Черт! Я соскучилась! Так сильно, что хочется умереть.
Ну не могу я без него. Не мо-гу!
— Анют, аууу! Ты слышишь меня? — Лена замечает кратковременное отсутствие меня в этой комнате. Пощёлкав пальцами перед носом, продолжает: — Не соглашайся ехать с ним домой, даже если тебе очень сильно хочется. Усекла?
— Ага, — соглашаюсь, автоматически кивнув головой.
— Он должен подыхать от скуки, беситься и рвать на себе волосы. Хотеть тебя и думать о тебе всю ночь! Завтра контрольный выстрел в голову, а затем в сердце. Усекла?
— Ага, — напоминая китайский болванчик, не свожу с неё глаз. Сотовый непреклонно наяривает. Даже не думает затихать.
— Сегодня можешь подразнить. Чуть-чуть. Чтобы этого горе-рыцаря замучила бессонница.
— И восьмичасовой стояк! — выразительно добавляет Ритка, отправляя в рот небольшой кусочек аппетитной пиццы. — Усекла?
— Ага.
— Кстати, Лен? Может и этому кандидату в женишки организуешь виагротерапию? — взрывается хохотом София. — А что? Как вспомню своего Алекса, так ржать охота.
— Святой тебе не Волк, — обновив бокалы шампанским, заверяет Лиса. — Этот создаст бандитскую группировку из цыган и выкрадет нашу Аньку вместе с забором, потом затрахает до потери пульса. Можешь не сомневаться. Давай-ка, девочка, отвечай на звонок. Не терпится узнать, какого хрена ему неймётся.
***
— И громкую связь включи! — командует Елена. — Только тише, девочки. Ни звука! Не то Святой нас всех повяжет за подстрекательство и пособничество. Всем соучастникам преступления вместе с исполнителем выпишет адских люлей. Ещё и отправит на исправительные работы! Тссс! Ни звука!
— Это какие такие исправительные работы? — возмутившись, София опускает ладони на округлый живот с торчащим пупком и начинает его поглаживать. — Нам с Ларочкой по уставу не положено. Мы вот-вот должны родиться. Алиске тоже. Там кроха маленькая совсем. Ленка вообще кормящая мать! Остаются Ритка и Анька. Придётся девчонок грудью защищать.
— Со, ещё слово, и он лично ответит на твой вопрос, — шикает Алиска, устремляя взгляд в экран мобильного. — Девочки, тишина! Анька, отвечай.
Я сглатываю, дрожащими пальцами цепляя сотовый. Принимаю вызов.
— Алло? — говорю как можно увереннее, но голос всё равно подводит. Я нервничаю, как бы не старалась держать себя в руках. Сердце колотится, как ненормальное. Вот-вот выпрыгнет из груди.
— Привет, — раздаётся любимый, чуть хрипловатый голос. На удивление спокойный. Я слышу, как Итан делает глубокую затяжку, затем шумно выдыхает.
Отчетливо и во всех красках представляю его лицо. Ясно вижу, как чувственные губы обхватывают фильтр сигареты, как выпуская изо рта облачко дыма, он соблазнительно щурит глаза.
Охватившее меня предвкушение неотвратимо разливается по крови, и я даже не замечаю, как начинаю дышать глубже.
— Как Мэт? — не могу заставить себя не вспоминать о ней. Конечно же я ревную. Каждый раз, когда думаю о том, как Итан нёс её на руках к машине, так вся внутри воспламеняюсь адским огнём. Поэтому пытаюсь вцепиться в загривок Святого и ткнуть носом в реальную, разделяющую нас проблему.
— Наверное, хорошо. Я не в курсе, как она себя чувствует сейчас, — он снова замолкает, делая очередную затяжку, а я теряюсь. Не знаю, как в итоге воспринимать его слова.
— То есть… Ты отвёз её в больницу и бросил там одну?
— Я доверил её врачам, — голос Святого звучит с явными нотками раздражения. — Около восьми часов назад ею занялся мой отец. Если тебя это успокоит, то я был у матери. Девчонки, всем приятного шабаша! Можно выдыхать и шушукаться. Нечего животы напрягать… — добавляет он, словно в курсе того, что они подслушивают наш разговор.
— Вот, жучара, — хихикает Ритка. — Сидит, наверное, под забором с прослушкой в руках, Джеймс Бонд.., блин.., красивый.
Последнее слово звучит так, как будто им Ритка заменила ругательство.
— Откуда… ему знать-то? — неуверенно произношу вслух свои размышления.
Не может же Итан в самом деле следить за нами? Да и зачем?
— У тебя в телефоне динамик фонит из-за громкой связи, — поясняет он, как только я удивлённо впиваюсь в лицо Елены вопросительным взглядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нервный смешок приходится проглотить.
Черт… Спалил таки, разведчик хренов.
— Эн, выйди на улицу, нам нужно поговорить, — воркующая, глубинная мягкость его голоса исчезает, и я начинаю предчувствовать какой-то подвох. — Пусть Лиса калитку тебе откроет. Я жду у ворот.
Договаривает и обрывает связь, от чего сердце начинает колотиться, как ненормальное. Смотрю потеряно на девчонок, в голове тысячи мыслей роятся и ни одной толковой, чтобы его понять.
— Девочки, с ним явно что-то не так, — выдаю я, поднимаясь с кресла.
— Либо что-то задумал… — задумчиво делает выводы Елена. — Аня, если дашь слабину, он и дальше будет манипулировать твоими чувствами.
— Пусть сама выбирает, — поступает предложение от Со.
— Только не вздумай переодеваться, — поправив на мне халатик, Алиса подталкивает к выходу. — Иди, давай, Золушка.
— Только трусики не потеряй на обратном пути! — подбадривает Ритка, вгоняя меня в краску. — Контрольный в пах кому-то обеспечен!
***
Выхожу во двор. Поднимая лицо к ночному небу, делаю глубокий вдох.
Пахнет хвойными деревьями, солью и йодом. Ощущается свежесть океана. Нотки душистых цветков петунии кружат голову.
Невзирая на шорохи прибрежных волн, здесь тихо и хорошо.
Умиротворённо…
Счастливая Алиска.
В арсенале надёжные подруги имеются. Уютный дом. Любимый мужчина рядом. О чём ещё можно желать?
Кстати, сегодня Марко решил переночевать у родителей, чтобы мы спокойно повеселились накануне свадьбы.
Боже, как же я им завидую…
Девочки такие забавные. Жизнерадостные хохотушки. Столько напутствий по поводу мужчин мне даже мама с тёткой не давали!
— Фух… — выдыхаю скопившееся напряжение и ступаю по каменной тропинке к воротам. Щелчок электромеханического замка вынуждает вздрогнуть. С радостно забившимся сердцем в груди открываю калитку, выхожу на улицу. У ворот припаркована машина Матильды, но Итана в ней я не вижу.
«Где же он?» — спрашиваю себя и вдруг замираю, попадая в кольцо из тёплых рук. Сердце, ёкнув от неожиданности, уходит в пятки. В носу начинает щекотать то ли от выступивших слёз, то ли от окутавшего запаха любимого мужчины — сандал и имбирь с нотками пота и сладких апельсинов.
Я закрываю глаза, стараясь не поддаваться эмоциям. Вспоминаю напутствия девчонок, но в голове такая каша заваривается, что я не то что не могу задать вопрос, я даже не в силах его сформулировать.
— Соскучилась? — в затылок толкается горячий шёпот Итана, рассыпаясь по моим плечам волнующими мурашками.
Он обнимает меня сзади, крепко прижимает к своей груди, и я начинаю таять, как Снегурочка под лучами палящего солнца. Ещё и алкоголь вдобавок кружит голову.
Так хорошо рядом с ним. Так спокойно. Уютно. Ноги становятся ватными.
Мне хочется, чтобы он всю жизнь держал меня вот так, как сейчас, и никогда от себя не отпускал.
Ни на шаг.
Ни на минуту.
Никогда!
«Аня, если дашь слабину, он и дальше будет манипулировать твоими чувствами…» — голос Елены просачивается сквозь розовую дымку в голове. Я мысленно повторяю её наставление и будто бы просыпаюсь. Выныриваю из романтического флёра на поверхность реальности, делая резкий вдох.
— Девчонки такие прикольные, с ними невозможно скучать. День пролетел так быстро, я даже опомниться не успела. А ты? Скучал?
Ощущаю, как тысячи мелких иголок одновременно с его пальцами впиваются мне под кожу. Давят на рёбра несколько секунд, затем послабляют натиск. А шумный вздох мужчины и вовсе даёт понять, что мой ответ попал точно в цель. Затронул его самолюбие.
Развернув к себе лицом, Итан приступает рассматривать меня, как какую-то ценную статуэтку. В тусклом свете луны его черты лица приобретают заостренные формы, становятся хищными. Под его восхищённым взглядом мои щеки моментально окутывает огнём. Он охватывает шею, перекидывается на грудь, соблазнительно уложенную в чашечки кружевного лифчика, выбившегося из-под распахнувшихся половинок халатика.
