Читаем без скачивания Эгоист. Том 2 - Степанов Андрей Валерьевич

– Издеваешься?

Днем в городе звуки разносились совсем иначе в отличие от ночи. Поэтому я спокойно разговаривал в голос. К тому же, глянув на Алену, которая зорко следила за окружающей обстановкой, я и вовсе расслабился.

– Нет, не издеваюсь. Жестишь ты, Денис. Не за этим тебя сюда послали. Если что, Королев смотрит ваши видео тоже. Точнее, собирает по большей части отчетность, которую даю ему я.

– То есть, он не знает, что я здесь делаю, а ты меня прикрываешь, так, что ли?

– Именно. Я – твое второе счастье. А первое – что ты орешь на всю улицу, как потерпевший, но тебя еще никто не пристрелил. Потому что вояки гораздо дальше, чем ты предполагаешь, а остальные максимум выставляют дозоры и больше ничего не делают. Никакой разведки, ничего. И вот после того, как я третьи сутки выставляю тебя невинной овечкой, насколько это позволяет именно твоя ситуация, ты начинаешь ерничать и бесить меня. Смотри, передумаю тебе помогать.

– Я бы посмеялся над этим, но ты и так не очень помогаешь.

– У меня нет ни глаз, ни ушей. И ситуация в мире не очень изменилась за эти три дня.

– А про солдат Ливанова?

– Которые ушли преследовать прорвавшихся? Ничего не слышно.

– Думаю, что и не было никакого прорыва, – уже в который раз заметил я. – К тому же некоторые местные видели военных, не своих, а извне. У нас же есть свои люди в оцеплении?

– Да, до сих пор есть, – подтвердил Кирилл, а я остановился около разбитого входа в кофейню и уставился сперва на пустые рамы, а потом уже глянул вперед, где заметил припорошенный снегом провал.

– Вот лучше приложите побольше усилий, чтобы получить максимум информации оттуда. Свидетельства, записи. Уж в лагере точно есть камеры?

– Имеются, – убедительно подтвердил Кирилл. – Мы их просматриваем, но, к сожалению, в конкретные моменты, что нас интересуют, с камерами были неполадки. Так что в своих предположениях ты можешь оказаться прав.

– А еще лучше бы помогли разведкой. Включите спутники.

– Не так легко это сделать. «Включите», скажешь тоже. Запросы, утверждения. Это не компьютер запустить или глушилку остановить…

– Я понял, все, давай без технических сложностей. Мы вообще с другой темы начали, – я подошел поближе к провалу в ожидании ответа от спеца. – Помочь с воспоминаниями ты так и не можешь?

– Официально – не могу. Но, учитывая, что какие-то мгновения ты вспомнил, думаю, что это я могу легко дополнить чем-то полезным. Может, даже включил бы тебе пару записей, хотя бы на слух. Но не сегодня.

– Договорились, – ближе подойти к краю обрыва я не решался, но провал манил.

– Лучше стой на месте. Деваха тебя оттуда не вытащит, – посоветовал Кирилл.

– Да я и сам себя вытащу, если будет нужно. Земля плотная, мороженая.

Провал имел приличную длину в несколько десятков метров. Его нельзя было назвать трещиной. Его размеры позволяли уместить фуру, а то и две.

При этом вниз провал уходил на десятки метров, что заставляло меня подходить ближе и ближе, чтобы увидеть, где находится дно.

Щелчок, похожий на хруст ломающегося дерева, заставил меня застыть на месте, почти у самого края обрыва.

Глава 8

Девушка вскрикнула, и я тут же обернулся. Она стояла позади меня на приличном расстоянии, прижав руки ко рту. На лице ее застыло выражение сильного испуга, а широко открытые глаза выделялись даже на побледневшей коже лица.

– Я же никуда не делся, – отмахнулся я и углубился в изучение бездны.

Вот уж действительно смотрит в ответ – чем больше я смотрел в черноту, тем сильнее хотелось узнать, что за ней скрывается. И то, что с поверхности до самого низа почти не доходило света, меня ничуть не смущало.

Не скажу, что хотелось подойти ближе и прыгнуть, но и оторваться от созерцания тьмы не получалось.

– У тебя и подруга в такую провалилась? – беспардонно поинтересовался я, совершенно забыв о тактичности.

– Да пошел ты… – Алена тут же убрала руки от лица, но при этом отвернулась.

– Ну и… – начал я, но договорить мне не дал еще один щелчок, после которого лопнула опора под куском асфальта, и я вместе с ним полетел вниз.

Стоило ожидать этого, стой я на самом краю. Или даже в метре от края. Но я бы даже не допрыгнул до черноты с того места, где стоял сам. Подо мной в бездну ушел приличный шматок асфальта.

Не просто ушел, но улетел так, что у меня дух захватило. Падал он не очень долго, всего лишь пару секунд, как мне показалось. За это время что-то успел проорать Кирилл, но я не слышал. Звуки с поверхности пропали сразу же, как только я начал свой внезапный полет.

Осознание того, что надо бы подпрыгнуть, пока кусок не разбился, пришло за доли секунды до конца. Я оттолкнулся, что было сил, а пласт асфальта внезапно подался вверх, прямо за моими ногами.

Потом начал переворачиваться и только то, что я вовремя оттолкнулся, спасло мои ноги от новых переломов. При этом в воздухе я отчаянно замахал руками, но ухватиться за что-то не получилось, и я продолжил падение.

Оно оказалось краткосрочным и окончилось на чем-то мягком. В кромешной тьме я не мог рассмотреть, на что я рухнул, но надеялся, что это чья-то мебель, а не подмерзшие останки. Во всяком случае, на улице минус, и они явно не гниют.

Мысль здравая, но только на поверхности. Здесь температура иная. И связь барахлила. На какую же глубину я рухнул, если даже с Кириллом пропал контакт?

Как минимум, здесь не было людоедов, а путь наверх четко виден. Я задрал голову и посмотрел в провал. Метров восемь. Может, десять. Или даже еще побольше. Из-за яркого пятна я не мог точно определить расстояние. Недокиборг даже хуже, чем человек, пришло мне в голову.

Тем временем глаза начали привыкать к темноте, а я – лучше ориентироваться в тесном пространстве. Для того, чтобы процесс ускорить, я зажмурился, пошатнулся и выбросил в сторону руку, чтобы найти опору.

Но, не сразу ощутив ее, подался вбок, а в памяти всплыло свежее свободное падение и крик, точно кто-то звал меня. Отдаленно – имени я не слышал, но знал, что точно зовут меня.

Совершенно неожиданно открыл глаза, но увидел не темноту, не яму и даже не очертания выступов и обломков. Передо мной плыли крыши домов и глубокие провалы улиц.

Я стоял на подножке вертолета – это было очевидно. Стоило мне повернуть голову, а контуры города размазались, но зато ритмичный шум двигателя стал слышен более отчетливо.

Вообще было довольно высоко, так что я хотел потянуться и другой рукой, чтобы схватиться за ручку дверцы или за что-нибудь еще. Но вдобавок мне приспичило еще и пальцы размять на опорной руке.

Раскрытая ладонь не дала никаких ощущений, а вот крыши зданий и улицы начали приближаться ко мне с угрожающей быстротой. Вскрикнув, я раскрыл глаза в момент падения, но будто провалился сквозь улицу.

И лишь активно моргая, я понял, что лежу на земле, лицом к светлому пятну над головой. В ушах все еще стоял шум от лопастей вертолета, который вскоре заменился громкими криками:

– Денис! Де-ени-и-ис!

Пришлось спешно встать и, задрав голову, проорать в ответ, что со мной все в порядке.

Теперь предстояло выбраться наружу. Из-за того, что во время падения я перевернулся лицом вверх, глаза у меня так и не привыкли к темноте.

Но это мелочи. Главное, что всплыли какие-то воспоминания, на основании которых уже можно что-то восстановить. Кирилл считает все, что я видел, как только я вернусь на базу. И то, что не видел – тоже. Техника позволит.

А вот как выбраться из этого провала – уже задача практики. Но надо найти инструмент. У меня хоть и достаточно сил для того, чтобы копать подмерзшую землю голыми руками, лучше использовать инструмент.

Но каково же было мое удивление, когда земля на уровне пояса оказалась достаточно мягкой, чтобы податься даже небольшому давлению пальцев. И первую лунку, чтобы опереть ногу, я вырыл достаточно быстро, пользуясь лишь ногтями.