерческого директора проекта, была и такая должность, деньги то дает богатый дядя. Как-то так получилось, что прозвище моментально прилипло к молодежи. Все подобранные и приглашенные Керимовым на работу ребята были личностями яркими и неординарными, парни постоянно фонтанировали идеями и своим существованием разрушали мнение, что талантливая молодежь не идет в науку. «Бандарлоги» моментально спелись и всегда выступали единым фронтом, во всех случаях выдвигая на острие атаки Сашка: Александра Белова, отзывавшегося только на имя «Сашок», с ударением на последний слог — гения от математики и математического анализа, способного в цифрах описать любой процесс и Алексея Ремезова — физика ядерщика, главного заводилы и организатора всех начинаемых «бандарлогами» благих дел в виде розыгрышей и мелких, безобидных, пакостей.
Третий час ученые надрывали глотки, предложенная Керимовым новая компоновка установки вызвала горячие споры со всех сторон. Не будь на совещании шефа, то некоторые «горячие финские парни» уже бы давно передрались, таким был накал страстей. Когда споры утихли, Илья Евгеньевич, подводя жирную черту, обратился к Сашку:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
