попроще. Но тут ее взгляд упал на школьную фотографию Шанса, сделанную, когда он пошел во второй класс. Сын смотрел на нее блестящими карими глазами, с озорной улыбкой, и что-то внутри у Джесс словно сорвалось. Именно он придавал смысл ее существованию, и в тот момент, когда он больше всего в ней нуждался, ее не оказалось рядом. Руки у нее задрожали от уже знакомой ярости, вскипевшей в душе и наполнившей все ее существо ощущением своей жуткой беспомощности. И тогда Джесс что есть сил ударила рамкой о стену, отчего стекло брызнуло по сторонам, усеяв ковер мелкими осколками. Она бросилась спасать фотографию Шанса из разбитой рамки, раня пальцы расколотым стеклом. Но теперь она точно знала, что ей делать: без оглядки уехать подальше от этого места и никогда больше не возвращаться. В считаные минуты Джесс собрала дорожную спортивную сумку и сложила в машину те немногие вещи, что по-настоящему были ей дороги. Остальным хозяин квартиры наверняка найдет как распорядиться.
Вспыхивающая лампочка на приборной панели вернула ее в настоящее — эдакое назойливо подмигивающее напоминание о том, что в этом тихом, словно вымершем, городке она одна и на ее счете лишь восемьдесят баксов. Выехав из Денвера, Джесс гнала и гнала машину вперед, пока хватало бензина, и теперь она поняла, что раз уж заморгал оранжевый индикатор топлива, то в баке плещутся лишь жалкие остатки. Она отпустила наконец педаль тормоза, и машина медленно двинулась вперед. Джесс повнимательнее всмотрелась в дорогу. Где-то же должна быть заправка! Этот городок слишком удален от автострады, чтобы обходиться без собственной станции. Полный бак помог бы ей проехать еще несколько часов пути. Может, ей даже хватило бы бензина, чтобы добраться до Гранд-Джанкшен. Не то чтобы она там хоть кого-либо знала — просто они с Шансом предполагали однажды съездить в это местечко, чтобы он мог своими глазами увидеть оставленные исконными американцами древние петроглифы, о которых ему рассказывали в школе. У них вообще было столько захватывающих планов! Например, посетить монумент Четырех углов, где Шансу хотелось расставить ноги одновременно на землях Аризоны и Колорадо, а Джесс тем временем стояла бы на территории штатов Нью-Мексико и Юта. Этакий собственный вариант «Твистера».
Глаза зажгло от слез, и она быстро вытерла их тыльной стороной ладони. Эти мысли обо всех украденных у Шанса путешествиях словно оплели ей плоть и начали сжиматься, пока Джесс не показалось, что вся ее долго сдерживаемая скорбь, вся тоска и гнев сейчас выдавятся наружу сквозь поры, оставив ее опустошенной, с глубокими рубцами на душе. Джесс все же стиснула губы и продолжила путь. Время обратить невозможно — равно как и развернуть машину назад. Все, что ей в данный момент оставалось — и что ей вообще когда-либо оставалось, — это двигаться дальше. На сегодня это означало найти заправочную станцию и вернуться наконец, черт подери, на автостраду.
Между тем ее развалюха проехала еще несколько футов, после чего свет фар заметно потускнел, а из-под капота донесся резкий металлический скрежет. Из вентиляторов тяжело дохнуло горелым маслом, в носу защипало. Джесс издала бессильный стон. Масло в машине следовало поменять еще несколько месяцев назад, но Джесс игнорировала эту необходимость, поскольку у нее не было свободных денег. Без аттестата о среднем образовании ее брали лишь на такую работу, где зарплаты хватало только на съемное жилье и на еду, которой удавалось запастись разве что на пару месяцев вперед, чтобы было чем питаться, если снова окажешься на мели.
Из-под капота потянулся легкий дымок, рассеиваясь в сером воздухе. Что же у нее нынче все не слава богу! С грехом пополам Джесс вкатила-таки машину на место для парковки на улице, но не успела заглушить мотор, как он сам зашипел и заглох.
— Черт, черт, ч-черт!
Запястье внезапно начало зудеть, отчего Джесс принялась непроизвольно царапать ногтями кожу, оставляя пунцовые следы. Она одна, застрявшая в каком-то ковбойском городе-призраке.
Джесс поникла, словно придавленная грузом потерь, постигших ее за последний год: потеря работы, жилья, мистера Кима — первого друга, который появился у нее за последние восемь лет. Джесс прижалась лбом к рулю, ощутив кожей его прохладный пластик. Сжатым кулаком стукнула по приборной панели:
— Черт!
В этот момент от какого-то из магазинчиков, что сплошной чередой стояли справа от машины, донесся одиночный тяжелый стук, похожий на звук захлопнувшейся двери. Джесс подняла голову и огляделась. Вдоль по-прежнему пустого тротуара виднелись кафе, кофейная лавка и нечто похожее на магазин секонд-хенда. На всех висели за стеклом таблички с надписью «Закрыто».
«Очень странно», — подумала Джесс.
Она посмотрела через заднее пассажирское окно и, подняв глаза на стеклянную дверь, увидела выведенное там белыми буквами название:
Мини-маркет
«В горах»
На двери висела такая же табличка «Закрыто», стучавшая в стекло так, будто ее только что перевернули. В витрине неосвещенного магазина появилось маленькое личико, и Джесс подскочила на месте. Не тот ли это мальчишка, которого она едва не сбила? Сегодня, конечно, на редкость паршивый день — но сейчас у нее появилась возможность сделать хоть что-то нужное и правильное. Она могла бы поговорить с этим мальчиком о том, как опасно выскакивать на дорогу перед автомобилем. При этой мысли Джесс проглотила тяжелый комок. Возможно, однажды это спасет ему жизнь.
Она выбралась из машины, поднялась по деревянным ступенькам к магазину и, мгновение помедлив, огляделась: на тротуарах — пусто, и вообще вокруг не видно ни души. Джесс покачала головой. Вместо того чтобы читать мальчишке лекцию о безопасности на дороге, ей следовало бы пойти поискать кого-либо, кто мог бы починить ее машину.
Над дверью, которая, как оказалось, была притворена не до
