– Сэр, я говорил его светлости, что вы заняты и что с вами господин губернатор! Но он настоял…
– Все прекрасно, Питер, – сказал Рок, отходя от колонны. Через мгновение на веранду ворвался тучный коротышка с голубыми глазами, смотревшими из-под клочкастой копны седых волос.
– Камерон! Вы слыхали? – завопил он, держа в руках номер газеты. – Все новые и новые бесчинства!
– Да, Теодор, я уже слышал об этом, – сказал Рок. Лорд Теодор Кинсдейл приостановился и поклонился губернатору. Спотсвуд кивнул в ответ и улыбнулся Камерону. Теодор Кинсдейл был хорошим человеком. Он во всем поддерживал губернатора и устраивал веселые балы. Ему принадлежали обширные сахарные плантации на островах, но жить он предпочитал в Уильямсберге, в трех часах езды до Камерон-Холла. Его приезд без предварительной договоренности означал, что он не на шутку взволнован и расстроен.
– Александер, что вы намерены предпринять на этот счет? – обратился он к губернатору.
Глаза Спотсвуда блеснули.
– Мои сторожевые суда стоят по всему побережью. Я не сижу без дела, приятель.
– Выпейте, Тео, – предложил Рок Камерон.
– Да уж, без этого не обойтись! Не взыщите. Шотландского виски!
Он уселся в красивое плетеное кресло и вытер лицо шейным платком, переводя взгляд с Рока на Спотсвуда и обратно.
– Моя дочь прибывает из Англии домой, – простонал он.
– Когда? – спросил Рок Камерон.
– Да как раз сегодня.
Спотсвуд прочистил горло.
– Нет никаких оснований полагать, что ваш корабль подвергнется нападению.
– Напротив, есть все основания считать, что «Серебряный вестник» будет захвачен! Я человек богатый. На корабле полно ценных грузов. Да что там, одни дочкины драгоценности стоят целое состояние!
Он вперил взор в Рока Камерона. Тот окаменел. Между двумя джентльменами существовали давние разногласия. Отец Рока Камерона и Тео обручили своих детей при рождении. Рок находил это соглашение варварским: предпочитал сам выбрать себе невесту и время женитьбы. А тут еще слухи, доходившие до него из Англии: девица не желала иметь с ним ничего общего. Он не считал себя слишком самолюбивым, однако молва о выказанном ею пренебрежении раздражала. Но вместе с тем отчасти облегчала его положение: ведь он поклялся у смертного ложа отца исполнить все, что обещал ему, – не уронить честь рода.
– Я уверен, судно в безопасности, – пробормотал Александер, пытаясь успокоить Тео.
Но Тео не желал успокаиваться.
– Рок, прошу тебя! Твой отец был моим близким другом. Ты можешь обеспечить ее безопасность, ведь у тебя есть друзья среди пиратов…
– Друзья?.. – возмутился Рок Камерон.
Тео понизил голос и стиснул кулаки, стараясь скрыть свое волнение.
– В ней вся моя жизнь! – прошептал он. – Она единственное, что у меня осталось! Я велел ей возвращаться домой, чтобы выйти за тебя… Ладно, у тебя нет друзей среди пиратов, но есть родственники…
– Я не признаю пиратов родней! – отрезал Рок. Он знал, что губернатор внимательно наблюдает за ним, и метнул на него предостерегающий взгляд, а потом переключил все внимание на Кинсдейла.
– Сэр! По вашим словам выходит, будто я якшаюсь с подобными людьми!
Губернатор Спотсвуд усмехнулся и устроился поудобнее в кресле, готовясь в полной мере насладиться ожидаемым представлением.
– Говорят, – сказал Тео, подбоченившись, – что Серебряный Ястреб из Камеронов.
– Никакой он не Камерон!
– Его выдают серебряные глаза. Ходят слухи, будто из своеобразного почтения к родовому имени он готов пойти на сделку с тобой, будто он наловчился быстро захватывать твои суда и так же быстро отпускать их – за приемлемый выкуп. А еще говорят, что ты имеешь на него влияние, даже бывал у него на острове и сторговался с ним. Бога ради, Петрок! Ты должен мне помочь…
Камерон вскинул руки:
– Милорд, этот пират происходит от побочной, непризнанной ветви моего семейства! Мне он жаждет перерезать глотку чуть меньше, чем вам. Что же вы от меня хотите?
Тео долго молчал. Потом вытащил из кармана какую-то бумагу.
– Женитесь на ней. Прямо сейчас.
– Что?! – возмущенно воскликнул Камерон.
– Женитесь на моей дочери немедленно. Исполните обещание, данное вами отцу.
– Но ведь девушки нет здесь…
– У меня есть доверенность на заключение брака. Я получил ее, когда был в Лондоне.
– Но ваша дочь…
Тео отмахнулся.
– Она подписала все бумаги. Впрочем, должен признаться, она не понимала, что подписывает: в это время спорила со мной, то есть беседовала, совсем о другом. Но бумаги оформлены по закону, заверяю вас. Женитесь на ней теперь же…
– Зачем?..
– Затем, что Серебряный Ястреб ваш кузен. Затем, что он легко может обнаружить мой корабль и мою дочь. А если он их не тронет, то и другие из уважения к вашему родству побоятся захватить корабль.
– Это безумие!
– Нет! Камерон, вы не понимаете… – Голос его задрожал, лицо побледнело от волнения. – Этот мрак… Она не переносит темноты…
Грубость была несвойственна Року Камерону, но тут он круто развернулся и зашагал вниз по склону, прямо к воде. Нет, Кинсдейл зашел слишком далеко! На такую нелепость Рок не согласится. Дойдя до конца откоса, молодой лорд повернул назад, не желая встречаться с работавшими в доке. Только глянул сверху на оснащенный артиллерийскими орудиями сторожевой корабль «Леди Елена», названный в честь его матери. Скоро опять придет время отправляться в плавание. Очень скоро.
Вздохнув, он повернулся и большими шагами двинулся к восточной стороне дома. Здесь помещались опрятные домики для слуг, коптильня, кухня, конюшня, кузнечная и бондарная мастерские, прачечная. Вдалеке от них, укрытое деревьями, располагалось кладбище.
Он прошел туда, постоял. Его мать и отец вместе с другим отпрыском, умершим в младенчестве, лежали поблизости от новой ограды. Не одно поколение Камеронов покоилось здесь.
Он направился на противоположный конец кладбища, к аспидно-черным надгробиям, гравировку на которых отец велел обновить незадолго до своей смерти. Там покоились прабабка и прадед Рока, Джесси и Джейми. Коснувшись рукой прохладного камня, он задумался об этой чете. Они выстояли! В давние времена они прибыли сюда, основали свою династию и выжили. Они бросили вызов индейцам и остались здесь, несмотря на сокрушительное наступление племен в 1622 году. Их потомки заселили значительную часть Виргинии, Каролину, Нью-Йорк и восточные штаты, с гордостью думал он.
Когда Рок вернулся, Спотсвуда и Кинсдейла уже не было на веранде. Голоса их доносились из парадной столовой. Ну, разумеется, Питер должен накормить гостей!
