когда-либо видел его живым.
Кристофер Хилл за рабочим столом. 1965 год
Каждая цивилизация должна сделать из своих великих людей всё, что можно, чтобы воспринять их идеи через собственные идиомы. В таджикских и казахских легендах Ленин высок, как холмы, как облака; в фольклоре дунган он светит ярче солнца и не знает тьмы. Ойраты говорят, что в правой руке у него солнечный луч, в левой – лунный; под ним содрогалась земля. Для узбеков Ленин – исполин, который мог сотрясать почву и сдвигать огромные скалы в поисках скрытых в горах богатств; ему по силам было решить самые непостижимые загадки. По словам киргизов, он владел волшебным кольцом, с помощью которого смог низвергнуть власть зла и освободить бедноту от неправды и несправедливости. Говорят, в Армению он прискакал на белом коне, чтобы повести за собой народ. По другой легенде, Ленин – это Титан, боровшийся с Асмодеем, покровителем богатых и привилегированных, злейшим врагом бедноты. Асмодей пытался убить Ленина, но свет из глаз героя обратил его в бегство. Затем Ленин сел на орла и полетел в Дагестан, где начал войну против богатых, и, наконец, улетел обратно в холодные края чтобы писать для людей книги истины. Для северных остяков Ленин – великий охотник на тюленей, который убивал богатых торговцев пушниной и раздавал добычу беднякам; точно так же ненцы считают Ленина самым опытным из всех моряков, который победил своих врагов в бою, отнял у них оленей и собак и поделил их среди бедноты. Шолоховские казаки представляли Ленина донским казаком.
Церковь в дореволюционной России – как в Средние века на католическом Западе – понимала, что её абстрактные идеи необходимо конкретизировать с помощью образов, икон, хоругвей, реликвий и других предметов, способных воздействовать на чувства реального и необразованного крестьянства. (Иконоборчество пуритан и других стало результатом жесточайшего интеллектуального высокомерия тех, кто едва познакомился с абстрактными идеями и познал их власть над материальными объектами.) Большевики разоблачили мистификацию, с помощью которой церковь пыталась придать чудодейственную силу своим образам и реликвиям, а значит, и самой себе; но они используют примерно ту же технику передачи идей, потому что обращаются к одним и тем же людям. Вот почему необходимо, с одной стороны, понимать историческую подоплеку идиомы большевистской пропаганды, которая в противном случае могла бы показаться наивной и бесхитростной, а с другой – сознавать, что, хотя методы православной церкви и были взяты на вооружение, использовались они совершенно иначе. Ленину не поклоняются; никто не претендует на то, что в научных процессах сохранения его останков есть что-то чудесное: тело в мавзолее на Красной площади и его портрет, заменивший портрет царя на стенах, привносят что-то конкретное в понимание крестьянского ума, в котором, как и в повседневной жизни, преобладают одни лишь материальные объекты и только они.
Однако сегодня в Советском Союзе истинным авторитетом пользуются именно ленинские слова, ленинские идеи. Генералиссимус Сталин любил, когда его называли учеником Ленина. Даже Троцкий, который до вступления в августе 1917 года в партию большевиков был одним из самых ярых критиков Ленина в социал-демократическом движении, после 1924 года счёл целесообразным заявить о ленинском влиянии на свои взгляды. Надеюсь, ранее мне удалось дать некоторое общее представление о том, за что выступал Ленин. Но, может, стоит подвести итог тому, как проявились в нём личностные качества, которые специфическим образом символизировали русскую революцию и за которые его особенно помнят сегодня.
2
Прежде всего, Ленин символизирует русскую революцию как движение бедных и угнетённых, победно восставших против великих и могущественных. Это был и есть самый важный факт о революции как с точки зрения её внутренних, так и международных последствий. «Какая прекрасная вещь – революция», – воскликнул крестьянин, чьё владение увеличилось с трёх до тридцати семи гектаров. «За это все выступают. Им не по нраву Коммунистическая партия, но они в восторге от революции». Таково доподлинное замечание неудачника, которое едва ли смог уловить хоть кто-то из наблюдателей-очевидцев революции. Старый рабочий, который через несколько дней после Октябрьской революции привёз Джона Рида из Царского Села в Петроград, обвёл сверкающую вдали столицу восторженным жестом. «Моё, – воскликнул он, и его лицо засияло. – Теперь всё моё! Мой Петроград».
Все, кто встречался с Лениным, соглашаются, что, несмотря на своё аристократическое происхождение и буржуазное воспитание, он оставался очень близким к обычному среднестатистическому россиянину. В кампании против тех, кто в марте 1918 года жаждал революционной войны против немцев, самое жёсткое из возражений, найденных Лениным, сводилось к тому, что их взгляды выражают «точку зрения шляхтича, который сказал, умирая в красивой позе со шпагой: „Мир – это позор, война – это честь!” Они смотрят с точки зрения шляхтича, но я подхожу с точки зрения крестьянина». «От Ленина пахло русской землей», – как заметил его политический оппонент П. Аксельрод; он – «самый человечный человек», писал о нём поэт В. Маяковский. Ленин подвёл итог событиям 1889 года, когда мать пыталась убедить его заняться управлением семейными поместьями, сказав: мои отношения с крестянами становятся ненормальными. Поселившись в Кремле, Ленин весьма безучастно продолжал жить в очень простой обстановке, спал на железной кровати в комнате без ковра; он и не отказывался от роскоши сознательно, а только выражал сильное недовольство, когда кто-либо пытался ему навязать её. Подарки с едой, которые крестьяне ему присылали во время голода, он неизменно отдавал другим.
По отношению к простому человеку ленинская мысль носила принципиально демократический характер. Многие до него высказывали мнение, что подлинная демократия невозможна без социализма; но Ленин настаивал на обратном: «Социализм невозможен без демократии в двух смыслах: (1) нельзя пролетариату совершить социалистическую революцию, если он не подготовляется к ней борьбой за демократию; (2) нельзя победившему социализму удержать своей победы и привести человечество к отмиранию государства без осуществления полностью демократии». Ленин превозносил Советы, потому что они представляли собой «демократию для бедных, а не демократию для богатых», и считал, что в социалистическом государстве основная функция профсоюзов заключается в воспитании у рабочих демократических традиций.
Концепцию значения революция Ленин обобщил, пересказав разговор, подслушанный им в железнодорожном вагоне. Пожилая женщина с удивлением заметила: «Теперь не надо бояться человека с ружьем; когда я была в лесу, мне встретился человек с ружьем, и вместо того, чтобы отнять от меня мой хворост, он ещё прибавил мне». Этим замечанием Ленин воспользовался, чтобы проиллюстрировать изменение основ государства – тот факт, что власть теперь служит для защиты масс населения. При царизме власть использовалась против них.
