страхом, я вылупив глаза таращилась на целый коридор усеянный костями. Человеческими костями. Закрыв рот рукой, я сделала несколько шагов назад и вжалась в стену. На каких-то скелетах ещё были куски плоти, а на каких-то черепах волосы и зубы. Некоторые кости были обглоданы так, будто их ели.
Через несколько секунд, с трудом совладав с паникой, я сорвалась на бег и помчалась вперёд куда глаза глядят. Хотелось кричать от страха, орать, звать на помощь, но я сдерживала себя.
«Кем были эти люди? Кто их сожрал? Зачем? Где я?» — мысли носились в голове похлеще роя пчёл.
Я со всей дури мчалась вперёд. На периферии мелькали развилки и перекрёстки, но мне было страшно в них забегать. Вдруг там тоже кости?
Через некоторое время я поняла: несмотря на то, что двигаюсь вперёд — я хожу кругами. Спустя несколько часов бега я остановилась у того же самого коридора усыпанного костями. Мертвецы лежали в тех же позах, на том же самом месте, где были в прошлый раз. И запах гнили, исходивший от них, был таким же тошнотворным.
Руки начали дрожать, и я почувствовала, как в горле застрял ком. Как никогда прежде мне хотелось домой: накупить сладости, укутаться в тёплый плед и смотреть аниме. Мне казалось, что я попала в страшный сон, что это непрекращающийся ночной кошмар.
Сердце суматошно забилось в груди, и я помчалась дальше в надежде увидеть свет в конце туннеля. И чем дольше я бегала по этому бескрайнему коридору, тем больше мне хотелось плакать. Сколько бы я не бегала, куда бы не сворачивала, всегда… всегда я возвращалась к этому коридору скелетов. Словно всё вокруг говорило мне: «Скоро и ты станешь этими костями». Я искала выход, но его нигде не было. Это было похоже на бесконечный запутанный лабиринт, в котором меня во веки веков заперли.
Горечь обиды заполнила душу. Я прикусила губу и почувствовала, как слёзы скатились по моим щекам. От непонимания, за что мне это и где я провинилась, становилось лишь хуже. Я не смогла удержаться и, остановившись, горько заплакала.
Облокотившись на стену, я часто дышала и всхлипывала. Мой мозг отказывался принимать, что это конец. Что отсюда выхода нет вовсе.
— Хватит! — я с силой ударила кулаком по стене и вытерла рукавом влажные щёки. Я старалась себе говорить все те фразы, что обычно говорил Наруто в аниме, он ведь учил никогда не сдаваться и верить в лучшее при любых обстоятельствах. Вот только во что мне верить, если нет даже капли надежды? — Нет, я смогу, я найду, я справлюсь! Если я сейчас сдамся, то точно не выберусь.
Подняв свой боевой дух, я встала, собираясь уже направиться дальше, но неожиданно услышала злорадный смешок.
В душе что-то резко сжалось, и я, вздрогнув, чутка пригнулась.
Я стояла неподвижно где-то минуту, лишь посматривая по сторонам, и уже начала думать о том, что мне показалось, но потом я услышала вновь.
Это был чей-то тихий, едва слышный, хриплый смех. Нечеловеческий.
Я затаила дыхание, но сердце так бешено стучало, словно специально хотело выдать меня.
Смотря вдаль, я заметила, что становится темнее.
Только через несколько секунд до меня дошло, что лампы начали по порядку выключаться, и эта темнота направлялась прямиком ко мне. Несмотря на дрожащие колени, я помчалась вперёд —туда, где был свет. По пути свернула в первый же перекрёсток, надеясь, что свет в нём не будет погашен, но, пробегая параллельно все эти бесконечные коридоры, я видела, что во всех них выключается свет. Убедившись, что нет ни одного намека на выход я, снова повернув, побежала от темноты. Бежала так, будто бы всю жизнь верила в то, что свет — это безопасность.
Но я не успела.
Темнота оказалась быстрее и уже через несколько секунд настигла меня, выключив свет на сотню метров вперёд. Упав на колени, я глубоко дышала, но не из-за одышки, а от паники. Я безнадёжно смотрела вперёд, наблюдая за тем, как света становится всё меньше и меньше, а потом неожиданно услышала душераздирающий крик. Он был будто бы позади и где-то сбоку, в параллельном коридоре. А потом вновь, но уже с другой стороны.
Кто-то кричал, так болезненно и истошно, будто бы его рвали на части.
Я чувствовала, как с каждой секундой становилось всё холодней, а запах гнили заполнял пространство. Позади начали слышаться какие-то страшные звуки, и я, сжав немного земли в руках, несмотря на кромешную тьму, рванула вперёд. Хотелось жить. Больше всего на свете я желала спастись, выбраться отсюда и наконец-то увидеть солнце. Я не собиралась так быстро сдаваться. Мой путь не должен закончиться вот здесь и вот так.
С болью закусив губу, я бежала так быстро, как только могла, повторяя в мыслях каждую секунду, как мантру: «Я спасусь, я выберусь отсюда».
Но все мои мечты в миг разбились, когда я неожиданно почувствовала, как меня что-то подхватило, оторвало от земли и куда-то бросило. Я врезалась во что-то твёрдое и упала, расцарапав себе всё лицо. Голова начала кружиться, а грудь отзывалась неистовой болью.
Я старалась как можно быстрее встать, чтобы поскорей скрыться, но, стоило мне только пробежать несколько метров, меня снова подхватили чем-то омерзительно скользким и впечатали в стену до хруста костей.
Я не видела, кто это был. Я лишь слышала дьявольские смешки и ощущала ледяное дыхание, словно сама смерть дышала в затылок.
Через несколько попыток убежать, я осознала, что со мной просто играются. Какая-то тварь кидает меня в стену, смотрит, как я пытаюсь убежать, и делает это снова.
Ради забавы. Как коты играются с мышами.
— Перестань! — в отчаянии сорвала я голос, вновь скатившись по стене. Но ответом мне служил лишь противный смех и дьявольский шёпот на непонятном языке, отзывающийся эхом по всему помещению. Я, сжав челюсть от боли, вновь попыталась встать. Но и в этот раз мне не удалось — неожиданно я получила удар в спину, что отозвался резкой болью в сердце. Колени подкосились, я произвольно схватилась за грудь и нащупала какую-то когтистую нечеловеческую руку, торчащую из моей грудной клетки.
Что было дальше, я уже не запомнила. Время словно растянулось на столетия и сжалось в мгновение. Я окунулась во мрак и пустоту, и эта кромешная тьма буквально длилась столько, сколько существует этот мир. Что-то было, но что именно — за гранью моего понимания. Единственное, что я могла сказать наверняка,
