Где-то далеко печально скулили шакалы. Неожиданно из кустов вынырнула огромная тень. Глэйва сразу узнала леопарда, замерла, а потом из ее горла вырвался предостерегающий рык. Леопард замер, поняв, что перед ним не беззащитные жертвы. Немигающе глядя на женщин и ребенка пылающими во тьме глазами, он потянулся и, отвернув голову, застыл, словно размышляя: стоит ли ему идти дальше по своим делам в сторону мерцающей за деревьями реки.
Воин, вооруженный дубиной, копьем или бронзовым топором, не боялся леопарда. Эти кошки никогда не нападали на мужчин, но будучи очень голодными, могли обратить внимание на детей или женщин.
— Я сломаю твои кости и пробью твою грудь, — подражая охотникам, Глэйва прошептала заклятие, глядя в глаза зверю. Потом она заметила круглый камень подходящей формы, подобрала его и угрожающе подняла над головой. Этот жест явно не понравился хищнику.
— Ступай к воде, Амхао, — приказала девушка. — И ребенка возьми с собой!
Амхао вместе с Глэйвой стали отступать, однако леопард неотступно следовал за ними, то и дело угрожающе порыкивая. Судя по всему, животное было очень голодным, и звериное чувство гнало его вперед. Глэйва, зная, что все животные боятся человеческого взгляда, уставилась в горящие глаза хищника. Справа из-за кустов раздалось повизгивание шакалов. Очевидно, они сопровождали большого хищника, ожидая объедков с барского стола.
Неожиданно леопард изменил свою тактику. Он пошел по кругу, словно собирался обойти стороной свою потенциальную добычу. В какой-то момент Амхао оказалась между хищником и Глэйвой. «Вот и все», — подумала Амхао, без сомнения решив, что действиями огромной кошки руководят Скрытые. Она хотела было отступить, спрятаться за спиной младшей сестры, но страх буквально парализовал ее, а леопард отлично чуял запах страха, исходивший от этого странного двуногого существа.
Однако Глэйва, похоже, поняла, что медлить нельзя, — еще секунда, и зверь прыгнет на ее сестру или на ребенка. Размахнувшись, она изо всех сил запустила камень в хищника, угодив в нос огромной кошке. Взвыв от боли и ярости, леопард отступил в сторону реки. Шакалы, поддержав его пронзительными криками, отступили следом. Глэйва проводила взглядом этих медно-красных пожирателей падали — шакалы были слабы, трусливы, но когда их было много, они могли стать по-настоящему опасны. И отогнать их было бы не так просто, как огромную кошку.
— Леопард возвращается! — пробормотал Амхао.
Глэйва, которая уже подняла с земли следующий камень, махнула рукой в сторону падальщиков, словно собиралась запустить камнем в них, и те, испугавшись, кинулись врассыпную. Однако леопард отступать не собирался, и его отвага заставила шакалов вернуться. Правда, теперь они держались в отдалении.
— Глэйва выбьет все зубы леопарду! — предупредила зверя молодая девушка, так, словно тот мог понять, о чем идет речь.
Но ответил ей не зверь, а подземный грохот. Река, отражая языки подземного пламени, стала алой. А потом Глэйве показалось, что почва заходила у нее под ногами. Она и Амхао повалились на траву. Земля в нескольких шагах от них разверзлась, поглотив леопарда. И тогда шакалы взвыли как безумные. Птицы разом вспорхнули в небе с вершин деревьев. В свете луны и подземного пламени Глэйва видела, как покачнулись и обрушились горы, завалив пещеры и всех, кто был в них.
— Скрытые! — с ужасом выдохнула Амхао.
— Им не нужна была ты. Они убили все племя, — пробормотала Глэйва.
Леопард из расселины так и не появился, но шакалы, чуя запах крови, столпились на ее краю, заглядывая в бездну.
По всей долине кренились и проваливались под землю деревья. Звери, завывая, бежали в ужасе, а горы теперь походили всего лишь на невысокие холмы.
Взгляд Глэйвы скользнул вдоль реки, а потом остановился на странном предмете. Это была долбленная лодка, оставленная кем-то из тзохов.
— Туда, — воскликнула девушка, помогая Амхао и ее сыну залезть в лодку. — Мы убежим в неведомые страны.
Пещеры, кроме одной, стали могилами для женщин, стариков и детей. Но что удивительно, единственная пещера, которую пощадило землетрясение, была пещера Урма. Старик выжил! Стоя на вершине огромного валуна, он наблюдал за происходящим, вспоминая те времена, когда огонь тек по земле как вода. Он размышлял: «Когда вернутся мужчины, им придется вновь отправиться в путь и забрать женщин у жителей Синей реки и Зеленых озер. А кровь пленных мужчин, которых они приведут, утолит жажду Скрытых».
Поскольку он очередной раз чудом избежал смерти, то думал, что жизнь его так никогда и не закончится, а будет длиться вечно. Мысленно он презирал тех, кто умер.
Глава II
Вторжение
Хельгор, сын Штра, шел по берегу реки. Шкура медведя служила ему набедренной повязкой. Рядом с ним бежали две собаки, волк и мальчик в набедренной повязке из шкуры шакала.
От Штра и его предков Хельгор унаследовал высокий рост, желтовато-коричневые глаза и жидкие волосы. Его движения были быстрыми, как у оленя. А по силе он мог сравниться с Хеигоуном — самым могучим из людей, живущих на Красном полуострове.
Уже двадцать поколений его клан разводил и дрессировал собак. Однако в день охоты Хельгор прихватил с собой и волка — зверя, который жил вместе с собаками, но по сути своей оставался дикой тварью. Хотя, подобно собакам, он был послушным и преданным, помогал человеку искать добычу.
Была осень.
Воины племени Синей реки бродили по окрестностям, делая запасы на зиму, в то время как сам клан осталось охранять всего пять воинов и двадцать псов. К тому же многие старики еще могли метать копья. С ними осталось около шестидесяти женщин — молодых и средних лет. Каждый день два воина с собаками ходили на разведку, поскольку лучше заранее знать о надвигающейся угрозе, чем неожиданно встретить ее у своего порога…
Хельгор в этот раз отправился на юг. В той стороне не так далеко, всего в двух днях пути, жили люди с круглыми головами — Люди Скалы. Сам Хельгор никогда не видел их, но Гмар и Штра часто рассказывали, что не раз в юности совершали набеги на племена, живущие вверх по Синей реке, и на тех, кто обитал на Зеленых озерах. Топоры и ножи людей Скалы, созданные при помощи огня, были много лучше и крепче каменных топоров и деревянных дубин их противников.
Хельгор в сопровождении собак, волка и мальчика поднялся на огромный валун, лежавший на речном берегу. Он внимательно огляделся. Отсюда весь мир казался ему удивительным и таким же юным, как сам Хельгор. Для него мир рождался заново каждое утро, а порой ему казалось, что трава, деревья, цветы, вода и облака — вечны. Среди прибрежных тростников бродили лошади и антилопы, огромные носороги и неприветливые хряки. Приглядевшись, юноша заметил оленя, группу лосей с гигантскими, ветвистыми рогами. А вдали в зарослях старых платанов мирно паслись мамонты.
