богаты, просты или познали глубины житейской мудрости, только начинаем жить или готовимся к исходу. Жизнь скоротечна и изменчива. А святые Таинства даются нам всем – они освещают нашу жизнь лучом Божественной Любви, которая, присутствуя во времени, сияет вечно.
Пути исхода
Вконце XIX века небольшим тиражом была напечатана интересная гравюра: гроб, в котором лежит умерший, свечи, могильный холм с крестом и надпись «Сего никто не избежит». Подумаем – ведь именно так и представляется каждому из нас смерть: гроб, могила. Но бывает совсем иначе – катастрофы, стихийные бедствия, пожары, штормы, кирпич с крыши или скоростной транспорт из-за угла. Никто из нас не может предположить, как завершится его земной путь.
Святая Церковь за каждым богослужением возносит к Богу от лица верующих такое прошение: «Христианския кончины жизни нашей, безболезненны, непостыдны, мирны… у Господа просим». Какова же она – христианская кончина? Ответ на этот вопрос прост и краток: если человек уходит из этой жизни в мире с Богом, ближними и самим собой – это и есть христианская кончина. Вспомним близких к нам по времени своей земной жизни новомучеников и исповедников Российских – большинство из них умерли насильственной смертью, были замучены в лагерях, и ни о каком напутствии Таинствами Церкви не могло идти речи. Но разве от этого их кончина становится нехристианской? Потому главное – не каким путем человек покинул этот мир, а в каком состоянии.
Конечно, если человек в преклонных летах или тяжело больной окружен близкими людьми, они должны позаботиться о том, чтобы он достойно подготовился к исходу и был напутствован Таинствами Церкви.
Таинства Церкви учреждены не для умирающих, а для живущих вечно! Поэтому совершенно неуместны опасения «испугать» готовящихся к исходу предложением приступить к Таинствам, пригласить священника. Жизнь и кончина человека в руках Божиих, а Таинства – это дар Его Любви и в жизни, и в смерти. Таинства Церкви – елеосвящение, покаяние и причащение Святых Таин, о которых мы упоминали в предыдущей главе, – могут исцелить, укрепить, облегчить страдания и, наконец, помочь душе легко и безболезненно покинуть этот мир.
Но – и это очень важно! человек должен приступить к Таинствам по своей воле, с желанием и благоговением. Ни Таинства, совершенные насильно над беспомощными уже людьми, ни принятие Таинств под давлением, только для того, чтобы «отстали» докучливые родственники – никакой пользы человеку не принесут. Это нужно помнить. Если близкий нам человек находится в таком состоянии, что не может уже выразить своего волеизъявления, мы должны быть уверенными, что он сам бы хотел или хотя бы был не против пригласить священника для совершения Таинств.
Часто люди умирают внезапно, не напутствованные Таинствами: кто-то уходит, так и не став членом Церкви, кого-то подвергают насильственной смерти, иногда человек дерзает сам прервать свое земное существование. Пути исхода так же разнообразны и неповторимы, как и судьбы людей. И никто, кроме Бога, не знает, почему произошло так, а не иначе, и не нам об этом судить. Лучше будем молиться об ушедших любящим сердцем, горячо и усердно. В Православной Церкви нельзя поминать за богослужением некрещеных или иноверцев, а также самоубийц – для таковых существует особый чин поминовения на домашней молитве. А православных христиан Церковь торжественно и красиво провожает в последний земной путь и молится о них.
Что же остается главным для нас – пока еще живущих на земле? Нам заповедано любить Бога и друг друга. Эта любовь не подвластна скоротечности времени, она зависит только от того, насколько мы готовы, насколько мы способны любить. И если мы любим, то смерти нет. Любовь Христова к каждому из нас победила смерть раз и навсегда. И человек, которого мы любим, который любит нас, не исчезнет, а уйдет в иной мир, и мы будем по-прежнему любить его и постараемся помочь ему так, как заповедует Церковь Христова.
Таинство смерти
Близкий человек умер, ушел. А мы остались. Остались с болью в сердце и, возможно, с чувством вины. Ощущение непоправимой утраты, а иногда и безысходности омрачает душу. Что делать? – Трудный, кажущийся неразрешимым вопрос.
Попробуем найти ответ у тех людей, которые преодолели границы мира материального и приблизились к видению духовного мира.
«Плавание окончено; ненужная ладья разбита и брошена‹…›. Что же нам теперь, плакать или еще что? ‹…› Что останкам умершего надо отдать некий почет, это совершенно справедливо. Но зачем у нас к этому телу обращаются как к живому лицу? Удивляться надо. У Господа все живы. И N жив. Какой он там молодец, какой красавец! Какой чистенький – светленький! Если б взглянуть, засмотрелись бы. А мы, насмотревшись на тело его: синевато, глаза впали и прочее, воображаем его таким. Этот самообман и раздирает сердце. Чтобы не раздиралось сердце, надо этот обман разогнать. Потом придет в голову сырая могила, мрачная: бедный N! А он в светлом месте, в состоянии, полном отрады, свободный от всех связанностей. ‹…› К довершению горя думаем: умер, не стало. А он и не думал переставать быть. И все так же есть, как был вчера накануне смерти, только ему хуже было, а теперь лучше. Что его не видать, это не потеря. Он бывает тут же. Отошедшие быстродвижны, как мысль»[2].
Действительно, иногда мы ощущаем присутствие умерших рядом, особенно в первое время после кончины. Они напоминают нам о себе через окружающие предметы видимого мира, через обрывки воспоминаний, а к некоторым приходят во сне. Зачем? Они хотят, «чтобы и за гробом не прекращался братский союз наш, чтобы любовь не погасала и по смерти, но горела ярким пламенем, – и всегдашняя искренняя память о почивших оставалась всегда в нас до нашей смерти»[3].
В умершем человеке есть какая-то неоспоримая, высшая тишина. В лице его проступают черты, которых мы не замечали в жизни. Иногда на лице умершего отражается неизмеримая скорбь, иногда – неизреченная радость, иногда – удивление, иногда – покой. Вглядываясь в облик почившего, мы порой ищем ответы на невысказанные вопросы, ждем, что он даст нам какой-то знак. Непонимание, недовольство, разногласия, которые омрачали нашу взаимную любовь, осыпаются, как шелуха, пред великим таинством смерти.
Многие боятся мертвого тела. Это очень распространенный и понятный страх – страх перед неизведанным, но неизбежным для каждого человека. Если Вы испытываете что-то подобное – не смущайтесь, это вполне естественно. Естественна и скорбь об умершем, только она не должна быть чрезмерной; естественно и чувство вины, только оно не должно ввергать в отчаяние, естественно желание узнать, «как ему или ей “там”», только желание
