— Ничего себе, — аж присвистнул мужчина, — какая же ты девушка, бабушка…
— Вот, бабушкам такие вопросы вдвойне задавать неприлично, но я сказала тебе только потому, что рассчитываю на подарок.
— Салли, ты вообще — человек? — задал вопрос мужчина.
— Человек, Асаш, человек, — усмехнулась девушка.
— Но как? Как можно иметь такой вид в таком-то возрасте? — продолжал удивляться мужчина. — В тебе ни капли магии, ну если не считать, что большинство заклинаний на тебя не действуют. А силой, да и скоростью, ты не уступаешь вампирам, да и чувствуешь их ты так, как никто другой.
— С чего это тебя потянуло на вопросы, — усмехнулась девушка и сделала предположение: — Пиво кислое? Да?
— Да нет, Салли, тревожно мне очень тревожно, не нравится мне это задание, а ты меня интересовала всегда, — ответил мужчина и, кивнув каким-то своим мыслям, добавил: — Мог ли я, безусый юнец, только пришедший в орден, думать, что буду напарником лучшей охотницы! Ты тогда была, да и сейчас тоже остаешься кумиром всей молодёжи. Юная, но уже опытная и заслуженная, к словам которой прислушивается сам глава ордена, гроссмейстер Арониус!
— С Арни мы вместе начинали, вернее, он пришёл позже меня на три года. Он был такой смешной и неопытный.
— А ты уже имела боевой опыт и больше десятка побед…
— Асаш, ты ещё начни мне в любви признаваться, после стольких лет знакомства, — засмеялась Салли, — лучше поделись, что у тебя вызывает подозрения.
Мужчина, выглядевший гораздо старше своей собеседницы, вздохнул и начал говорить:
— Почему нам сразу не сказали, что мы должны сделать? Почему мы должны сопровождать отряд наёмников и мага? Что это за задание, для которого требуются охотники, маг и отряд наёмников? Где они, кстати? И где этот маг?
— Наёмники вон сидят, — усмехнулась девушка и показала глазами в угол, где сидела одна из компаний. Асаш посмотрел в ту сторону и спросил:
— А почему ты так решила?
— Это наёмники, в отличие от других, ведут себя тихо, словно чего-то ждут. А ждут они нас и, похоже, уже поняли, что дождались.
Девушка не стала говорить, что слышала разговор этих людей. Она могла слышать тихий разговор на довольно большом расстоянии, при этом окружающий шум ей не мешал. Но об этой своей способности она никому не рассказывала.
За большим столом в углу, где сидела одна из ватаг наёмников, царила некоторая напряжённость.
— Долго мы ещё будем ждать? — хмуро спросил один из мужчин, другой, отставив кружку, так же хмуро сказал:
— Сколько надо, столько и будем. Хотя сидеть в этой дыре мне тоже не нравится!
— Ты прав, Ждан, будем ждать столько, сколько надо, — усмехнулась женщина, ей можно было дать лет тридцать, но взгляд у неё был как у гораздо старшего по возрасту. Хотя это могло быть следствием не прожитых лет, а перенесенных испытаний.
— Маара, тебе легче, без баб-то, — вздохнул первый наёмник, женщина усмехнулась:
— Знаешь, Дрон, без мужиков мне ещё легче…
— За те деньги, что заплатил нам наниматель в качестве аванса, мы тут год будем сидеть, понятно? — не повышая голоса, сказал наёмник в кольчужной рубашке. Судя по всему, он был главный в этой компании, потому что остальные замолчали, а этот человек продолжил: — Или вас расстраивает, что вы не можете быстро деньги спустить?
— Ну что ты, Гавр, всё в порядке, всё в порядке! Будем ждать, сколько надо, такая удача выпадает раз в жизни!
— То-то мне и неспокойно, такие деньжищи никто так просто не отвалит, — хмуро произнёс ещё один из наёмников, сидящих за столом.
— Если тебе не нравится, верни деньги и иди дальше охранять караваны, мы, вон видишь, — Гавр кивнул в сторону других компаний наёмников, — быстро найдём тебе замену.
Внимание сидящих за столом отвлёк раздавшийся визг.
— Лихо она их, — оценил действия девушки Ждан, — только вот она сама откуда? Или ещё одна ватага пожаловала?
— Ну эти-то здесь случайно, — кивнув в сторону других ватаг, убеждённо сказал Дрон, — слишком шумно себя ведут. А эта деваха вполне может быть из ещё одной ватаги, только вот не знаю, связано ли это как-то с нашим нанимателем.
— Связано, связано, — усмехнулась Маара, — но это не ещё одна ватага. Господа охотники пожаловали.
— Ты думаешь… — кивнул в сторону девушки, разговаривающей с трактирщиком, командир ватаги.
— Ну, меня бы она так просто не уделала, — набычился Ждан, мужчина просто героических пропорций.
— Она бы об тебя ещё и ноги вытерла, — усмехнулась Маара. — Это охотница!
— Молода ещё… — возразил наёмник и, посмотрев на Маару, спросил: — А с чего ты так решила? Ну, что она охотница?
- А видел, что у неё на поясе висит?
Наёмник наморщился и сообщил:
— Ну, два ножа, больших охотничьих, да ещё кинжал зачем-то нацепила, соплячка! Думает — так страшнее выглядеть будет, дура!
— Это ты дурак, — ласково сказала наёмница, — это кристлэн! Понял?!
— А… — только и смог ответить удивлённый наёмник, а командир спросил:
— Маара, а ты откуда знаешь?
— Я хотела стать охотницей, давно. Как Салли Артуара, подумать только — принцесса, сестра короля, а стала охотницей, лучшей! Променяла почести и радости светской жизни на… — Маара махнула рукой и замолчала.
— Ну, дык… — хмыкнул один из наёмников, — о её подвигах и я помню рассказы. Но когда это было-то, лет пятьдесят назад? Потом о ней ничего не слышно было, видать померла. А может и вампиры схарчили, жизнь-то у охотников поопаснее, чем у нас.
— Но меня тогда не взяли, — продолжала говорить Маара, словно не слышала замечания наёмника, — сказали, что я не достаточно быстрая…
— Это ты-то? — опять хмыкнул наёмник, рассуждавший перед этим о тяжести жизни охотников.
— Я, Фарух, я, — кивнула наёмница и сказала, обращаясь к Ждану: — Понял, почему она тебя уделала бы как спящего? Ты ещё и руку не успеешь поднять, как она тебе её оторвёт, после головы, естественно.
— Ну, дык… — не то согласился, не то возразил Фарух.
— Маара, ты считаешь, что надо к ним подойти? — Гавр бросил взгляд на о чём-то беседующих охотников — к девушке подсел мужчина, лет сорока — сорока пяти. Понятно, что напарник охотницы, охотники всегда работали парами, а этот мужчина, очевидно, и был старшим этой пары. Ответить охотница не успела, дверь таверны распахнулась, как от хорошего пинка, а затем захлопнулась. Это привлекло внимание всех присутствующих. Дверь снова открыли, на этот раз очень осторожно, и в дверь вошла рыжая девочка, лет четырнадцати. Может меньше, потому что ничего женского в её фигурке, просматривавшейся под коротким зелёным сарафанчиком, ещё не было.
