меловых утесов, – она была пустынна. Он мог оказаться единственной живой душой на многие мили вокруг. Юноша закрыл глаза и глубоко вздохнул. Где-то внизу кричали чайки. Резкий запах моря заполнил его ноздри. Он думал обо всем, что привело к этому моменту: о решениях, убеждениях, страхах, сожалениях. Он думал о том, что собирался сделать, и это вызывало в нем эйфорическую смесь ужаса, головокружения и слабости во всем теле. Тихий, настойчивый внутренний голос твердил, что необязательно совершать задуманное. Что еще не поздно передумать. Молодой человек вонзил ногти в ладони и отогнал эту мысль. Он должен дойти до конца. У него нет выбора. Он сделал еще несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. А потом открыл глаза, отвернулся от обрыва и пошел дальше по прибрежной тропинке.
Юноша двигался быстро, шагал уверенно, несмотря на опасность. Он знал эти скалы с детства. Они представляют собой часть юрского побережья Девона – километры и километры изрезанного, почти нетронутого временем скального склона, возраст которого составляет сто восемьдесят пять миллионов лет. Молодой человек направлялся на восток, а это означало, что справа от него до самого горизонта простирался Ла-Манш. Слева виднелись заросли утесника и дикие луга, которые, как знал юноша, весной усеют полевые цветы: морская лаванда и самфир, колокольчики и чеснок. Дальше росли деревья – ясени, каштаны, рябины, платаны, – которые, в свою очередь, уступали место богатым холмистым сельскохозяйственным угодьям южного Девона. Под ногами юноши лежала скальная порода самих утесов. Образованные из слоев древних пород, эти скалы привлекают геологов и палеонтологов со всего земного шара тем, что здесь можно найти неисчислимое количество образцов древней жизни, застывшей во времени. Окаменелости аммонитов, трилобитов, ихтиозавров, плезиозавров, плиозавров. Про них юноше тоже было многое известно. Он знал их названия и очертания так же хорошо, как силуэты парящих сапсанов, гнездящихся вдоль этих высоких скалистых выступов, или стук дятлов в близлежащем лесу.
Юноша был худощавый, одетый в непромокаемую куртку, с небольшой нейлоновой сумкой, перекинутой через плечо. Шагая по узкой тропинке, он проходил мимо мест, которые знал много лет. Городище, датируемое железным веком, откуда открывался вид на море. Ряд известняковых пещер и карьеров, изначально вырытых римлянами. Маленькие бухточки и приморские деревушки, которые когда-то служили домом для процветающих контрабандистов восемнадцатого века. Наконец юноша достиг высокого мыса, и здесь скалы, которые простирались перед ним вогнутым изгибом, утратили свой белый цвет. Теперь они стали рыжевато-коричневыми, их покрывала красноватая пыль. Это означало, что он почти прибыл. Через пятнадцать минут он оказался на окраине Ситона, маленького городка с гаванью, магазинами, церквями, пабами, мотелями и аккуратными рядами белых деревянных пляжных хижин, построенных вдоль галечного морского берега. Приближался полдень, и никто из редких прохожих на улице, казалось, не обращал на молодого человека никакого внимания. Он направился к центру города, на ходу полез в сумку и вытащил пару зеркальных солнцезащитных очков-авиаторов. Надел их и ускорил шаг.
Несколько минут спустя он вошел в местное отделение банка Lloyds TSB и увидел за плексигласовым экраном сотрудницу, женщину средних лет, которая, бодрой улыбкой проводив клиента, печатала что-то на своем компьютере. Банк был расположен в викторианском здании из серого камня, в нескольких сотнях метров от моря, на узкой улочке с кафе и благотворительными магазинами. Внутри стояла тишина. В помещении находились только два посетителя. Один уже получал консультацию у сотрудника, а второй только что вошел в здание. Женщина за компьютером посмотрела на приближающегося посетителя и увидела, что это молодой человек в темных очках и с длинными светлыми волосами, который держит в руках небольшую сумку на молнии. Он подошел прямо к ее столу и молча протянул ей листок бумаги.
Я ВООРУЖЕН. ТРЕВОЖНУЮ КНОПКУ НЕ НАЖИМАТЬ. СИДИ СПОКОЙНО.
Женщина растерялась. Она смотрела на стоящего перед ней странного человека с болезненным любопытством, ожидая развития событий. Молодой человек, почувствовав это, положил свою сумку на стойку. Он частично расстегнул молнию, обнажив черный автоматический пистолет. Последовала пауза, кассир переваривала увиденное. Затем она начала быстро доставать деньги из кассы и передавать их посетителю, как будто имела дело с самым обычным клиентом, снимающим крупную сумму наличными. Женщина наблюдала, как юноша по другую сторону плексигласового экрана пытается запихнуть все пачки банкнот в свою небольшую нейлоновую сумку, и спросила, не нужна ли ему сумка побольше. Он покачал головой и грубым голосом отказался. Сотрудница пожала плечами.
– Что ж, тогда я не виновата, если все вывалится по дороге, – произнесла она.
Через несколько секунд молодой человек повернулся и пошел обратно к двери банка. Он ждал пронзительного звука тревоги, или полицейских сирен, или внезапного нападения со спины, когда охрана прижмет его к полу. Но ничего не случилось. Он вышел из банка и вдохнул холодный морской воздух.
Как раз наступил полдень. Молодой человек проходил мимо пенсионеров и местных рабочих, у которых начинался обеденный перерыв, но в остальном в городе царило спокойствие. Он шел уже десять секунд, двадцать секунд, тридцать секунд, каждый миг ожидая, что покой будет нарушен внезапным хаосом погони. Через шестьдесят секунд юноша свернул в небольшой местный парк и исчез из виду. Прошла целая минута. А потом еще одна, и вот из парка появился другой юноша. Тоже худощавый, но его волосы были короткими и темными, а не длинными и светлыми. На нем не было солнцезащитных очков, его одежда изменилась, и нес он рюкзак, а не небольшую нейлоновую сумку. Покинув парк, юноша трусцой побежал к прибрежной тропинке, ведущей на запад от Ситона, следуя по дорожке, которая поднималась все выше и выше по склону. Он побежал назад мимо бухт и деревень контрабандистов. Назад, мимо римских каменоломен. Мимо городищ железного века. Через несколько километров он перешел на шаг. Неброско одетый, в очках, он мог сойти за орнитолога или геолога-любителя. Парочки, выгуливающие собак на тропинке над обрывом, улыбались и кивали ему, а он улыбался и кивал в ответ. Позади, в отдалении, он слышал звук вертолета, пролетающего над Ситоном. Молодой человек заставил себя не оборачиваться и не вглядываться в горизонт. Это просто береговая охрана, сказал он себе и продолжил идти, пока волны пролива Ла-Манш набегали и разбивались о берег в сотнях метров под ним.
* * *
Когда детективы из полиции Девона и Корнуолла прибыли в Ситон для расследования ограбления банка, они очень быстро догадались, кто за всем стоит. Они не знали имени преступника, но допускали большую вероятность, что это тот же человек, который в течение нескольких недель нападал на банки и строительные кооперативы по всему
