– И чего мы здесь делаем? – спросил я девушку, которая встала у двери, заваленной явно чем-то тяжелым.
– Идем за выпивкой, – усмехнулась она и, тряхнув темными волосами, скользнула под завал.
Я услышал, как сработал замок и тут же поспешил сунуться под плиту – она опиралась на стену парой сантиметров выше входной двери. Удачное совпадение для бара, от названия которого виднелась лишь последняя буква «Т».
– Хорошее укрытие, – отметил я. – Если подумать, то их довольно много…
– Укромных местечек? – девушка прошла через зал, заполненный попадавшими и кое-где даже поломанными круглыми столиками из натурального дерева. – Полно. Но это – идеальное. Посмотри, здесь даже большая часть стекол целая, а что разбилось – мы закрыли фанерой.
– Мы?
– С подружкой сюда ходили, пока она… ну… того, – девушка посмурнела. – Не провалилась.
– Я слышал про трещины в земле.
– Угу, – Алена скрылась за стойкой и вылезла оттуда с початой бутылкой виски. – Просто, знаешь… вот так, – она резко присела, снова скрывшись из виду. – Мы вместе шли, а потом ее нет. Асфальт провалился. Мы даже тела не нашли.
– Сочувствую, – пробурчал я, присаживаясь к стойке. – Ты намерена здесь надолго задержаться?
– Пока не напьюсь, – Алена уже достала сверху два стакана, а потом извлекла на свет из нижнего ящика тряпку, вроде бы даже не пыльную. – Но это не очень долго. Пара стопок и я в говно.
– Если так, я пошел, – скрипнув ножками стула по пыли и крошке на полу, я направился к выходу.
– И бросишь меня одну?
– Да, – последовал безжалостный ответ, а сразу после него рядом с моей головой взорвался стакан, разбившийся о стену: – ненормальная, – бросил я напоследок и вышел на свежий воздух.
Даже вечно попадающий в переделки Володя был не таким плохим компаньоном, как пьяная девица. И на кой черт я вообще взял ее с собой? Просто потому, что она отлично знала окрестности, тут же ответил я сам себе.
Теперь я снова стоял перед выбором: ждать или идти одному. Вместе мы прошли всего двадцать минут, так что компаньон из Алены пока не сложился.
Стоило, конечно, подумать, что и в дальнейшем из неподготовленной, пусть и симпатичной девочки, не получится ничего дельного. Подумать и оставить ее в баре. Напьется, проспится, если не замерзнет, а потом пойдет к своим.
Что-нибудь придумает, эдакое фантастическое. А потом вернется к прежнему времяпрепровождению, каким бы оно ни было. Может дальше пить будет или убивать людей.
Из хороших идей, которые не слишком часто посещали мою голову, эта была самой достойной к исполнению. Примерное месторасположение базы военных я и так знал. Ну, ошибусь парой кварталов, потрачу лишний час на поиски. Да лучше потратить его на поиски базы, чем на раздумья: бросить человека здесь или нет.
Вот если бы у меня в кармане был полный набор изобретений из отдела военных разработок, я без вопросов двинулся дальше. А что? Электрический пистолет и мощнейший лазер. Режь и стреляй, вдаль и вблизи – никому не укрыться. Плюс бронерубашка, единственная полезная вещь, которая осталась сейчас на мне.
Вместо этого у меня остался только «грач». Надежный и мощный, не сравнимый с «викингом», который… ботинок, до того пинавший комочек снега по остаткам асфальта, замер на месте.
А ведь я и правда когда-то держал в руках «викинг». И еще другое оружие. Пальцы снова ощутили форму других стволов. Более широкие рукоятки, рифленое цевье автоматов. Гладкий софт-тач у винтовки. Ощущения от всех подушечек пальцев пронеслись по нервам вглубь тела и потерялись, оставив лишь воспоминания.
– Ну, и чего ты замер? – возник Кирилл. – Я не тороплю тебя спасать напарника, но на твоем месте я бы двинул подальше от этой девчонки. У тебя и так проблем достаточно.
– Кирюх, – сипло произнес я. – Кажется, память возвращается. Я же держал в руках какую-то современную винтовку или автомат?
– Начал вспоминать? Какие моменты видишь в памяти? – тут же бросился расспрашивать он.
– Да никаких! – оборвал я его. – Вообще никаких, только ощущения в пальцах, а там уже вспомнил про оружие, которое когда-то держал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Слушай, ну, это уже что-то! Здорово!
– Здорово, как же! А если меня накроет во время перестрелки? Что тогда делать будем? Ты мои восприятия точно никак записать не сможешь.
– М-м, да, тут ты прав, – задумчиво произнес Кирилл. – Обычно, как только появляется что-то незначительное, тут же начинается прорыв и воспоминания потом льются…
– Пока ничего не льется. Только Алена бухает.
– Вот и двигай дальше, оставь ее. Только обузой будет.
– Совесть мою ты сам успокаивать предлагаешь?
– Я придумаю что-нибудь. Если тебе приспичило девушку, сам тебе найду. Двух.
– Я же по-человечески! – укоризненно произнес я, пока не торопясь уходить от бара.
– Так и я не по-звериному, понимаю все, – сказал Кирилл, а на заднем плане кто-то фыркнул.
– Ты сегодня со зрителями, похоже.
– Нет, это Илюха. Его ты еще не вспомнил?
– Смутно. Одноклассник у меня такой был.
– Ну-у-у! – выжидательно намекнул Кирилл.
– Отстань, – я махнул рукой в нетерпении и шагнул обратно в арку. – И ее нахер, и тебя нахер, если помогать не можешь нормально. Толку от тебя…
И уже собрался было повернуть из проема на улицу, как заметил несколько фигур, выделяющихся на фоне белого снега.
– Эй, бл*! – тут же раздался резкий окрик. – Чо ты тут забыл! Наш?
– Не наш! – завопил второй. – Вали его!
Я быстро успел сосчитать противников в поле зрения. Пятеро, а я на открытом пространстве.
Поэтому, почти не целясь, я высадил три пули в никуда, заставив бандитов пригнуться. В том, что это были именно они, у меня не оставалось никаких сомнений. Кто еще может так общаться? Не вояки же!
В ответ бахнуло раз десять, но про меткость случайно встреченных противников я не мог сказать ни одного доброго слова.
– Уйдет же!
– Не уйдет, там глухой двор!
– Догоняй! А я не хочу под пули лезть.
– И я не хочу!
Для пущей острастки я выстрелил еще раз и, кажется, попал, зацепив кому-то бедро. Снег рядом тут же окрасился в неожиданные для мертвого города цвета.
– Ах ты ж сука!
Вместо того, чтобы схватить раненого и дружно свалить, бандиты лишь ожесточились. И отступать при шлось мне.
Старательно приберегая патроны и не допуская никого в арку так, чтобы можно было увидеть, где мне можно спрятаться, я нырнул под завалы и мягко нажал на ручку двери, скользнул внутрь и почти так же бесшумно закрыл ее.
– Ну и хер ли ты вернулся?! – громко заявила Алена. Я тут же прижал палец к губам, но вовремя осознал всю бесполезность жеста: девушка едва стояла на ногах и уже ничего е воспринимала так, как мне бы того хотелось.
– Цыц! – громким шепотом рявкнул я, подскочив ближе и зажав рот той, кто за пять минут моего отсутствия уговорила треть бутылки. – Ай! – заорал я и выматерился, аж подпрыгнув на месте. Тут же схватился за ладонь, которую прикусили до крови.
– Тьфу, – Алена высунула язык, а потом сплюнула. – Что это за…
– Он внутри! И не один! Заходим, парни! Обстреляем и заходим! – раздалось с улицы.
Глава 3
– Ну ты и сука! – мы все равно спалились, так что я мог не сдерживаться и орать в голос. Потом схватился за укушенную ладонь, но от этого стало лишь больнее. Сжал в кулак – ничуть не лучше, и проорался снова.
Одно из немногочисленных целых стекол почти сразу же разлетелось от выстрела. Я инстинктивно перемахнул через стойку, забыв про боль в ладони. Одновременно с этим я сбил с ног Алену, которую выстрел ничуть не смутил.
Но так быть не должно, крутилось у меня в голове. Если все нормально и стекло под давлением, пуля просто проделает в нем отверстие, а не разобьет его вдребезги. И откуда только это взялось?
– Ах ты… – открытой ладонью Алена шлепнула меня по груди, ощутимо, но не больно. И все же этим она вырвала меня из опасного водоворота мыслей. Опасного из-за своей несвоевременности.
