Читаем без скачивания Син Син Мин: Книга ни о чем - Бхагаван Раджниш

Адвокат сказал Насреддину: «Ты молчи и все. Если ты произнесешь хоть одно слово, то будешь пойман, поэтому просто храни спокойствие, а я позабочусь о деле.»

Мулла Насреддин сидел молча. Кипя глубоко внутри, в смятении, он много раз хотел вмешаться, но каким-то образом контролировал себя и сдерживался. Внешне он выглядел, как Будда, а внутри был сумасшедший. Суд не мог ничего найти против него. Мировой судья знал, что этот человек имеет в городе много жен, но что он мог поделать, когда нет доказательств? Поэтому судья был вынужден отпустить его. Он сказал: «Мулла Насреддин, ты освобожден. Теперь можешь идти в свой дом».

Мулла Насреддин задумался и сказал: «Э-э... ваша честь, а в какой дом?»

У него было много домов — ведь он имел много жен в городе.

Единственное ваше слово укажет на ум внутри: одно слово и все ваше существо напоказ. Даже слова не надо — всего лишь жест, и ваш болтливый ум будет в нем. Даже если вы молчаливы, ваше молчание не откроет ничего другого, кроме болтливой обезьяны внутри.

Когда говорит Сосан, он говорит на совершенно другом уровне. Он не заинтересован в говорении, он не заинтересован во влиянии на кого-то, он не пытается убедить вас в теории, философии или «изме» — нет; когда он говорит, цветет его молчание. Когда он говорит, то говорит о том, к чему он пришел и хотел бы поделиться с вами, но не для того, чтобы убедить вас. Помните: это только потому, чтобы поделиться с вами. И если вы можете понять единственное его слово, вы ощутите огромное молчание, реализующееся в вас.

Просто слушайте... мы будем говорить о Сосане и его словах. Если вы слушаете внимательно, вы обязательно ощутите появляющееся в вас молчание. Эти слова — атомные, они полны энергии. Когда личность, которая достигла, говорит нечто, слово становится зерном, и на миллионы лет слово останется зерном и будет искать сердца.

Если вы готовы — готовы стать почвой — тогда эти слова, эти невероятно могущественные слова Сосана все еще живы, они — зерна, они войдут в ваше сердце, если вы позволите, и вы будете через них совершенно изменены.

Не слушайте их из ума, потому что их смысл не от ума: ум абсолютно неспособен понять их. Они не исходят от ума и они не могут быть поняты умом. Они исходя от не-ума. Они могут быть понятны только в состоянии не-ума.

Поэтому когда вы слушаете их здесь, не пытайтесь интерпретировать. Слушайте не слова, а промежутки между словами; не то, что он говорит, а то, что он имеет в виду — значение. Пусть это значение воспарит вокруг вас, как аромат. Но не интерпретируйте, не говорите: «Он подразумевает то или это», потому что эта интерпретация будет вашей.

Однажды случилось так, что Мулла Насреддин возвращался совершенно пьяный в ранние утренние часы. Когда он проходил через кладбище, то посмотрел на табличку. На ней было написано большими буквами, заглавными буквами: «ЗВОНОК К СТОРОЖУ» — и он позвонил.

И сторож был потревожен так рано. Он вышел шатаясь, рассерженный, а когда посмотрел на Насреддина, абсолютно пьяного, он еще больше разгневался. Он спросил: «Зачем ты позвонил? Зачем? Затем ты звонил ко мне? Что случилось? Что тебе надо?»

Насреддин смотрел на него минуту молча, затем посмотрел на табличку и сказал: «Я хочу знать, почему ты не можешь сам звонить в этот проклятый звонок?»

Там было написано: RING ТНЕ CARETAKER{1}.

Как это интерпретировать? Как? Это зависит от вас.

Не интерпретируйте. Слушайте. Когда вы интерпретируете, вы не можете слушать: ведь сознание не может делать одновременно две противоположные вещи. Если вы начинаете думать, слушание прекращается. Просто слушайте, как вы слушаете музыку: тут другое качество слушания, потому что вы не интерпретируете. В звуках нет значений.

Это тоже музыка. Этот Сосан — музыкант, а не философ; этот Сосан не говорит слова, он говорит больше, чем слова. Они важны, но не имеют смысла. Они как музыкальные звуки.

Идите и сядьте возле водопада. Вы слушаете его, но истолковываете ли вы то, что говорит водопад? Он ничего не произносит, но все же говорит и говорит многое, что может быть высказано. Что вы делаете возле водопада? Вы слушаете, вы становитесь молчаливы и спокойны, вы впитываете, вы позволяете водопаду идти глубже и глубже в вас.

Тогда все становится спокойным и молчаливым внутри — вы становитесь храмом. Неизвестное входит через водопад. Что вы делаете, когда слушаете пение птиц, или ветер, проносящийся сквозь деревья, или сухие листья, несомые ветром? Что вы делаете? Вы просто слушаете.

Этот Сосан не философ, не теолог, не священник, он не хочет продать вам какую-либо идею. Он не интересуется идеями, не пытается убедить вас — он просто цветет. Он — водопад, или он — ветер, дующий сквозь деревья, или просто пение птиц: нет смыслов, но есть много значения. Вы должны впитать это значение — только тогда вы будете способны понять.

Поэтому слушайте, но не думайте: тогда есть возможность, что многое произойдет в вас, ибо я говорю вам, что этот человек — этот Сосан, о котором известно немногое — был человеком силы, человеком, который пришел к знанию. И когда он говорит что-нибудь, он несет нечто неизвестное в мир известного: с ним входит божественное, луч света во тьму вашего ума.

Перед тем, как мы приступим к его словам, помните значение слов — не смыслы; музыка, мелодия — не смыслы; звук его беззвучного ума, его сердца — не его мышление. Вы должны прислушаться к его существу — водопаду.

Как слушать? Просто быть молчаливым. Не привносите ваш ум. Не начинайте думать: «Что он говорит?» Просто слушайте без того, чтобы говорить, прав он или не прав, убеждает он вас или нет. Он не беспокоится о вашем убеждении — вам тоже не надо о нем волноваться. Просто слушайте и наслаждайтесь. Такие люди, как Сосан, существуют для того, чтобы ими наслаждаться. Они — явление природы.

Что вы делаете с красивой горой? Вы восхищаетесь ею. Вы касаетесь ее, обходите ее кругом, ощущаете ее, мох на ней. Что вы делаете с облаками, плывущими в небе? Вы танцуете на земле, вы смотрите на них — и пусть они плывут.

И они наполняют вас — не только внешнее небо, но постепенно, чем более молчаливыми вы становитесь, они наполняют также ваше внутреннее небо: внезапно вас нет — только облака движутся, внутри и снаружи. Разделение отброшено, границ больше нет. Вы становитесь небом и небо становится вами.

Обращайтесь с Сосаном как с природным явлением — он не человек, он — Бог, он — Дао, он — Будда.

До того, как мы постараемся войти в его смысл, должны быть поняты несколько вещей, они дадут вам толчок.

Ум — это болезнь. Это основная истина, которую открыл Восток. Запад говорит, что ум может заболеть, а может быть здоровым. Западная психология зависит от этого: ум может быть здоровым или больным, но Восток говорит, что ум, как таковой, это болезнь, он не может быть здоровым. Никакая психиатрия не поможет. Самое большее, что вы можете — сделать его нормально больным.

Поэтому есть два типа заболевания ума: нормально больной — это значит, что у вас та же болезнь, что и у других вокруг вас; и ненормально больной — это значит, что вы нечто уникальное и ваша болезнь необычна — она исключение. Ваша болезнь индивидуальна, не такая, как у толпы — в этом единственная разница. Нормально больной или ненормально больной; но здоровым ум быть не может. Почему?

Восток говорит, что сама природа ума, как такового, в том, что он останется нездоровым. Слово «здоровье» прекрасно, оно произошло от того же корня, что и слово «целый». Здоровье, целебный, целый, святой — все они произошли от одного корня{2}.

Ум не может быть здоровым, потому что он никогда не может быть целым: ум всегда делит, разделение — его основа. Если он не может быть целым, как он может быть здоровым?

И если он не может быть здоровым, как он может быть святым? Все умы порочны — нет ничего подобного святому уму. Святой человек живет без ума, потому что он живет без разделения.

Ум — это болезнь, а каково название этой болезни? Ее имя — Аристотель или, если вы хотите сделать это действительно похожим на болезнь, тогда можно придумать слово «аристотелия» — тогда это слово выглядит точно как название болезни. Почему Аристотель — это болезнь? Потому что Аристотель говорит: «Либо это, либо то — выбирайте». И выбор — это функция ума: ум не может существовать без выбора.

Выбирайте — и вы в западне, потому что когда бы вы ни выбирали, вы выбираете за что-то и против чего-то другого. Если вы за что-то, вы должны быть против чего-то: вы не можете быть только «за», не можете быть только «против». Когда входит «за» — как тень следует «против». Когда есть «против», должно быть «за» — скрытое или явное.

Когда вы выбираете — вы делите. Тогда вы говорите: «Это — хорошо, то — плохо», а жизнь — это Единство. Она есть единство. Если вы говорите: «Это красиво, а то уродливо», значит вошел ум, потому что жизнь — и то и другое вместе. Красивое становится уродливым, а уродливое продолжает становиться красивым: здесь нет границы, нет поверхности натяжения. Жизнь продолжает течь от этого к тому.