Обглодав последнюю косточку и бросив ее в тарелку к остальным, девушка окончательно заскучала. Задерживаться долго на одном месте было для нее опасно, идти дальше некуда, следующей остановкой на тракте был уже Астенед. Оставаться на постоялом дворе на вторую ночь тоже выходило рискованно, хозяин мог заинтересоваться, чего это торговец, идущий на ярмарку, так долго торчит на постоялом дворе в нескольких часах пути от города. Да мало ли что. К тому же, деньги подходили к концу.
Что ж, если завтра до обеда Роан не появится, ей придется или все-таки топать в Астенед, продавать прихваченный с собой хлам ради храмовой отметки, или идти через лес одной. Оба варианта выглядели примерно одинаково опасно. Но почему же Роан не прислал вестника, не предупредил ее о задержке? Он определенно жив, иначе она поняла бы это по амулету, но что могло помешать ему сообщить ей новости?
Кое-какие слухи об охотниках все же были правдой. Они действительно занимались магией. Очень примитивной, конечно, и почти никто из них не был способен вкладывать в заклятия собственную силу, но амулетами и артефактами пользовались все без исключения, покупая их у торговцев или прямо у магов.
Маги стали изгнанниками еще раньше охотников. Собственно, в прежние времена именно они в основном и занимались уничтожением нежити. Они и много чем еще занимались, в старых текстах Тэйнен встречала рассказы о том, что когда-то маги изготавливали и поддерживали светильники для городских улиц, управляли погодой, лечили больных и даже будущее предсказывали. Пока их окончательно не объявили бесовством. Правда, многие (не зря же они предсказаниями увлекались) успели вовремя попрятаться по своим фортам в горах и в глубине лесов.
Несколько торговцев продолжали покупать у них амулеты и продавать их охотникам. А некоторые маги сами становились охотниками. Вот как Роан. Свой выбор он объяснял тем, что без исследования нежити и практических навыков создавать новые заклинания невозможно. А он их создавал, наверное. Тэй пару раз довелось увидеть, как от взмаха его руки десяток упырей вспыхивали не хуже пучков сухой травы, после чего добить их мечом было проще простого.
Уж создание вестника-то для мага Роана было делом пары секунд. Тогда почему же не было этого вестника? Сама Тэйнен посылать его боялась, мало ли что, вдруг дело тут в храмовниках, и вдруг среди них найдутся умельцы, которые выследят ее? Рассказывали ей пару таких историй, может, и были то байки, но менее страшно и беспокойно все равно не становилось.
Окончательно устав от задымленного подвала, Тэйнен выбралась по крутой скрипучей лестнице на воздух. Дневная жара уже спадала, пора было идти сговариваться с хозяином о местечке на вторую ночь.
Внимание трактирщика отвлечь, к счастью, удалось. Пришлось, правда, сочинить нехитрую байку. Толстяк даже посочувствовал мужичку, на чем свет костерящему запившего в Нагавале приятеля, просившего его дождаться, да так и не явившегося. И на голос внимания не обратил. А вот в комнате ее ждал сюрприз. Место у камина, которое она наметила для себя еще вчера, занял какой-то мужчина.
Одежда на нем была грязноватая и потертая, но по всему остальному его виду наблюдательная в силу своей профессии Тэйнен сразу поняла, что он не из тех, кто постоянно проводит ночи в общей комнате постоялого двора. А ведь давно уж пошли слухи про агентов, засылаемых храмовниками для выслеживания скрывающихся охотников… Неужели Роан успел ее выдать?
С трудом подавив приступ паники, девушка заставила себя рассуждать здраво. Хватать ее посреди постоялого двора агент не станет, побоится схватки и жертв, значит, надо бежать. В лес за ней он не сунется, а там уж как повезет. Потому что даже если крупно не повезет, хуже, чем у храмовников ей все равно не будет. Да и вообще, на должность тайного агента скорее всего подыскали бы кого-нибудь менее подозрительного на вид.
Мужчина поднял на нее глаза, ясные и голубые, как у Роана. На мгновение Тэйнен показалось, что это Роан и есть, но иллюзия быстро развеялась. Незнакомец был гораздо моложе, с более светлой кожей и тонкими чертами лица. Хотя сходство при всем при этом было безусловным.
Некоторое время они поиграли в гляделки, потом незнакомец тихонько кашлянул. Судя по всему, собирался что-то сказать, но не успел. Наружную дверь, уже запертую на ночь, сотряс богатырский удар, и зычный голос стража потребовал впустить отряд для проведения проверки.
— Бежим, — шепнул незнакомец, легко вскакивая со скамьи, одновременно подхватывая свою сумку, судя по длине, скрывающую в себе меч.
Терять было совершенно нечего. Тэйнен последовала за мужчиной к узкому окошку, выходящему на задний двор, и, подтянувшись на руках, протиснулась на улицу. Под ногами сочно чавкнули помои.
Постоялый двор фасадом выходил на тракт, а задней частью прилегал почти к самому лесу, отгородившись от него высоким, в полтора человеческих роста, забором из вбитых в землю толстых кольев. Пока Тэйнен прикидывала, что ей делать дальше, незнакомец разбежался, подпрыгнул и с легкостью подтянулся, перекинув через ограду одну ногу.
— Давай сюда, я тебя вытяну, — негромко сказал он.
Делать было нечего. Тэй подпрыгнула, ухватившись за протянутую руку, и через пару секунд тоже оседлала забор, не без труда умостившись между заостренными концами кольев.
— Прыгаем, там внизу мягко, листья опавшие.
Он первым подал пример. Охотница немного поколебалась. Оказаться ночью в лесу неизвестно с кем было страшно, даже страшнее, чем одной. А вдруг он храмовник? Или убийца какой-нибудь? Но, судя по крикам позади, стража уже активно интересовалась, куда пропали еще двое гостей, и отступать было поздно. Проверки иначе не избежать, а если выяснится, что она, вдобавок, женщина… Нет, лучше в лес с незнакомцем, так, по крайней мере, они будут один на один, и останется шанс в случае чего отбиться.
Внизу действительно оказалась мягкая подстилка из полусгнившей прошлогодней листвы, Тэйнен даже не отбила себе пятки. Мужчина, дождавшись, когда она поднимется на ноги, уверенно пошел в темноту.
— Здесь нас быстро найдут, — бросил он через плечо. — Надо зайти в лес.
Тэйнен внутренне съежилась от страха, зайдя под кроны вековых деревьев, шелестевших черными в темноте листьями. Если на открытых местах еще не вполне стемнело, то под пологом леса царил кромешный мрак. Тихо шуршали все те же опавшие листья, вроде бы гася звук шагов, но и не позволяя ступать бесшумно. То и дело похрустывали ломающиеся под ногами веточки.
Вокруг была тишина. Плохой знак, очень плохой. Если не слышно ночных зверей и птиц, значит, в лесу полно нежити. И нежить эта уже вышла на ночную охоту, распугав всех и заставив попрятаться. Тэйнен запустила руку в свой заплечный мешок, высвобождая из вороха тряпок меч. Шансов отбиться в темноте в лесу, конечно же, почти никаких, но это не означает, что она хотя бы не попытается.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
