Читаем без скачивания Устранители - Дональд Гамильтон

— Спасибо за заботу, сэр, — с чувством произнес я.

— Командир должен заботиться о моральном состоянии личного состава, — сухо ответил Мак. — Впрочем, ничего путного я от нее так и не добился. Даже наоборот. Твоя жена была очень вежлива и обходительна, но буквально тряслась от ужаса. Когда я смотрел в сторону, она так и шарила глазами, все пыталась определить, куда я прячу рога и хвост.

— Мне тоже давно не дает покоя этот вопрос, сэр, — изрек я. Потом, чуть помолчав, добавил:

— А вы знаете Логана, за которого она потом вышла замуж?

— Да, он владеет и управляет ранчо-гостиницей, в которой она останавливалась. С виду вполне приятный: худощавый англосакс с рыжими усами военного летчика. Мне показалось, что он способен постоять за себя, хотя внешность у этих чопорных британцев бывает обманчива. Все они выглядят так, будто их вот-вот ветром сдует. Впрочем, так иногда и случается.

Я взглянул на письмо, потом сложил его и сунул в карман.

— Бет не написала, что стряслось и чего она от меня хочет?

— Нет.

— И вы не возражаете, если я отправлюсь к ней и выясню, в чем дело?

— Тебе все равно пора взять отпуск, Эрик, — ответил Мак. Он бросил на меня изучающий взгляд, словно желая проверить, не изменился ли я за время нашей беседы, потом сказал:

— Когда приедешь в Рино, остановись в мотеле “Ривер-сайд”. Номер уже забронирован.

Мак нацарапал что-то на листке бумаги и протянул мне. Я нахмурился.

— Это еще что?

— Номер телефона твоего связного в Рино. Агент Пол. Запомни и уничтожь.

— Мне кажется, вы упомянули отпуск, сэр, — сухо произнес я.

— Пол еще зелен и необстрелян. Ему может понадобиться помощь.

— В чем?

— Не спрашивай, если тебе в самом деле не хочется знать. Я пожал плечами.

— Это не мое задание. Если он захочет, то выйдет на меня сам.

— Совершенно верно, — кивнул Мак. — Когда встретишься с ним, если, конечно, так случится, сообщи мне свое мнение. Мне не кажется, что он у нас долго продержится. С нынешним поколением трудно работать — все эти бредни про разоружение и мирное сосуществование совсем испортили молодежь.

Мак чуть задумался, потом продолжал:

— Можешь его использовать, но только в том случае, если другого выхода не будет. У моих агентов есть более важные дела, чем носить оружие за рыцарем, странствующим по зову дамы своего сердца.

— Ее рыцарь теперь Логан, — ответил я. — Она это подчеркнула.

— Так-то оно так, — пробормотал Мак, — но за помощью она обратилась к тебе, а не к Логану. Надо полагать, ты и сам об этом подумал.

Помолчав, он добавил:

— Загляни по дороге в картотеку. Возможно, за время твоего отсутствия там появились новые физиономии.

Глава 2

Картотека, располагающаяся в цоколе здания, переняла хитроумную систему каталогизации материалов у ФБР незадолго до того, как компания Ай-Би-Эм продала федеральным служащим другую, еще более хитроумную. Нас же вполне устраивает и прежняя, пусть и устаревшая. Мы не собираемся заводить досье на всех известных в мире преступников, включая шпионов и тайных агентов. Нас интересуют только агенты противника по нашему же роду деятельности, а таковых раз, два и обчелся. Уж больно наша профессия непривлекательна и неблагодарна.

Осенью, перед поездкой в Европу, я в очередной раз прослушал вдохновляющую вводную лекцию Мака по специальности. Пришлось скучать на ней в наказание за пятнадцатилетнее отлынивание от дела. Я сидел в компании семерых желторотых юнцов и девушек, сгоравших от желания воочию увидеть легендарного Мака, а также в обществе трех матерых волков, призванных вроде меня из запаса. Эта троица едва сдерживала зевки. Уж мы-то наобщались с Маком на своем веку предостаточно.

— Это в некотором смысле слова — война, леди и джентльмены, — распинался Мак, — так что можете считать себя бойцами. Но не стройте особых иллюзий на сей счет. Тех, кто работает на преступную организацию, именуют стервятниками. Вас же, состоящих на службе у суверенного государства, называют... устранителями. Очень, на мой взгляд, удачно. Во всяком случае, этот термин точно отражает суть вашей деятельности.

Я внимательно просмотрел досье, освежая в памяти образы собратьев-устранителей, находящихся на службе у других суверенных государств. Особенно меня интересовали те, кто в настоящее время работал в Штатах. Среди них были коллеги из дружественных стран. В их отношении предписывалось по возможности проявлять понимание, хотя удавалось это не всегда. Попадалась мелкая рыбешка из вражеского стана — требовалось только своевременно уведомлять конуру о появлении неприятеля. И, наконец, шли досье на самых опасных противников: Дикмана, Хольца, Рослова, Мартелла и смертоносную дамочку по имени. Вадя — с ними церемониться не советовали. Из этой пятерки один как раз недавно объявился в Штатах. Я нахмурился и раскрыл его досье:

— Мартелл... — произнес я. — А я уж было решил, что после берлинской эпопеи он выбыл из игры. Дай-ка я им полюбуюсь поближе, Смитти.

Смитти проковылял к задней стене и запустил проектор. Ковылял он по той причине, что от ступней у него мало что осталось. Некие джентльмены, пытавшиеся вырвать у Смитти интересующие их сведения, посчитали, что после их дружественной беседы ступни Смитти все равно не понадобятся. Как, впрочем, некоторые другие части тела, которых Смитти тоже недосчитался. А все, что от него осталось, было сплошь покрыто шрамами, так что смотреть на беднягу было нелегко.

Когда Смитти выписали из больницы, Мак поручил ему следить за картотекой, поскольку ни на что другое Смитти уже не годился. Впрочем, не подумайте, что Мак такой великодушный и печется о своих покалеченных агентах. Дело в том, что перед каждым выходом на задание мы обязаны заходить в картотеку и знакомиться с новостями, а следовательно — общаться со Смитти. Это лучше холодного душа остужало горячие головы и помогало избавляться от излишней самоуверенности, поскольку Смитти в свое время не уступал никому из нас. Лишь однажды он допустил промашку...

На экране появилась фотография Мартелла. Впрочем, снимок был исходно такого неважного качества, что от его увеличения особого толка не было. Мартелла подловили, когда он вылезал из машины — фотографировали издали, дрожащей рукой, так что изображение вышло довольно размытым. Подпись же была достаточно четкая:

“Мартелл, — прочитал я, — Владимир. Рост 5 футов 8 дюймов, вес 190 фунтов, волосы черные, широкий лоб, густые брови, карие глаза, прямой нос, пухлые; губы, волевой подбородок. Отпечатки пальцев Мартелла не получены (см. ниже). Прекрасно стреляет из пистолета, из ружья — неважно, нож и рукопашный бой — средне. В пристрастии к алкоголю, наркотикам я гомосексуальным связям не замечен. В 1947 и 1950 годах получил дисциплинарные взыскания за связи с женщинами, повлекшие за собой пренебрежение служебным и обязанностями. Несет ответственность за гибель агента Френсиса в Берлине в сентябре 195 году. Сведения о местопребывании до 1960 года отсутствуют. В феврале 1960-го под именем Джека Фенна объявился в Майами-Бич, служа телохранителем Доминика Рицци. Установлено, что под именем Джека Фенна совершил ряд преступлений (см. на следующей странице перечень арестов и отпечатки пальцев). Причина для изменения имени неизвестна. Местопребывание в настоящее время не установлено. Приоритет номер один.

Стало быть, его обнаружили, но потом упустили.

Кому-то не сносить за это головы. Я хмуро посмотрел на экран. Любитель ближнего боя; с винтовкой не в ладах. Дамский угодник; верно, он и впрямь мастер своего дела, если ему вновь доверили важное задание после двух скандальных историй с женщинами. А ведь его хозяева не слишком церемонятся с агентами, которые способны ухлестывать за дамочками, выполняя задание.

— Кто такой Рицци? — осведомился я.

— В основном занимался наркотиками, — ответил из-за моей спины Смитти. — Сейчас в тюрьме. Попался в аппалачской облаве вместе с другими заправилами мафии.

— Поэтому-то мистер Мартелл и лишился работы, — задумчиво произнес я. — Впрочем, подыскать новое место ему, конечно, не составило особого труда. Судя по его досье, он потратил лет семь-восемь на то, чтобы вжиться в образ головореза-мафиози.

Я еще раз кинул взгляд на расплывчатое изображение на экране и поморщился.

— Да, в квалификации ему не откажешь, это как пить дать.

Гангстерам повезло — они наняли подходящую персону. Убить человека ему — раз плюнуть. Но на кой черт ему понадобилось изображать из себя громилу — ума не приложу.

— Мак тоже ломает себе голову из-за этого, — заметил Смитти. — Он до дыр затер эту фотографию, надеясь, что его наконец осенит.

— Тебе известно еще что-нибудь? Более свеженькое? — поинтересовался я.

— Нет, хотя недавно было донесение, оставшееся неподтвержденным, что Мартелла видели в Рино. Вроде бы он сопровождал крупнейшего местного рэкетира — Фредерикса. Сейчас наш агент пытается разнюхать, что к чему.