Читаем без скачивания Загадки старых мастеров (СИ) - Шапиро Александр

Мало что достоверно известно о Сапфо. Мы знаем, что она жила в VII — VI веке до нашей эры на острове Лесбос, и была гениальной поэтессой. Платон называл её десятой музой, а Страбон — чудом. Гораций утверждал, что стихи Сапфо достойны религиозного поклонения. А Гай Валерий Катулл восхищался стихами Сапфо и перевёл на латынь её вторую оду.

Не сохранилось прижизненного изображения поэтессы. Самым известным античным изображением Сапфо является фреска из города Помпеи.

Сапфо, древнеримская фреска

К величайшему сожалению, большинство текстов Сапфо утеряны. Сохранились лишь отрывки, по которым трудно составить представление о величии поэтессы. Но её вторая ода оказалась настолько выдающимся произведением искусства, что его цитировали другие античные авторы, и поэтому до нас дошли первые шестнадцать строк и начало семнадцатой.

Особенность этой оды состоит в том, что её первые шестнадцать строк представляют собой одно предложение. Предложение, перенасыщенное сильными личными эмоциями, которые описаны детально и в то же время отстранённо. Вдобавок это предложение состоит из четырёх четверостиший с деликатной ритмической структурой — позже четверостишие с такой структурой назовут сапфической строфой.

Примечание переводчика.

Невозможно качественно перевести вторую оду Сапфо по одному лишь подстрочнику. Поэтому я обратился за консультацией к профессору античности Сергею Карпухину. Он любезно предоставил подстрочник и подробный комментарий, прочитал текст в оригинале — на эолийском диалекте древнегреческого языка, а также неоднократно обсуждал со мной детали перевода. Я глубоко признателен профессору Карпухину за помощь в переводе.

Кроме того, в процессе работы над переводом выяснилось, что некоторые современные психиатры считают описанный в оде всплеск чувств перечислением симптомов панической атаки. Эта гипотеза накладывала ограничения на перевод, поэтому я обсудил её с практикующими специалистами, которые пришли к выводу, что описан скорее приступ ревности.

Единственное, чего недостаёт переводу — это музыка. Сапфо была лирической поэтессой — это значит, что её стихи иполнялись под сопровождениё лиры. Вряд ли удастся узнать, как звучала музыка, под которую исполняли вторую оду. Но вдумчивый читатель всегда может услышать отголоски древней музыки в первом переводе, сохранившем как ритм, так и цельность оригинала.

Тот, сидящий против тебя так близко, он, как будто, счастьем подобен богу: он, наверно, сладкий твой слышит голос, слышит желанный смех — но только всё это здесь, напротив, мне шальное сердце в груди пугает, ведь, едва взгляну на тебя украдкой, слова не молвить: то, застыв, язык цепенеет, тонкий жар не то внезапно бежит под кожей, застит веки мои морока, уши гул наполняет так, что холод дрожью меня промозглой всю, всю-всю свивает, былья бледнее я, и малость лишь отстаю от смерти, малость… как будто. Всё, что нужно, стерпишь, а всё, что после… (перевод Александра Шапиро)

Солон был правителем Афин и одним из семи мудрецов Древней Греции. Когда Солон за чашей вина услышал одно из стихотворений Сапфо от своего племянника, он попросил мальчика повторить стихотворение несколько раз. А на вопрос — зачем, Солон ответил, что не хочет прожить остаток жизни, не зная этого стихотворения наизусть.

Глава 3

Улыбка Джоконды

Несколько выдающихся поэтов Древнего Рима оказали колоссальное влияние не только на литературу, но и на культуру в целом. Все эти поэты — классические античные авторы, мастера глубоких мыслей и, как правило, тяжелого слога. Все, кроме одного. Его имя Гай Валерий Катулл, а его стихи — вполне современная поэзия. Вряд ли найдётся ещё один античный автор, на слова которого есть песни в стилях рэп и панк-рок.

Самое известное стихотворение Катулла состоит всего из двух строк:

Ненавижу тебя, вожделея. «Возможно ли?» — спросишь. Не пойму. Но теперь постигаю себя, истязая. (перевод Александра Шапиро) Odi et amo. Quare id faciam fortasse requiris. Nescio, sed fieri sentio, et excrucior.

Озадачивающее начало этого стихотворения очень популярно в наши дни. Фраза «Odi et amo», которая дословно означает «ненавижу и люблю», в наше время стала названием одного музыкального коллектива, двух фильмов, нескольких книг и многочисленных страниц в интернете.

Уже по этим двум строчкам легко понять, что в стихах Катулла есть вполне современные моменты: смешанные чувства, сомнения, рефлексия и т. п. Конечно же, Катулл был известен своим современникам, а его поэзия оказала значительное влияние на других выдающихся поэтов Древнего Рима: Горация, Овидия и Вергилия. Эти поэты были известны и любимы во все эпохи. В отличие от них, Гай Валерий Катулл был полностью забыт до начала Возрождения. Почему такой талантливый поэт был забыт на полторы тысячи лет? Для того чтобы ответить на этот вопрос, нам понадобится разгадать загадку Джоконды.

Леонардо да Винчи, Джоконда

В чем тайна улыбки Джоконды? Есть множество спекуляций на эту тему. Версии варьируются от отсутствия передних зубов до сифилиса. Тем не менее, в реальной жизни всё проще: тайна — сама улыбка. В наши дни трудно представить, насколько необычна такая эмоция на картине начала 16-го века, но мы попробуем разобраться.

В средневековые времена у сюжетов произведений искусства было два основных источника: Библия и греческая мифология. Начнем с Библии: как часто в ней встречается слова «улыбка» или «улыбаться»? Ни разу. Что неудивительно, поскольку большей частью в Священном Писании описываются чувства, далекие от утонченных.

Что с Древней Грецией? В древнегреческом искусстве улыбки нет, хотя в архаичный период между 8-м и 6-м веками до нашей эры встречается натянутая ухмылка у некоторых статуй. По мнению исследователей античности, она символизирует либо то, что статуя изваяна при жизни человека, либо то, что боги благосклонны к этому человеку. Похожая ухмылка встречается в раннем средневековье у нескольких статуй архангела Гавриила в качестве атрибута, связанного с Благовещением. Но за всю историю европейской живописи — от наскальных рисунков пещерных людей и до раннего Возрождения — не было создано ни одной фрески или картины, которая изображала бы нормально улыбающегося человека.

Единственная улыбающаяся средневековая скульптура была создана в середине XIII-го века неизвестным гением. Мы называем его Наумбургский Мастер, поскольку он изваял двенадцать скульптур наумбургского кафедрального собора. Это скульптуры представляют собой портретные изображения аристократов, оплативших постройку собора. Самая известная из них — майсенская маркграфиня Ута.