города в неизвестность. Дикость какая-то!
– Ещё один звук и твое рандеву начнётся прямо здесь. Кир, кляп имеется?
– Да, босс.
– Отлично.
Это не происки Тимофея? Только он недавно стал меня называть лисичка. Чёрт, да я не раз его видела с такими же бритоголовыми гоблинами, как и он сам. Мстит? Точно!
– Вы от Тимофея?! Если да, то передайте этому уроду, что трахаться с ним я не буду. Пошел на хрен! У меня жених есть, – вру, как дышу.
– Ты вменяемая, овца? Тебе неясно, что заткнуться надо, если жить хочешь? Или тебе присунуть, пока путь держим, чтоб разогретая приехала? Я бы на твоем месте боялся за свою жопу. Он злой как черт.
Глава 2
Меня колотит от страха. Телефон. Он со мной. Но как успеть набрать или подать знак Тасе? Ко мне начинает подкатывать тошнота.
– Окно откройте, меня сейчас укачает! – прижимаю ладошку к лицу и отворачиваюсь к окну.
– Ну блюй, после того, как рассчитаешься с хозяином за бабки, помоешь машину. Если, конечно, сможешь ходить.
Бабки? Какие бабки? Я никому не должна бабки!
– Вы должно быть меня попутали с какой-то девицей, я никому не должна бабки. Остановите машину. И я сделаю вид, что ничего этого не было, – зыркаю на громилу злобно и стараюсь дышать глубже, чтобы прошла тошнота.
– Это ему затирать будешь, с кем тебя попутали. А теперь заткнись, иначе вставлю в рот либо кляп, либо свой хер. Выбирай.
Сволочь. Глаза налились, кулак сжимает как последний бугай. Мразина. Точно работает на какого-то бандюгана. Другой мысли нет. Кому ещё такие огромные внедорожники могут принадлежать?
Ищу в сумочке бутылочку с водой и делаю несколько жадных глотков. Я боюсь, но эта горилла не собирается посвящать меня в детали.
Он больше ничего не говорит, но контролирует каждый мой вдох. Рука постоянно елозит к пиджаку. Я не сразу, но понимаю, что там, вероятнее всего, у него оружие.
Во что я вляпалась?
Через какое-то время въезжаем на территорию огромного особняка. Дорожка из камня, фонтан, роскошный сад. Было бы чем восхититься, если бы ситуация не была такая плачевная.
Дверь рядом со мной открывается и меня силой вытаскивают из машины. Хватают руку так, что синяк наливается сразу же. И тянут в дом, делая любое сопротивление смехотворным.
Дом еще богаче сада, но я не смотрю на его убранство. Смотрю лишь перед собой.
– Борис, разве так обращаются с леди? – слышу за спиной ледяной властный голос.
Громила, который волок меня, чуть не икнул. Сразу ослабил хватку. Развернулся резко, как солдат. А точнее даже как пес перед хозяином.
– Мы нашли её, – голос бугая из машины звучит за спиной. – И привезли.
– Ждешь оваций?
Я оборачиваюсь на голос и не могу поверить своим глазам.
Стрельцов. Никто иной. Известная личность. местная достопримечательность. Благодетель, как его порой называет наша директриса. Он когда-то спонсировал ремонт спортзала, ещё до моего прихода в школу, так для многих он едва не герой. Но я буквально после гулянки в новомодном клубе, узнала столько о мужчине, что впору ужаснуться. Тася сразу увидела мой интерес к шикарному мужчине в костюме. Что-то внутри ёкнуло, когда он слишком пристально наблюдал за мной полвечера. Подруга дернула меня за руку и вернула на грешную землю. Такой если проедется по человеку, похлеще танка будет.
И тут меня осенило! Какие деньги я ему должна. Прижимая сумочку к груди, смотрю ему в глаза и жду информацию.
Он перестает переговариваться со своими псами и переводит пристальный взгляд на меня.
– Язык проглотила?
Его интонация спокойна, но ничего хорошего не сулит.
– Жду, – прижимая плечами, пытаясь скрыть дрожь во всем теле, да и показывать свой страх не хочется.
– Не поцелуя, я надеюсь, – ухмыляется холодной ухмылкой, которая делает его похожей на хищника.
– У вас принято похищать людей и целовать? – хохочу истерично и сильнее сжимаю сумочку, потому что мне не нравится его колючий взгляд, которым он скользит по моему телу.
Смотрит так, что мурашки по телу, а в горле у меня назревает ком, который вряд ли смогу проглотить.
– У нас принято убивать тех, кто ворует. Где мои деньги, Лисица?
– Какие деньги?
Так стоп, я умирать не хочу. Кручу головой по сторонам и оцениваю ситуацию. Ага, как же. Церберы на каждом шагу. Куда и как бежать? Понимаю, что в западне. Тогда нужны переговоры.
– Американские, зеленые, – пожимает плечами хладнокровно, глядя леденящим душу взглядом. – Те, которые ты украла из сейфа и слиняла, бросив меня с разбитым сердцем одного.
Он делает шаг вперед ко мне, и я кожей ощущаю его ярость. Она так и парит в воздухе и давит на меня.
Что?! Он колется палёной наркотой?
Отступаю назад и нервно хихикаю. Я кроме пяти сотен долларов зарплаты в месяц, другой зелени не вижу.
– Я ничего не крала! И я вас, мужчина, не знаю! По крайней мере лично.
Мужчина переводит холодный взгляд на Глеба.
– В кабинет, оформи по красоте.
– Да, шеф.
Меня хватают и тащат куда-то вглубь дома. Заходим в огромный роскошный кабинет. В нем дорого все – начиная со стола из дуба, заканчивая картинами и тяжелыми занавесками на окне.
Вокруг меня трое мужчин. Один ставит стул, второй толкает меня на него и в шесть рук мое тело привязывают к нему так быстро, что не успеваю опомниться. Веревка под грудью на талии, каждая нога привязана к ножке стула, и я крайне неудачно в платье. Тот, который привязывал правую ногу то и дело ухмылялся, поглядывая на мои трусики.
На запястьях, которые завели за спину, клацнула сталь. Наручники. Просто жесть.
Привязав меня, трое выходят из кабинета, оставляя меня там в гордом одиночестве.
Глава 3
Кручу головой по сторонам меня накрывает. Шмыгаю носом. Дичь какая-то. Дерьмовый сериал словно смотрю. Щипаю себя за запястье и вскрикиваю от боли. Нет. Это не сон!
– Не брала я ваши деньги! У меня ничего вашего нет! Вы меня с кем-то путаете! – кричу в пустоту.
Он заходит в кабинет довольно скоро. Уже не в костюме, а домашней футболке и брюках. Выглядит его домашняя одежда, как и все в этом доме – баснословно дорого.
– Лукавишь, Лисичка?
