Читаем без скачивания Посмотреть в послезавтра - Надежда Молчадская

Первую мою вакцину испытывали на обезьянах. Помещали в клетку самца и самку, вводили препарат, затем постепенно подселяли к ним привитых приматов, по одному раз в неделю. Обезьяны вели себя спокойно, совокуплялись беспорядочно, чаще всего выбор падал на того, кто поближе. Потомство получалось прекрасное, ничем не отличалось от своих производителей, а самое главное – изменения в крови передавались по наследству.

Решили проводить дальнейшие опыты на людях. Деньги выделялись огромные. Спецорганы понимали, что все затраты окупятся и в дальнейшем страна получит работоспособное население без лишних запросов. Государство не способно было предоставить всем более или менее комфортные условия для жизни. Война, разруха, голод прочно осели на плечах народа. После войны все чаще на кухнях перешептывались о загранице. Солдаты, дошедшие до Берлина, кроме счастливой победы, увидели большую разницу между загнившим капитализмом и подающим огромные надежды коммунизмом. Так сарафанное радио стало работать не на пользу светлым идеям коммунизма. Подобная вакцина существовала и до войны, но действовала в течение короткого промежутка времени. Страна нуждалась в новых героях, на примере которых народ приобретал бы мощь и уверенность в завтрашнем дне…

Спецкарта состояла из 523 страниц, которые были облачены в тугой кожаный переплет. Нигдельск значился под индексом Н-23. Взяв из сейфа ключи от архива, который находился по соседству с моим кабинетом, я почувствовал легкое волнение. На первый взгляд, архив выглядел, как обычная библиотека. На полках пылились книги русских классиков, зарубежных фантастов и прочая медицинская литература. Подойдя к стеллажу № 23 с названием «Зарубежная фантастика», я взял книгу со второй полки, третью справа, под названием «Победить разум», автор Даниэль Мигрень. Открыв 13-ю страницу, обозначавшую номер дома Венеры, я начал читать. Описывалась семья К.

«Миссис К. родилась в 1933 году, мистер К. родился в 1930 году, единственная дочь В. родилась в 1963-м…». Далее описывалось, как ранчо посетил НЛО, как украли дочь, и прочая белиберда. Зачем надо было придумывать несуществующие книги ради нескольких строчек?

На любой шифр накладывался дополнительный. Далее мне нужно было сложить годы рождения родителей 19/30+19/33=38/63К. С этой суммой я вернулся в кабинет, открыл железный шкаф с картотекой, отыскал папку под номером 38/63К. Усталость валила с ног. Я рухнул в кресло и принялся читать историю болезни. «Николай Васильевич Крылов умер 24 апреля 1964 года от кровоизлияния в мозг». Тут не история болезни, а заключение патологоанатома. Стоило мне мучиться с картотекой, чтобы получить никчемную информацию, – потерял только время.

Вернул папку на место. Не знал, что делать дальше. Еще раз проанализировал ситуацию и решил присоединиться к коллегам.

Войдя в бокс, я увидел молодую девушку, лежавшую под капельницами с открытыми глазами; дверь в лабораторию была открыта.

Моя группа была в полном составе: Зельц Игорь Семенович кружил над пробирками, Валентина сидела в углу за письменным столом и аккуратно выводила формулы в тетради.

– Вот, Владимир Яковлевич, – она протянула мне лист, – это анализ крови пациентки.

Несколько раз прочитал Венерины показатели и был приятно удивлен: даже гемоглобин в норме. «Надо же, при такой бледности лица» – подумал я.

– Валентина, возьмите кровь, мне нужно самому кое-что проверить». Зельц посмотрел на меня через опущенные очки, понимающе оценив ситуацию, и вышел из лаборатории. «Кое-что» означало покинуть помещение. Вскоре Валентина принесла пробирку с кровью и последовала примеру Зельца. Мне нужно было убедиться: пациентка чистая или привитая? Моя вакцина передавалась по наследству, и это, к сожалению, не первый случай, когда она влияла на организм подобным образом. Никому из шестерых, ранее доставленных из спецпунктов, не удалось впоследствии выжить. Венера была седьмой, поэтому мне требовалось найти причину летальных исходов.

«Первое, что нужно сделать, – размышлял я, – это добавить в кровь вакцину BH376, по которой можно будет определить количество ВС, затем соединить с 3КД, и тогда полученный результат должен показать, – «наша» ли это пациентка, или временный протест нейронов, решивших временно отдохнуть от работы».

Анализ продолжался в течение пяти часов. Невероятно, до моего исследования группа крови была определена. Сейчас анализ показал обратное: это новая группа, еще не занесенная в медицинский справочник. Молекулярные антигены моей вакцины не были выявлены, кроме всего прочего, в крови полностью отсутствовал белок. Во мне бурлило смешанное чувство страха и любопытства. Странно, почему первый анализ крови ничего сверхъестественного не показал, никаких отклонений от нормы не было выявлено. Значит, кровь пациентки мутировала недавно. Сердце стало биться учащенно, я вынул из кармана валидол, положил под язык. Бывали, конечно, различные изменения органов наших подопечных, но чтобы кровь… Кто бы мог подумать? Нет, эту задачу самому не решить. Если не умрет сегодня, буду подключать своего ученика. Моя специализация – кровь, поэтому просвечивать ее органы я не допущу, мало ли что у нее внутри, эти сразу же захотят покопаться во внутренностях, и моя миссия на этом этапе закончится. Предоставлю им такую возможность в крайнем случае. Я немедленно захотел увидеть мутирующее создание.

Картина увиденного меня не обрадовала: Валентина сидела рядом с Венерой; девушка, как и прежде, лежала с открытыми глазами и все время что-то бормотала.

– Валентина, включите дистанфон и записывайте разговоры пациентки круглосуточно. Дежурить будем поочередно, пока ситуация не прояснится. Случай особенный, и не мне Вам говорить о серьезности положения. На сегодня Вы свободны, завтра в 8 часов смените Игоря Семеновича.

Улыбнувшись, она попрощалась и без лишних вопросов спешно покинула бокс. «Надо же, такая прыткость, с чего бы это?» – подумал я. – Никогда ранее не замечал за ней такой поспешности ухода с работы. Как правило, Валентина всегда задерживалась часа на полтора, возилась с документацией. Ну да ладно.

Посмотрел на совсем уже сутулого Зельца, глаза которого выражали усталость и старость, решил его тоже отправить домой.

– Игорь Семенович, пожалуй, сегодня сам останусь, хочу понаблюдать, как она будет вести себя. Первая ночь – всегда самая трудная.

– Воля ваша, – ответил он и медленно вышел из бокса. Проклятое время, как оно меняет облик человека… Придвинул стул к койке, стал прислушиваться к ее бормотанию. Речь была ровной, но бормотала девушка абсолютно бессвязные фразы. Она говорила без остановки, и под ее бормотание я уснул. Разбудил меня крик Венеры.

– Я не буду этого делать! – три раза выкрикнула она. – Я все равно уеду!

Я вздрогнул и машинально наклонился, посмотрел ей в глаза. Зрачки расширились, и глаза приобрели ярко-зеленый цвет. Так же быстро они сузились, и зеленый цвет потускнел.

Наступила тишина, через минуту она опять начала бормотать никому неведомую историю. «Надо же, какой бунтарь», – подумал я и смочил тампоном сухие губы. Посмотрел на часы: было уже почти семь. Решил умыться и позавтракать.

Кабинет у меня был превосходно оборудован в плане быта. Ванная комната, холодильник, электрический чайник, сменное белье – почти как дома. В общем, кабинет со всеми удобствами.

Через 15 минут Валентина стояла в моем кабинете с пакетами в руках – кроме своей основной работы, ей еще приходилось следить за моим питанием.

– Доброе утро! – выдохнув, Валентина положила пакеты на стол.

– Доброе! Спасибо, сейчас отправляйтесь в бокс, скажите Игорю Семеновичу, думаю, он уже на месте, пусть приготовит капельницу по № (7Н343).

– Вы решили поменять формулу?

– Да, решил, – сухо ответил я. – Прокапаем, а через три дня проверим результаты и там будем решать, что делать дальше. О чем поговаривает народ?

– Вы же знаете, лежачие их не интересуют, ни у кого не возникло желания Вам помочь. У нас клиника для здоровых, ходячих и очень благодарных пациентов. Кому нужен этот подкидыш? Время поменялось, энтузиазм строится исключительно на денежных купюрах. А может, они и правы. Устали люди довольствоваться малым.

– С вами не поспоришь. Но видел я и богатых несчастных и бедных счастливых, и ровно наоборот. Откуда приходит счастье и откуда несчастье – никто не знает. В конечном итоге всем достается поровну. Богатые хоронят своих детей, родителей, сестер, братьев, друзей, и бедных застает такая же участь… Так, Валентина, нам сейчас не до разговоров. Давайте приступать к работе.

– Да, конечно, только не забудьте, пожалуйста, позавтракать. Вы для нашей науки большая ценность.

– Спасибо за заботу. Каждый человек большая ценность, но, к большому сожалению, есть люди, чью ценность еще не определили. Время и только время рассудит и все расставит по местам. Валентина, помойте пациентку и приготовьте к осмотру.