Читаем без скачивания Дорога мёртвых. Том 2 (СИ) - Фир Мария

— С орками будет покончено. Ваш отец считает, что это вопрос нескольких недель, — сказала девушка и сделала шаг назад.

— Да, — весело подтвердил принц. — Талемар обещал привезти мне пару замаринованных орочьих голов и какую-нибудь тамошнюю зверюшку. Ты уходишь?

— Позвольте мне идти, хочу спуститься к деревьям в саду Храма и удостовериться, что их поливали сегодня, — Донния мягко поклонилась.

— Позволяю, сестра Донния. Делай, что должно, и не забудь побеседовать завтра с моей птичкой. Эта тварь хорошо слушает тебя — я вижу по её глазам.

Жрица стремительно сбежала вниз по винтовой лестнице. Её тяжёлые шёлковые одежды, плотно облегающие грудь и свободно ниспадающие от талии до самой земли, развевались подобно трепещущим на ветру флагам.

Глава 1.2

Келлард терпеть не мог томительного предзакатного ожидания. Для путешествия на ту сторону Вечных гор ему требовалась непроглядная ночная тьма, но день никак не думал кончаться. Эльф выбрался из уютного подземелья в Сумеречный сад и пытался развлечь себя прогулкой среди вековых деревьев, плетёным кружевом обнимающих Храм. Опустив голову, призыватель теней медленно шёл по извилистой мраморной дорожке и смотрел, как капли смолы, похожие на золотистое вино, стекают по стволам. Донния выскочила из боковой аллеи внезапно, запыхавшаяся и взволнованная. Задела мокрые ветви с бутонами цветов, осыпав подол струящегося платья градом водяных брызг.

— Что ж, — посмотрев на девушку, тихо усмехнулся маг, — не самый худший способ скоротать время до захода солнца.

Как бы он хотел прямо здесь и сейчас поймать её в объятия и прильнуть губами к бархатистой, восхитительно пахнущей коже! Но было нельзя — указом короля Донния была назначена невестой Первого рыцаря, и встречи с ней приходилось скрывать во мраке подземелий. Поначалу тайна будоражила влюблённым кровь, но спустя несколько месяцев превратилась в досадную помеху. Смертные устроены так, что всегда желают большего и большего, этим они разительно отличаются от обитателей сумрака. Маг тяжело вздохнул и чинно предложил ей локоть, чувствуя сквозь ткани одежд её тепло и нетерпеливое биение сердца.

— Семь десятков ступеней, — прошептала она, сжимая его запястье и пытаясь привести в порядок дыхание.

— Достаточно, чтобы обдумать ваше недостойное поведение, сестра Донния, — ехидно сказал он.

— Надеешься, что я опомнюсь? — девушка на миг прильнула щекой к его плечу. — Ни за что!

Они пересекли небольшую круглую площадку с увитым плющом фонтаном и свернули на тёмную, всю заросшую диким виноградом тропинку. Здесь эльф, наконец, притянул подругу к себе, запустив руку в её стянутую лентами причёску:

— Ты ведь дочь Верховной жрицы и командующего Хранителей, — он внимательно посмотрел на её дрогнувшие губы и прикоснулся к ним обжигающим поцелуем. — Ты обещана рыцарю, и тебе не пристало бегать к какому-то забытому богами изгнаннику за порцией мужской ласки.

Она мгновенно вспыхнула, и Келлард с удовольствием наблюдал, как в её негодующем взгляде сталкиваются задетая гордость и желание немедленно заполучить то, зачем она прибежала. У неё не было ни малейшего шанса вырваться из его цепких рук.

— А ты, — жарко выдохнула она ему в лицо, — ты нарушитель границы! Если кто-то узнает, где ты бываешь, тебя немедленно схватят и будут допрашивать, как предателя короны!

— Можешь передать своему драгоценному принцу, — эльф нащупал и потянул ленту, удерживающую шёлковые волосы Доннии, — что мне очень и очень страшно! Так страшно, что я совершенно не в силах засыпать один. Без очаровательной жрицы под боком.

Девушка разомкнула губы, чтобы возразить, но он тут же впился в них поцелуем. Её плечи окутала мягкая волна распустившихся волос. Она попыталась сопротивляться в страхе, что гуляющие по саду послушники или прихожане могут ненароком заметить их вдвоём. С трудом оторвавшись от него, Донния прошептала:

— Нельзя рисковать всем, что у тебя есть!

— Иногда можно, — возразил мужчина и подхватил её на руки, прижав к себе. Улыбнувшись, он начал спускаться в подземелья Храма по старым осыпающимся ступеням.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Почему? Почему ты делаешь это? Рискуешь… — девушка с нежностью провела ладонью по его щеке.

— Меня слишком привлекает награда, — ответил Келлард, осторожно опуская её на ноги возле крепко запертой полукруглой двери.

Массивные створки послушно распахнулись, повинуясь взмаху руки мага, и эльфы оказались в полумраке просторной обители колдуна. Прежде здесь располагались хранилища и тайные лаборатории Храма Ньир, но впоследствии их перенесли в новые надземные постройки, а угрюмые подземелья выделили тому, что осталось от Гильдии призывателей теней, потерявшей почти все свои укрытия на стороне людей.

В полном молчании они добрались до его покоев, но едва лишь дверь спальни закрылась за ними, девушка обняла мага и принялась целовать — медленно, чувственно и обстоятельно, создавая на короткое время некое хрупкое равновесие между ними. В воздухе повисло зыбкое и дрожащее натяжение, что-то сродни загадочной тишине и мерцающему пару в колбе алхимика перед тем, как случается оглушительный взрыв.

Он смотрел на неё и не мог выдержать силы её дара — прикрывал глаза. Донния словно приносила в его убогую подземную келью сгусток ослепительного света. Девушка прервала долгий поцелуй и едва заметно вдохнула воздуха. Сейчас, сейчас она непременно произнесёт слово или фразу, что неизбежно станет катализатором, и тогда случится то, что на время лишит их рассудка и, вполне вероятно, когда-нибудь погубит обоих. Келлард знал об этом, но не мог остановить её, как не мог прекратить движения собственных рук по краю выреза платья к спрятанным под шёлком плечам.

— Твой жених ещё не вернулся? — хрипло прошептал маг.

— Зачем ты каждый раз напоминаешь мне о нём? — в зрачках Доннии отразился свет одинокой свечи, что была закреплена на стене в медном подсвечнике.

— Быть может, хочу удержать тебя от очередной ошибки, — прошептал эльф, кончиком пальца дотронувшись до её влажных губ.

— Ты ревнуешь? — тихо спросила она. В её интонации прозвучала плохо спрятанная надежда.

Келлард покачал головой:

— Сестра Донния, разве наша встреча похожа на исповедь? Я не готов к столь серьёзным откровениям.

Она досадливо сжала губы, чуть отстраняясь и внимательно разглядывая его лицо:

— Тебя ведь волнует, что я помолвлена, разве так сложно однажды признать этот факт?

Маг усмехнулся, вновь подтянул её к себе, провёл по её шее и ключицам, запуская кончики пальцев под упруго натянутую ткань, а затем одним рывком обнажил её плечи и грудь.

— Я учёный и признаю лишь проверенные факты. Сейчас меня волнуешь ты, а не этот законченный идиот, умудрившийся уйти на войну с орками, даже не испробовав собственную невесту, — он стянул платье и отбросил прочь, попутно покрывая её нежную кожу поцелуями. — На войне ведь и умереть можно ненароком!

Девушка дрожала от его прикосновений, каждый поцелуй отдавался в ней тихим прерывистым вздохом. Покончив с её изысканным бельём, прикрывающим темнеющие соски и низ живота, маг поспешно избавился от собственной одежды и обнял её снова. Она раскрылась ему навстречу, прижалась пылающим телом к нетерпеливо сжимающему её любовнику и коснулась губами его уха:

— Спаси меня от этой свадьбы, Келлард, укради меня, спрячь в сумраке…

Он прикрыл глаза, не в первый раз выдерживая её огненные стрелы, пронзающие его насквозь:

— Донния, я загубил достаточно жизней тех, кто доверял мне. Не проси меня распоряжаться твоей, я не стану этого делать!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но я люблю тебя, только тебя, — задыхаясь от страсти, шептала она, и он до боли стискивал её в объятиях.

— Это всего лишь… магия, — касаясь её уха губами, прошептал он.

И она, конечно же, снова ему не поверила.

Глава 2

Пламя свечи задрожало, задёргалось, и комната вдруг наполнилась беспокойным призрачным движением. Донния смотрела на стену, где плясали удлинившиеся тени, боясь пошевелиться и нарушить наступившую тишину. Всего несколько минут назад не было ни стен, ни тяжёлого мрачного шкафа, ни заваленного книгами и свитками стола, ни смятых простыней из грубого и простого полотна… Были только он и она — в небытие, в пульсирующем огне, в сплетении тел, охваченных древним и непреодолимым заклинанием страсти. Кажется, она вновь говорила ему то, что говорить не следует, не только говорила, но и стонала, и выдыхала в его растрепавшиеся волосы и спрятанные за ними уши. На слова о любви он не отвечал никогда, даже в те мгновения, когда вполне мог говорить, а его губы не были заняты её губами или другими приятными частями тела. Он мог чуть улыбнуться в ответ — не более. Как теперь, когда она тихо лежала в его объятиях, а маг кончиками пальцев поглаживал её грудь, наслаждаясь округлыми упругими линиями. Его запястье было туго перевязано свежими бинтами, но в порыве страсти он вновь не рассчитал своих движений — поверх бинтов темнели проступившие пятна крови. Донния поймала его руку, повернулась: