Пока те были заняты своей отвратительной трапезой, Тарзан обследовал самолет и обнаружил, что тот разбит не полностью. Одно крыло оказалось помятым, шасси же сломано окончательно. Но то, что относилось к этому сооружению из металла и проводов, не относилось к той плоти и крови, которая им недавно управляла -- к той плоти и крови, до которой гиены оказались не в состоянии добраться. В кабине за штурвалом сидел пилот, наклонив вперед тело и упершись головой в приборную доску. Он был мертв.
Самолет принадлежал итальянским военно-воздушным силам. Тарзан постарался запомнить его номер и эмблему. Затем, забравшись на крыло и приблизившись к кабине, открыл поврежденный люк и принялся пристально осматривать тело пилота.
-- Мертв. Один-два дня, -- пробормотал Тарзан. -- Пулевое отверстие в горле, чуть левее гортани. Вот это уже странно. Я бы сказал, что этот человек был ранен в воздухе, но прожил еще и сумел посадить самолет. Причем был не один. Но стреляли не его спутники.
Для Тарзана не составило особого труда определить, что мертвец был не один. На земле возле самолета виднелись человеческие следы, причем не туземцев, так как ноги людей были обуты в цивилизованную обувь. Тарзан также заметил несколько окурков от сигарет и клочок Целлофановой обертки.
Заключение же Тарзана о том, что пилота застрелили не его спутники, потребовало гораздо более тонких рас-суждений. С первого взгляда было очевидно, что это случилось как-то иначе, но если его застрелили не они, то кто же? Тем не менее, если бы стреляли его спутники, то выстрел произвели бы либо сзади, либо справа. Однако пуля угодила в горло левее гортани.
Тарзан вполголоса выругался на языке джунглей.
-- Хотя это и кажется невероятным, -- проговорил он про себя, -- но в пилота стреляли в воздухе и не его спутники. Но тогда кто же?
Он снова осмотрел рану. Покачал головой и нахмурил лоб.
-- Пуля вошла сверху... Но разве это возможно... разве что... разве что стреляли с другого самолета. Так и есть. Точно! Это могло произойти только так и не иначе.
Действительно, загадочная история -- в сердце Африки, вдалеке от всех авиалиний. Тарзан попытался истолковать смысл этой загадки подобно тому, как читал следы животных на звериных тропах, и пришел к определенному выводу, столь определенному, что спросил сам себя:
-- Куда делся второй самолет?
До слуха Тарзана вновь донеслись звуки, издаваемые гиенами -- звуки разрываемого мяса, хруст, чавканье, скрежет зубов -- и он сплюнул с отвращением. Его так и подмывало броситься на гиен с дротиком и ножом и прикончить их -- сделать еду из самих едоков, еду для стервятников. Но он лишь пробормотал:
-- Здесь есть дела и поважнее. Дела, имеющие отношение к людям. Они -в первую очередь.
И Тарзан продолжил осмотр. Он нашел одну перчатку, перчатку с правой руки. Подобрал ее, вывернул наружу и понюхал подкладку. Ноздри его затрепетали. Затем он бросил перчатку, но надолго запомнил то, что узнал благодаря своему обонянию.
Тарзан спрыгнул на землю. Вид гиен, занятых своим отвратительным делом, в сочетании с мерзкими звуками и издаваемым ими запахом привели Тарзана в бешенство. Из его широченной груди раздался грозный крик, и он бросился на гиен, угрожающе размахивая копьем. Животные бросились врассыпную. Тарзан знал, что гиены вернутся, чтобы доесть падаль, но, по крайней мере, он сможет закончить осмотр без их омерзительного присутствия.
Тарзан тщательно осмотрел землю.
-- Их было двое, -- тихо произнес он. -- Они двинулись в путь вот отсюда. -- Тарзан указал рукой вниз, хотя разговаривал лишь сам с собой. -И они пошли, -- Тарзан снова сделал жест рукой, -- в ту сторону. Следы двухдневной давности, но еще достаточно четкие. Пойду по следам.
На такое решение Тарзана вдохновило несколько соображений. Те, кто свалились с неба и сейчас находились в джунглях, если они еще живы, были людьми и, возможно, нуждались в помощи. А кроме того, это люди чужие, и Тарзану нужно было узнать, кто они такие и что делают в его владениях.
И Тарзан двинулся в путь без дальнейших рассуждений.
На тропе, по которой шел Тарзан, показался Тантор-слон, который издал приветственный трубный клич и приготовился хоботом поднять Тарзана к себе на спину, но у Тарзана не было времени для подобной роскоши. По следу лучше идти, находясь близко к земле, и он крикнул:
-- Возвращайся к своему стаду, Тантор!
Но чтобы слон не обиделся, Тарзан прыгнул ему на спину, быстро почесал Тантора за ушами, соскочил вниз и зашагал дальше по следам. Удовлетворенный Тантор с высоко поднятым хоботом грузно затопал обратно к своему стаду.
В следующий раз Тарзана задержал Уша-ветер. Чуть изменив свое направление, Уша донес до ноздрей Тарзана совершенно новый запах -- запах, которого уж никак нельзя было ожидать в девственных африканских джунглях. Тарзан моментально свернул со следа и двинулся навстречу этому новому сигналу.
Запах становился все сильнее и сильнее, пока Тарзан наконец не определил безо всяких колебаний запах бензина.
Снова загадка. Бензин предполагал присутствие человека, но человеческого запаха в воздухе Тарзан не учуял. И все же запах бензина служил как бы косвенным доказательством того, что он оказался прав в своем предположении, а именно: о наличии второго самолета.
Предположение вскоре подтвердилось находкой Тарзана. На земле лежала груда обломков того, что некогда было изготовленной человеком птицей, аппаратом, летящим на крыльях над воздушными просторами Африки.
Теперь он был сломан и искорежен -- мрачное свидетельство трагедии.
Здесь, как понял Тарзан, крылась другая часть головоломки. Это был тот самый второй самолет, в котором находился человек, выпустивший пулю, поразившую горло того, другого человека и убившую его. Хвост самолета был искромсан пулеметным огнем. Да, совершенно очевидно, в воздухе произошла схватка, схватка неравная, ибо, судя по всему, человек во втором самолете был вооружен одним лишь револьвером.
Неравная или нет, однако человеку номер два удалось избежать участи человека номер один. Гляди, вот помятая трава. Номер два вернулся к самолету, потом ушел.
Тарзан двинулся по следам и вскоре наткнулся на спутанную массу веревок и шелка.
-- Парашют, -- произнес он. -- Номер два выбросился с парашютом.
Мысли Тарзана заработали. В глазах появилось отсутствующее выражение -Тарзан попытался восстановить картину вероятных событий.
-- Первый самолет напал на второй. Это очевидно, так как у первого был пулемет, а у второго -- нет. У пилота второго самолета был револьвер. Из него он застрелил пилота номер один, который совершил вынужденную посадку, затем умер и был брошен двумя спутниками. Второй самолет, прошитый пулеметной очередью, рухнул вниз. Его пилот выбросился с парашютом и приземлился здесь, в нескольких милях от первого. Таким образом, в общей сложности на два упавших самолета приходилось трое живых людей, которые отправились дальше. Живы ли они еще?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
