— Оп-па, приплыли… Тихо шифером шурша… Как закончите с ним «беседовать», вызовите бригаду из психушки. Похоже, их случай…
Глава 1
Попаданус вульгарис, или шиза отменяется
Контр-адмирал Илларионов сидел в кресле в своей каюте тяжелого авианесущего крейсера «Адмирал Макаров» и тряс головой. Это еще что за хрень такая?! Голос какой-то в мозгах!!! Белочка подкралась, что ли? Так ведь вроде и не пили с начштаба… Ну, почти… Но разве с такой дозы что-нибудь будет?! Ведь исключительно не ради пьянства, а здоровья для! Или именно таким образом шиза приходит? Странно… И начштаба не спросишь, слышал ли он что-то. Ушел раньше и уже небось дрыхнет, мерзавец… И что башка так гудит? Как с хорошего бодуна… Ладно. В конце-концов, больше ничего такого вроде нет. А то ишь, чего удумали! «Делайте, что должно… !» А вот х… вам по всей морде! Сами знаем, что нам делать. И что должно, и что не должно. Если бы всегда делал, что должно, то хер бы до адмиральских погон дослужился. Творчески ко всему надо подходить, творчески… А те, кто делает только то и всегда то, что должно, на пенсию каплеями выходят… Стоп!!! И чего это на философию потянуло на ночь глядя? Все, спать! Утро вечера мудренее, так вроде предки говорили…
Но уйти на боковую не удалось. Телефонный звонок оторвал от размышлений. Звонил вахтенный начальник, и по его голосу адмирал понял, что случилось что-то из ряда вон.
— Товарищ адмирал, извините, что беспокою. Но прошу Вас подняться на мостик.
— Что там стряслось? Папуасы на нас напали?
— Никак нет. Но вокруг что-то странное творится. Какой-то туман резко все накрыл, и связь пропала.
— Иду!
Чертыхнувшись, адмирал привел себя в порядок и поднялся в рубку. Здесь уже находился командир корабля — капитан первого ранга Антонов. Он сразу же доложил обстановку, огорошив еще одной новостью.
— Сигналы GPS и ГЛОНАСС пропали. Связи со штабом тоже нет.
— А на УКВ?
— Тоже тихо. 16 канал слушаем постоянно. Сначала какую только дрянь не передавали — и «филиппино манки» и «марио» и «як романтычно пахне ковбаса». Сами ведь знаете, что в Средиземке на 16 канале обычно творится. Израиль Нэви тоже постоянно всех доставал своими запросами. А как в этот туман попали — сразу тишина наступила. С другими кораблями эскадры связи тоже нет.
— Радары?
— Не работают. Вернее, сами-то радары работают, но ничего не показывают. Хотя до этого берег хорошо брали, и куча целей вокруг была. И самое удивительное — исчезли в с е сигналы АИС от гражданских судов! Это в Средиземке-то, где от них не протолкнуться!
— Ну, ни хрена себе…
Какое-то время ничего не происходило, «Адмирал Макаров» шел в сплошном тумане. Но вот туман стал редеть, в нем появились разрывы, и вскоре он исчез полностью. Все корабли эскадры оказались на месте, сохраняя ордер. Неожиданно заработала связь — корабли докладывали о случившемся. Но связи со штабом по-прежнему не было.
Адмирал ходил по рубке, анализировал доклады командиров боевых частей, и терялся в догадках. Состояние «с бодуна» прошло так же быстро, как и появилось, но ясности это не добавило. Картина складывалась в высшей степени непонятная. Все механизмы работали в штатном режиме, тесты аппаратуры связи показали ее исправность, но связи н е б ы л о. Сигналы спутниковых систем исчезли. Связь между кораблями действовала, но попытки связаться на других частотах с Москвой, Севастополем и Североморском ни к чему не приводили. Работа береговых станций, которых здесь полно, тоже не прослушивалась. Сигналы АИС от гражданских судов на приемоиндикаторе тоже не появились. В о о б щ е. Что могло говорить либо о выходе из строя самой автоматической идентификационной системы, либо… отсутствия этих самых гражданских судов поблизости. Которые несколько минут назад были, и все разом исчезли. Мистика, да и только… Радары заработали, отображая обстановку вокруг. Но совершенно д р у г у ю обстановку по сравнению с той, что была до попадания в этот странный туман. Очертания береговой линии остались прежними, но исчезло множество целей! Это на подходе к Кипру, в таком оживленном районе! Что-то здесь не то… Доклад командира корабля не прояснил ситуацию, а лишь добавил вопросов.
— Исчезло большое количество морских целей, которые были до попадания в туман. Но появились новые в местах, где их раньше не было. Причем на дистанциях значительно ближе, чем мы должны были бы обнаружить их еще до этого. Но поблизости никого нет. Ближайшая цель возле берега Кипра — пятьдесят шесть миль, остальные еще дальше. Воздушные цели исчезли вообще. Во всяком случае, до самого берега в воздухе ничего нет, а раньше наблюдали пассажирские лайнеры на международных трассах. Наши заклятые друзья из НАТО тоже в воздухе крутились, хоть близко и не приближались. А сейчас исчезли в с е. Излучения чужих радаров тоже нет.
— Что думаете по этому поводу, Андрей Семенович?
— Очевидно, какой-то природный феномен, товарищ адмирал.
— Хорошо, спрошу прямо. Делайте, что должно. И да свершится, что суждено.
— Как?!… У Вас т о ж е?!
— Т о ж е, Андрей Семенович, т о ж е… И подозреваю, что у всех остальных т о ж е. Да только они сказать боятся, чтобы психами не сочли. Но поскольку наши Айболиты утверждают, что коллективной шизы с совершенно одинаковым бредом не бывает, то придется им поверить. А исходя из окружающей обстановки, получается, что мы все дружно куда-то влипли. Вопрос лишь в том, куда именно. Сейчас сканируйте все частоты. Добывайте любую информацию, но только на прием. На передачу не работать. Следить за морем и воздухом, не нравится мне это. Идентифицировать обнаруженные цели, особо обращая внимание на скорость. Хоть какие-то воздушные цели есть?
— Ближайшие — над Турцией. Скорость порядка трехсот километров в час. Скорее всего — какие-то гражданские самолеты, наша аппаратура их не распознает.
— Это очень хорошо, Андрей Семенович!
— В каком смысле, товарищ адмирал?
— Вы книги про попаданцев читали? Вот и представьте на минутку, что мы всей эскадрой тоже куда-то п о п а л и. Но поскольку в воздухе есть цели, имеющие скорость порядка трехсот километров в час, то это не может быть каким-нибудь палеозоем. Птеродактили с такой скоростью не летали… Вроде бы… Этажерки Первой мировой — тоже. Значит, это более поздний период. Но до массового применения УКВ-связи дело еще не дошло, как и до массового применения радаров. А это значит, имеем временной диапазон с конца двадцатых годов и до начала пятидесятых. Вот и думайте, куда мы попали.
— Вы серьезно, товарищ адмирал?!
— Нет, бл… ь, шучу… Подождем результатов радиоперехвата…
Ждать пришлось довольно долго. Не потому, что не удалось что-нибудь перехватить, а потому, что в БЧ-4 на «Адмирале Макарове» поначалу отказывались верить перехваченному, и тщательно перепроверяли информацию. В конце концов, доложили начальству сногсшибательную новость. Согласно открытой информации, полученной от широковещательных станций различных стран, сегодня 10 июня 1940 года от Рождества Христова. Ошибка исключена. Занавес…
Адмирал пригласил командира корабля в свою каюту, и выставил на стол коньяк с парой рюмок и нехитрой закуской.
— Присаживайся, Андрей Семеныч, давай без чинов. Думу думать будем. Похоже, песец подкрался незаметно.
— Фантастика, Владимир Иванович… Никогда бы не поверил, что такое возможно… И что теперь делать будем? В Сирию нам идти теперь вроде бы как и незачем? А куда? Обратно на Север? В Черное море турки не пропустят. А Балтика — ловушка для нашей группы.
— Да уж, ситуация… Балтика и Черное море отпадают однозначно. Север — тоже под вопросом. Были бы мы без нашего «обоза», без проблем проскочили бы. А вот с «обозом» не пройдем, он нас по рукам и ногам свяжет. А отбиваться от всего Ройял Нэви и Королевских Военно-Воздушных Сил никакого боезапаса не хватит. Ведь эти твари обнаружат нас самое позднее при проходе Мальты и сразу почувствуют неладное. А из Лондона прикажут перехватить нас любой ценой. Там все еще лелеют надежду натравить Адика на Союз. И «обоз» бросать нельзя… Да и… Скажи мне, только честно, Андрей Семеныч. Помощь Родине и все такое, это конечно хорошо. Но ты хотел бы закончить, как Галлер и остальные? Чтобы из тебя уже п о с л е Победы иностранного шпиона и врага народа сделали, когда ты стал уже не нужен? Кузнецову еще крупно повезло, что он всего лишь разжалованием и снятием с должности отделался. Но он хоть жив остался, и на свободе. В отличие от своих подчиненных. Я вот, знаешь, как-то не хочу в такую рулетку играть.
