– Храни вас Господь, леди! – прокричал Дэви. – Я запру вас здесь, чтобы…
– Нет! – протестующе воскликнула она и тут же улыбнулась, извиняясь. С ней все будет в порядке, пока будет светло, пока дверь не заперта. – Пожалуйста, Дэви, я не хочу сидеть как в капкане. Не запирай меня!
– Хорошо, миледи, как желаете.
– Спасибо. А теперь ступай, Бог с тобою! – поспешно пробормотала Скай, так как он уже захлопывал дверь.
Она услышала шаги, стучавшие по палубе, голос первого помощника, передающего приказы капитана. Внезапно девушка взвизгнула, отброшенная назад с такой силой, что тяжело грохнулась на капитанский стол. Громко дребезжа, покатился на пол изящный фарфор. Неужели пушечное ядро угодило в корабль?
Раздался душераздирающий вопль: сильно и страшно содрогнулось судно.
Корабль пиратов вплотную подошел к ним. Абордажные крючья вонзились в дерево корабельной обшивки, словно злые клыки какого-то кровожадного монстра. Да это и был монстр.
Потирая плечо, Скай осторожно поднялась. Юбка ее нового, шитого золотом платья зацепилась за резную ножку стола и порвалась, когда она второпях дернула ее. В каюту начал просачиваться дым от огня, вызванного пушечными выстрелами, огня, который теперь, наверное, пожирал паруса. Люди кричали, вопили, лязг стали и ужасный запах пороха и дыма проникал отовсюду. Она начала задыхаться.
Скай метнулась к двери, чуть приоткрыла ее. И тотчас ужас заполнил ее сердце, разлился по жилам, ледяным холодом объял душу.
Старый добрый капитан лежал мертвым у самых ее ног! Хотя офицеры и матросы все еще дрались на палубе, было до боли ясно, что в этом морском сражении победа досталась пиратам.
Скай зажала руками уши и закрыла глаза. Как жаль бедного галантного капитана и его людей!
Затем глаза ее опять широко раскрылись. До нее донесся женский визг, и она поняла, что пираты обнаружили внизу в трюме ее молоденьких горничных, совсем недавно покинувших тихую ирландскую деревню. Бесси отчаянно вопила, Тара захлебывалась жалобными стонами. Обеих женщин уволокли на середину верхней палубы. Сухое дерево вокруг пылало как свеча, повсюду продолжались мелкие схватки. Но храброго рыцаря, который встал бы на защиту служанок, не было и в помине – и офицеры, и матросы сражались сами за себя.
– Нет! – прошептала Скай, прикусив нижнюю губу.
Атаки бушевавшего океана не прекращались. Вокруг стоял отвратительный смрад горелого дерева и мяса. Но негодяев ничто не останавливало. Они проволокли голубоглазую белокожую Тару по палубе и швырнули бедняжку на большую лохань. Напавших на девушек было четверо: юнец с едва пробивавшейся белесой бороденкой, другой – тип с выбитым передним зубом, еще один – в летах, седобородый, и, наконец, отвратительный детина со жгуче-черной шевелюрой и желтыми, потемневшими от табака зубами.
Скай отступила назад, под прикрытие двери. Что же делать? Корабль заполонили дикие звери, и силы добра, безусловно, уступали злу…
Но ведь, в конце концов, они непременно найдут ее. Не лучше ли умереть сражаясь, чем забиться в угол и быть пойманной, как лиса?
Ее не страшила битва за жизнь. Она боялась только тесных темных закоулков, из которых нельзя убежать. Скай взглянула поверх стола, туда, где на стене висели два отличных дамасских клинка. Корабль в этот момент накренился, словно склоняясь перед штормом, готовым поглотить их всех, похоронить на дне морском.
Скай прочла короткую молитву, попросила Бога простить ей многочисленные грехи, не последним из которых была гордыня. Потом вскочила на стол и выдернула одну шпагу из ножен, закрепленных на стене.
Она осторожно хлестнула шпагой по воздуху, примеряясь к ее весу. Потом круто повернулась, спеша покинуть прибежище каюты, прежде чем потеряет присутствие духа.
В одной руке Скай держала клинок, другой откидывала на ходу юбки. На палубе тошнотворный запах усилился: горели обломки шпангоутов, паруса. Она с трудом сглотнула, стараясь побороть подступающую дурноту перед устремленным на нее мертвым взором капитана, и перешагнула через труп. Сражавшиеся на палубе пока еще не замечали ее.
Но очень скоро им придется это сделать.
Почувствовав прилив смелости и силы, Скай бросилась вперед, налетела на четверых мерзавцев, которые прижимали к палубе, Тару и Бесс.
– Отпустите их! – скомандовала она, размахивая шпагой перед седобородым, который задрал Таре юбки.
Тот остановился, вытаращив глаза. Все остолбенели от удивления. Седобородый медленно улыбнулся, облизывая губы:
– Эй, вы только гляньте! Нам обломился лакомый кусочек, так, парни? – Он рассмеялся, выпрямился и застегнул штаны. – Ми-и-леди, здрасьте! Старый Сэмюэл тут как тут, деточка, уж я постараюсь задать тебе жару.
– Заткнись, Сэмюэл, и отойди. И ты тоже! – резко бросила она белобрысому, который уже навалился на бедняжку Бесс. – Тебе лучше вернуть свою выдающуюся деталь назад в панталоны, а то ведь я могу не сдержаться и подкоротить ее.
Сэмюэл разразился грубым хохотом. Белобрысый, однако, не нашел угрозу такой уж забавной: быстро вскочил на ноги, затягивая пояс.
– Ну, до чего ж лихая девка! – радостно завопил Сэмюэл. – Кинь-ка мне шпагу, я с этой пташкой быстро расправлюсь и возьму ее.
– И с другими поделишься, – вставил молодой.
– Давайте поглядим, какова леди в деле. Полагаю, трофей должен в первую очередь принадлежать мне, – произнес чей-то голос. Скай быстро повернулась.
Лицом к лицу с ней стоял Одноглазый Джек, жилистый недоросток с бакенбардами. Черная повязка закрывала один его глаз. Он усмехался, показывая гнилые зубы.
Сердце Скай упало. Мысль о том, чтобы принять смерть в сражении, обрела новую притягательность.
– Капитан! – воскликнул старый Сэмюэл. – Я прикончил капитана корабля, и она будет мне наградой! Дайте мне шпагу.
– Начинай бой, Сэм, а мы вынесем решение насчет леди, – согласился Одноглазый Джек. Он перебросил седобородому шпагу и осклабился. – Она, небось, тоже предпочтет спать с вожаком.
Она прежде умрет, пообещала Скай себе. Она тут же пожалела о том, что предупредила седобородого – надо было бить его сразу, когда он кинулся на Тару. Он был пиратом, скотом, но она не способна убить безоружного. Теперь, похоже, придется расплачиваться за свои высокие принципы – и за глупость тоже.
– Сэр! – выкрикнула она, занимая позицию и откидывая назад юбки.
Вскоре старый Сэмюэл испытал подобную досаду. Он наверняка счел ее угрозы нелепыми: ведь он не мог знать, что до того, как отправить Скай в пансион благородных девиц, отец послал ее во Францию и нанял известного фехтовальщика, чтобы дочь смогла научиться мастерству владения шпагой. Сэмюэл учился этому в море. Он был силен, но не знал тонких приемов.
